Когда она увидела ванную комнату, то затаила дыхание. По бокам стояли туалетные столики, чьи красивые гранитные столешницы темнели на фоне ярко-белого фарфора раковин. Деревянная отделка в комнате была вишневого цвета — яркий, жизнерадостный контраст темным столешницам.
Но что действительно привлекало внимание, так это ванна, одиноко стоящая под огромным окном, выходящим на горы. По размерам она легко вмещала двух человек. Уединенная и в то же время открытая, с великолепным видом, которым мог насладиться тот, кто решил понежиться в водичке.
Робин стоял над ванной, насыпая в ту соль. Окунув руку в воду, Хоб удовлетворенно кивнул.
— Вот и вы, миледи, — он подмигнул Оберону. — Оставляю тебя на милость истинной пары.
Кэсси сглотнула. Она не была готова остаться наедине с Обероном.
Оберон рыкнул на Робина, который лишь улыбнулся, прежде чем исчезнуть.
— Он действительно ушел? — прошептала Кэсси.
— Да, ушел, — Оберон усадил ее на край ванны и начал снимать пижаму, о наличие которой Кэсси даже не подозревала. Когда ее переодели? — Хоб понимает, что только я имею право видеть твое нагое тело.
Собственнический блеск во взгляде Оберона дал ей некоторую надежду на то, что мужчина не расстроился неожиданно образованной связью. И все же Кэсси чувствовала себя обязанной извиниться.
— Прости, — остатки шелковой ткани упали на пол, открывая королю обнаженную плоть.
— За что? — он опустил ее в воду. — Убери свою личину, сокровище.
Кэсси повиновалась, неспеша взмахнув хвостом в воде. Вода была ее родной стихией, поэтому сразу начала исцелять все повреждения.
— За то, что образовала связь без предварительного разрешения.
Оберон выгнул брови в удивлении.
— Если мне не изменяет память, то именно я приказал тебе петь. Значит, я тоже должен извиниться?
Она провела пальцами по своей коже, которая теперь была покрыта чешуйками, не в силах поднять глаза и встретиться взглядом с Обероном.
— Просто… — Кэсси вздохнула, размышляя, зачем вообще затеяла данный диалог. Но если сейчас она не выскажется, то не найдет покоя еще долгие десятилетия. — Просто ты не хотел иметь истинную пару.
Она поморщилась, так как случайно перешла на официальный тон, который часто использовали при дворе Атлантиды. Кэсси даже выпрямилась, расправив плечи, хотя так и не смогла встретить прямой взгляд короля.
— Кэсси, — нежно пробормотал мужчина, коснувшись пальцем ее подбородка и тем самым заставляя посмотреть в его глаза. — Да, я не хотел связывать себя узами брака, не говоря уже об истинной связи.
Девушка кивнула, хоть и сама не поняла, зачем. Возможно, соглашаясь?
— Но во мне нет ни капли сожаления из-за произошедшего.
Хм… Кэсси ожидала услышать не совсем это.
— Мы связаны истинными узами. Я чувствую притяжение так же, как и ты, — Оберон убрал волосы с ее лица. — Не могу обещать, что буду любить тебя так, как ты того заслуживаешь. Для меня подобные чувства давно забыты. Но я сделаю все возможное, чтобы наша связь была прекрасной.
Кэсси неохотно выдавила предложение, хотя последствия для нее были бы смертельно опасны:
— Однажды ты уже разорвал связь. Можем попытаться снова.
Его глаза потемнели до металлического цвета, кожа начала искриться, уши заострились, волосы стали отливали серебром, быстро удлиняясь, пока не спутались на полу.
— Нет, — голос Оберона эхом разнесся по комнате, в нем чувствовалась сила и магическая клятва, которая еще крепче связывала их жизни. Он аккуратно схватил девушку за подбородок, стараясь не причинить боль. — Я не отпущу тебя.
— Но…
Оберон заставил Кэсси замолчать, завладев ее губами в поцелуе, который тронул девушку до глубины души.
— Я никогда не отпущу тебя.