Бросить вызов Коко Шанель: читать начало книги онлайн

– И правда странновато, – согласилась я. Однако цвета платьев были прекрасны – глубокие, насыщенные оттенки оранжевого, синего, красного.

– Скиапарелли шила приданое для герцогини Виндзорской. В журнале «Вог» был целый разворот.

– Бьюсь об заклад, она бы не носила то ожерелье из позолоченных шишек. – Чарли указал на украшение.

– Полагаю, что нет, – хмыкнула я.

Первый этаж бутика был заполнен готовой одеждой: шляпами, шарфами, сумочками, свитерами, перчатками – вещами, которые можно было носить без многочисленных примерок, необходимых для пошива одежды на заказ. Консультанты в элегантных черно-белых костюмах скользили по залу, показывая изделия и отвечая на вопросы. Я примерила летнюю шляпку с широкими полями.

– Такую же шляпку купила Марлен Дитрих, – сообщила консультант. – Вам идет.

– Не сегодня. – Чарли снял ее с моей головы и прошептал: – Никаких аксессуаров. Мы не в «Мэйсис», и есть причина, по которой на этих вещах нет ценников.

– Верно, – сказала я, придя в восторг от перчаток, которые только что заприметила. Они были цвета запеченного лосося, с оборкой по центру, которая напоминала рыбьи плавники.

Женщины оборачивались на нас, холодно оценивая меня и мою одежду; судя по презрению на лицах, они записали меня в побирушки. Эти женщины, богатые и стильные, никогда бы не появились нигде в вещах, купленных по скидке, или в обносках. Но их взгляды задерживались на Чарли, они смотрели на него так, как дети смотрят на витрины с тортами и конфетами. Высокий и подтянутый, он был похож на летчика Лаки Линди. Чарли, с его густыми белокурыми волосами, сапфировыми глазами и привычкой застенчиво переминаться с ноги на ногу и прижимать шляпу к груди, словно нуждаясь в защите, должно быть, считался самым красивым мужчиной в Париже. Намек на уязвимость мужчины тут же подстегивает кокетство женщин.

Чарли проигнорировал их, что заставило женщин уставиться на него еще пристальнее, и мы поднялись по лестнице в выставочный зал. Мы сели на маленькие позолоченные стульчики. Чарли положил ключи от машины на чайный столик между нами.

– Могу я вам чем-то помочь, месье? – спросила молодая женщина, ее глаза сузились от удовольствия.

– Да, пожалуйста. Платье для моей сестры. Что-то… – Он не мог найти подходящее слово. – Что-то струящееся, если понимаете, что я имею в виду.

– Сестры? – Она искоса бросила на меня коварный взгляд. Чарли был светловолосым мужчиной скандинавского типа, в то время как я была темненькой. Каштановый цвет волос, карие глаза, оливковая кожа – наследие дедушки из Италии. – Конечно, – сказала она в той манере знатока, которая свойственна всем продавцам.

– Синий по-прежнему твой любимый цвет? – спросил меня Чарли.

– Наверное.

Я никогда не задумывалась. Это был любимый цвет Аллена.

– Синее платье, – сказал он девушке. – Вечернее.

Через несколько минут перед нами появился манекен с подведенными черными глазами, в темно-синем платье в пол, обтягивающем до колен, а затем расходящемся до щиколоток. На розовом жакете, надетом поверх, были вышиты слоны.

– Нет, – отрезал Чарли.

Он был прав. Я, не привыкшая к вечерним платьям, совершенно точно споткнулась бы в подобной одежде, хотя мне и показалось, что слоны добавляли нотку необычности.

– Что-нибудь покороче, – попросил Чарли.

У следующего платья был вырез практически до талии. Чарли поморщился. Следующее платье шло вместе с фиолетовым болеро в стиле матадора, расшитым танцующими лошадьми с перьями.

Когда перед нами появился четвертый манекен, уложенные локоны девушки уже слегка растрепались, а в глазах появился нетерпеливый блеск, и мы с Чарли оба с интересом подались вперед. Платье из белого шифона с принтом в виде синих линий нотной тетради и с красными розами в качестве нот. Узорчатый вырез, подчеркнутая талия.

– Это оно, да, Лили? Сколько стоит? – спросил Чарли, что было еще одним свидетельством его обаяния, так как никто другой не смог бы задать столь грубый вопрос в салоне высокой моды и остаться безнаказанным. Девушка наклонилась к нему и что-то прошептала на ухо. Платье зашелестело от ее движения, красные розы затрепетали.

Его пальцы забарабанили по деревянному подлокотнику кресла.

– Как трехмесячная зарплата стажера, – прошептал он мне на ухо. Внутри меня все оборвалось, желание заполучить это платье ускользало из-под ног, как будто бы говоря, я так и знала. Как ты могла желать вообще хоть что-либо?

Около арочного входа возникло движение. Все повернулись, чтобы посмотреть на только что подошедшую женщину, высокую, величественную, в светлом летнем платье, развевающемся у колен, как будто бы она несла с собой свой собственный ветерок. Это была женщина, которая заставляла всех обращать на себя внимание благодаря своей внешности и чувству стиля. У нее были светлые волосы, но без того бронзового оттенка, который давала латунь; ее глаза были цвета меди, длинные и узкие, так что казалось, что она улыбается всегда.

– Чарли. Как я рада тебя видеть! – Она подошла к нам и наклонилась, чтобы поцеловать его в щеку. Была ли я единственной, кто заметил, что она тактично взяла со стола ключи, которые он туда положил? И сунула их в сумочку.

– Я приехала, как только смогла. Столько дел! Чарли, что ты сказал этой женщине? У Коко истерика, что я ушла, не сделав заказ.

– Только то, что мы встречаемся в салоне Скиапарелли, – заявил Чарли.