Хагрид икнул от неожиданности и громко заржал. Хряк испуганно вздрогнул, заткнулся и на всякий случай прикинулся дохлым. К ним величаво подошла круглая, как колбаса, свиноматка. Поглядела. Обошла с другой стороны, ещё поглядела. Пофыркивая, принюхалась. Рыльцем подковырнула полураздавленную тыкву под головой лесника, довольно зачавкала.
Ливень неожиданно стих. В разрыве туч показалось долгожданное солнышко. Пригрело. Свиноматка легла в грязь рядом с Хагридом и, сунув рыло ему подмышку, засопела. День обещал быть долгим.
* * *
Хагрид любил запах дуба — в носу от него приятно свербело. Может, поэтому его трагически погибшая волшебная палочка была из дуба?
Узкие окна под потолком давали достаточно света для работы в сарае. Приятно золотились новенькие дубовые полки в закутке, от пола и до потолка. Перегородкой служил массивный и неуклюжий, но прочный дубовый шкаф. Почётное место заняла дровяная плита. На потолке маячил круг рунной вытяжки. Вот это зельеварня так зельеварня! Хорошо тут, просторно.
А деревянную столешницу Хагрид заменил полированной каменной плитой, которую ему, в пыли и паутине, откуда-то притащила Креветка. Полировка новой не была — изъянов на ней хватало. Но камень — это камень. Надолго ли ему хватило бы дощатого-то стола?
Довольно вздыхая, Хагрид полюбовался делом рук своих. Ещё хотелось обмазать печку чем-то белым. Зачем? Ну-у… глупости какие!
А места-то на полках сколько! Всё накопленное добро поместится: многочисленные банки, бутылки и коробочки с ингредиентами. В шкаф пойдут готовые зелья. Во-он там можно ящики с сушёными травами пристроить. Здесь, на полке под столом, хранить котлы. Тут — черпаки, ступки и тёрки. Даже для пустых горшков и бутылей своё место есть.
За спиной раздался хлопок, отчего Хагрид едва не выронил из рук банку с сушёными жуками.
— Бинки принёс подстилку! — пискнул носатый домовик с большущей ношей газет. Из вороха прессы торчали уголки потрёпанных журналов. Куча пролевитировала к вместительному ларю и ухнула в его глубины. Не дожидаясь благодарностей, домовик-мусорщик с ещё более громким звуком исчез. Паразит магический!
Хагрид бочком протиснулся между пустыми клетками и корзинами к ларю и заглянул внутрь. До этого угла сарая он ещё толком не добрался с наведением порядка — отвлекали другие заботы. Да и что тут интересного? Газеты, развороты книг и журналов он использовал на подстилку в клетки. Возле уличного зверинца хранилась своя кучка макулатуры. Ох, чуть не забыл — надо бы туда газет притащить, а то мало осталось.
Читать Хагрид не любил — трудно ему это давалось. Вообще книги считал баловством и пустой тратой времени. Газетные новости были и вовсе ни к чему. Вон, сходи в «Гнедого пони» — там за кружкой эля всё, что надо и не надо, расскажут. С подробностями. Не хочешь в кабак? Подойди к старичку завхозу со скромным подношением. Уж он-то тебе за чаем такое про политику и благородные семейства расскажет — спать не сможешь!
Развернув газету с масляным пятном посередине, Хагрид недоумённо нахмурился. Раньше ему в голову не приходило прочитать что-либо из кучи макулатуры. А сейчас вдруг так захотелось… Аж смешно! Ну чё он там не видел-то? Но тянуло. Просто очень тянуло, и всё тут! Вот ведь карга проклятущая, чтоб ей икалось!
Скомкав газету и плюнув с досады, всё же выудил из ларя книжку, по слогам прочёл: «Приключения Оливера Твиста», Чарльз Диккенс. Бумага тонкая, шуршащая, гладенькая — на бумажный пергамент магических книг совсем не похожа. Интересная штука! Наверняка кто-нибудь из маглокровок в школу притащил. Подумав, сунул книгу в карман куртки. Почему-то казалось важным рассмотреть находку повнимательнее. И без случайных свидетелей.
Вечером перед сном задёрнул занавесками окошки, запалил магический фонарь и открыл первую страницу. Очнулся от пения петухов. За окном занимался рассвет. Шею ломило. В глаза словно древесной трухи сыпанули. На работу пора, а он и не ложился вовсе! Взглянул на книжку — непрочитанного осталось много больше половины. Тяжко повздыхав, заложил страницы запасной рубахой, а то, если захлопнется, не найти ведь, на чём остановился. Придётся по новой читать. Очень уж интересно, чем дело несчастного сиротки закончится.
Дочитанного к концу сентября «Оливера Твиста» Хагрид бережно убрал в школьный сундук, пылившийся в кладовке. Здесь он хранил «тайные книги» от Флитвика, тут же лежали учебники за три курса, купленные ещё папашей. Там же покоилась стопка старых писем из дому, обмотанная верёвочкой, и некоторые мелочи вроде чистого пергамента, чернил и перьев.
Зачем-то подержал в руках подаренные маленьким профессором книги, полистал. Раньше не нашлось времени их просмотреть. Дела, заботы, то-сё… Сейчас вдруг страсть как захотелось. И учебники бы свои старые посмотреть. Жаль, уворованную волшебную палочку применять страшно… Не, пусть и дальше в тайнике лежит. До лучших времён. А учебники зимой можно изучить, когда холодно на дворе и темнеет рано.
Закрыв сундук, Хагрид вернулся в сарай.
Книжка про сиротку очень понравилась — местами аж до слёз проняло! Хотелось ещё что-нибудь почитать, такое же душевное. На месте Оливера Хагрид видел себя и просто млел от мысли, что его найдёт родня со стороны отца, от семени которого он появился на свет. И заживут они счастливо, как с папашей… Очень приятно мечталось. И несбыточно. Он понимал это отчётливо, но мечты — они такие сладкие!
Поглядев на ларь, Хагрид тяжко вздохнул и решительно взялся за работу. Вдруг там ещё такая книжка есть?
Выгруженная из ларя куча макулатуры… внушала. Чего здесь только не было! Газеты, журналы, свитки с эссе, старые изодранные и исчерканные на сексуальные темы учебники, пришедшие в негодность библиотечные книги, использованные бланки заказов, каталоги магазинов, ветхие от времени заявки на расходники… Под ноги съехала кулинарная книга с частично выдранными глянцевыми страницами.
Хагрид уставился на яркую картинку расписанного розочками торта и словно выпал из реальности. Вот бы ему научиться такое стряпать! Уж он бы… Книжка отправилась за пазуху.
Газеты и разную писанину покидал обратно в ларь. Подумав, сложил все книги в один большой ящик, а что не влезло, пристроил рядом стопками. В руки попала явно магловская книжка с забавной обложкой. Фривольно одетая девица нахраписто лезла к полуголому парню с недовольным лицом. Он брезгливо придерживал нахалку за талию, а сам тоскливо косился куда-то в сторону. «Страсть в старом замке». О как!
— Чем ты занят, мальчик мой? — в раскрытые настежь ворота упала длинная тень. Острый взгляд голубых глаз за очками половинками словно вспорол пыльный воздух сарая. Спину почему-то обнесло холодом — все волоски на теле встали дыбом.
— Профессор Дамблдор?! — Хагрид недоумённо моргнул: «Это же Альбус! Благодетель!» — и расплылся в счастливой улыбке. — Дык, эта… гнездо вона для мурлокомля надо сделать, — ляпнул первое, что в голову пришло. Стыдно же признаваться, что он читать навострился.
— А я не знаю… Гляньте-ка, бумага какая, мягкая и гладенькая, — скомкал лист «Страсти…», — и шуршит ишо. Мурлокомли любят, чтоб шуршало. Но этого мало, — тряхнул томиком. — Вон тех полно, — мотнул он головой на кучу истрёпанных учебников, — твёрдые они, ага. Тока на подстилку идут. Где бы такого мягонького взять, а?
Взгляд профессора утратил остроту, заискрился снисходительным весельем:
— О, магловская беллетристика. — Дамблдор повертел в руках книжку, сравнил страницы.
— Эльф! — щёлкнул пальцами.
С шумом появившийся домовик выпучил глаза от усердия: