Без границ: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Если мы поверим, что в каждой человеческой душе есть место искренности, доброжелательности и сопереживанию, тогда искусство сможет показать самую ценную сторону жизни — нашу хрупкую человеческую природу. Вот почему проблема беженцев нашла отражение не только в моем фильме, но и глобально в моем подходе к работе.

Почему так? Потому что я считаю, что должен донести до окружающих свои скромные представления о том, что значит быть человеком. Главное — дать возможность высказаться людям, которые живут в этих лагерях и палатках и которым часто отказывают даже в чашке горячего чая. Потому что я верю: так у них появится крошечная надежда. В заключение еще раз повторю:

Людской поток, который создают беженцы, мог бы стать движущей силой цивилизации. Если дать этому свершиться, наш образ мыслей, наши знания, наша литература, изобразительное искусство и музыка поднимутся на новый уровень. Human Flow сделает нашу жизнь более красочной: общество придет в движение и будет в целом намного интереснее.

Поэтому я воспринимаю события, происходящие сейчас в мире, не как апокалипсис, в чем нас ежедневно пытаются убедить ксенофобы всех мастей, а как сугубо человеческое, переменчивое движение.

Беженцы были всегда, с самого первого дня существования человечества. Это почти так же естественно, как движение воды, ветра и травы.

Мне совсем не хочется романтизировать это явление — ведь даже вода и ветер могут быть жестокими и действовать разрушительно. Так же как человек, который разрушает окружающую среду, не задумываясь о губительных последствиях для всего людского рода.

Поэтому мне понятна и позиция другой стороны. Например, у вас есть красивый дом с чудесным садом, и вдруг по соседству селится иностранец, потом еще один, а за ним, возможно, приезжают и его родственники — и вам становится страшно. Мы, люди, существа приземленные.

Наши моральные и религиозные убеждения, наш Бог и наши представления о зле порождены нашими же собственными потребностями.

Все это связано с нашими мыслями и действиями. Германия, например, заработала себе кредит доверия, взяв на себя ответственность за Вторую мировую войну и выстраивая новую историю. Она доказала, что является надежной страной с твердыми принципами.

Почему же эти принципы столь тверды? После войны большинство немцев были убеждены, что должны заново создать себя, что Германия должна быть страной, смотрящей в будущее. Какое-то время Ангела Меркель находилась на правильной стороне истории, как выразился бывший президент США Барак Обама. Однако прием такого количества беженцев тоже не был продиктован исключительно человеколюбием.

В конце концов, Германия — локомотив, который тянет за собой идею европейского единства, а потому у нее едва ли был выбор. Кроме того, Европа уже приняла тысячи мигрантов. Греция и Италия достигли предела своих возможностей по приему беженцев: континент оказался разделен этой проблемой сильнее, чем когда-либо. Так что облегчение, которое испытала Германия в результате быстро заключенных «турецких сделок», вполне объяснимо. Больше не нужно нести это бремя в одиночку, в противном случае в стране возникли бы новые политические проблемы.

И все же с более широкой, исторической точки зрения не изменилось ничего.

Остается один вопрос: о каком «решении» и для какого общества мы говорим? Только для Германии? Для Европы? Для всего мирового сообщества? И сможет ли Германия самостоятельно найти рациональное решение проблемы? Конечно нет. Было бы здорово, если бы Китай, Россия и другие ведущие мировые державы тоже поучаствовали в этом процессе.

Нам нужен четкий план действий. Ведь все мы можем что-нибудь сделать: захлопнуть дверь перед беженцами или открыть ее для них. У нас есть выбор, и я хочу обратиться к вам с просьбой поверить этим людям и вернуть им человеческое достоинство.

Границы для того и существуют, чтобы их сносить.

Как художник я постоянно натыкаюсь на самые разные границы. Есть ряд эстетических, философских, социальных границ, которые устанавливают определенные рамки для моей деятельности. И я должен поставить их под сомнение — так же как должен поставить под сомнение самого себя. Конечно, это вызов, потому я и оказываюсь в очень сложных ситуациях. Но я вынужден так поступать, иначе я почувствую, что сдаюсь.

А что подумает обо мне мой сын? Он должен помнить своего отца борцом, который всегда оставался верен своим убеждениям.

Завершив работу над фильмом, я задумался: «А чем я буду заниматься теперь?» У меня было ощущение, что я снова остался ни с чем. Но потом я сказал себе: на самом деле достаточно периодически просто напоминать людям о беженцах. Ведь больше всего беженцам нужны не деньги — им нужно, чтобы в них видели людей. Уважение к ним можно проявить даже в мелочах — сделать короткий репортаж в новостях или попросить собственного ребенка: «Доешь, пожалуйста. На планете свыше 100 миллионов человек, у которых нет крыши над головой, и многим из них сегодня нечего есть».

Те, у кого нет стыда, станут частью тьмы. Но зажечь свечу может каждый.

И при свете этой свечи каждый может увидеть: многое из того, что мы разделяем в своих мыслях и действиях, взаимосвязано. Если мне удалось хотя бы пробудить это чувство, значит, цель моего маленького манифеста «Без границ» достигнута.

МИФ Культура

Подписывайтесь на полезные книжные письма со скидками и подарками: mif.to/kultura-letter

Все книги по культуре на одной странице: mif.to/kultura

#mifbooks 

Над книгой работали

Руководитель редакционной группы Ольга Киселева

Ответственный редактор Татьяна Медведева

Литературный редактор Виктория Присеко