Когда крошечная серебристая рыбка куснула его за бок, Оберон рассмеялся во все горло, издав звук, полный удивления и радости. Пораженная и ослепленная открывшейся стороной своей пары, Кэсси добавила в их песню новую гармонию, которую не слышали за столетия горя, боли и мучительных потерь. Оберон, с выражением гордости и одобрения на лице, сорвал гармонию с ее губ быстрым прикосновением, наполнив девушку тем же удивлением и радостью, которые испытывал сам всего несколько мгновений назад. Этот чудесный, сдержанный мужчина полностью раскрылся перед ней, ослепив красотой и подарив свою мелодию.
Кэсси мечтала, чтобы эта чудесная радость сопровождала их до конца дней.
Эпилог
— Я бы хотел тебя кое с кем познакомить.
Рэйвен смотрел, как отец натягивает ярко-красный смокинг поверх черной шелковой рубашки. Михаэла настаивала на его присутствии за ужином, а Рэйвен, как всегда, не сумел ей отказать.
Судя по восторгу, который Хоб даже не пытался скрыть, Робин был счастлив визиту сына. Теперь Рэйвен поставил перед собой цель как можно чаще заглядывать в отцовский дом. Казалось, Хоб, несмотря на новообретённую истинную пару, хотел, чтобы Рэйвен был рядом, даже несмотря на его попытки пофлиртовать с Михаэлой.
Ему нравилось проводить время со своим отцом и Михаэлой, но сегодня Робин запланировал для него новое знакомство.
— С кем? — у его отца было самое… необычное чувство стиля из всех, кого он когда-либо встречал.
— С большим Рэдом, — Робин ухмыльнулся. Хоб скорчил такую гримасу, что Рэйвен даже немного испугался.
Но только чуть-чуть.
— Твой знаменитый домашний гремлин? — Рэйвен надел свою черную куртку, игнорируя разочарованный вздох отца. Ворон придерживался свокй привычки к черному облачению, что бесконечно раздражало Робина. Сначала отец не уважил его желания, пробираясь в дом Рэйвена и подменяя всю его черную одежду на яркие цвета. Поэтому Рэйвен решил отомстить. Вот только Михаэла пришла в восторг от нового костюма Робина, утверждая, что в черном он выглядел просто сногсшибательно.
Робин не оценил шутку, ведь Рэйвен убедился, что ни один из черных костюмов не подойдет отцу по размеру. Хоб чуть ли не сошел с ума из-за отсутствия любимой одежды. Зато Робин больше не приставал к Ворону с предложениями об изменении стиля.
Вот так отец вернулся к павлиньим цветам, а Рэйвен ко всему черному. Однако, в качестве уступки Хобу, Рэйвен подумывал о том, чтобы добавить одну кроваво-красную прядь в свои черные волосы.
Отцу точно понравится, а внешность Рэйвена особо не поменяется. К тому же стоило признать, что идея о добавлении немного яркости к собственным полуночным локонам немного нравилась Ворону.
— Обрати внимание, сын, — Робин махнул рукой, показывая Рэйвену дорогу к дому Большого Рэда. — Я редко привожу гостей к Рэду.
— Еще один приемный?
Робин так желал обзавестись семьей, что усыновлял бездомных. Джейден Блэкторн, близнецы Джованни, Снод, Рэд…. Робин приютил всех, подарив дом, о котором они и не мечтали. Несмотря на ворчание и вздохи, отец глубоко любил своих людей. Каждый божий день Рэйвен убеждался, что Хоб совсем не был похож на монстра, каковым его описывала Титания.
— Привет, босс. Что случилось?
Рэйвен удивленно моргнул, увидев пугающее количество компьютеров, втиснутых в тесное пространство.
— Ого. Здесь живет ботаник?
— Кто этот гот, Гудфеллоу?
Рэйвен впился взглядом в мужчину с низким голосом, ухмыляющегося ему со стандартного черного офисного кресла, которое было супер-дешевым. Обычно сидения в подобных креслах провисало до тех пор, пока твоя задница не насаживалась на металлический столб, обтянутый кожей, а потом тебе оставалось лишь гадать, в какой момент ты лишился девственности.
Сам по себе Рэд не представлял собой ничего примечательного. Внешность американца корейского происхождения с вечно растрепанными ветром волосами и смеющимися карими глазами. Парню только исполнилось пятьдесят. Рэд предпочитал одеваться как бродяга, хотя, по словам Робина, был одним из богатейших людей в мире. На нем были очки с толстыми красными стеклами, а над джинсами, знававшие лучшие времена, красовалась футболка с надписью «Я люблю ботанов». Стопы босые, руки беспокойно двигались по клавиатуре, будто Рэд жаждал вернуться к задаче, прерванной появлением незваных гостей.
Робин обнял Рэйвена за плечи.
— Мой сын.
Глаза Рэда за толстыми оправами стали огромными.
— Чувак. Это МакСуини?
Робин нахмурился.
— Гудфеллоу. Его зовут Рэйвен Гудфеллоу.
Ворон еле сдержал усмешку. Как бы сильно он ни любил свою мать, то, что отец настоял, чтобы сын взял его фамилию, согрело гораздо больше, чем что-либо другое.