Блэки таки докопались до Тёмного Лорда! Сработала Светкина импровизация. Небось, всё лето суетились — крестражи искали. Эх, как хотелось сбегать поглазеть на битву века! Тем более, недалеко отсюда — Старое Ристалище раскинулось за Хогсмидом, в лощине. Традиционное место дуэлей со времён рыцарства и прекрасных Дам Сердца.
Профессор не пустил.
Зато подробно и интересно рассказал о дуэлях и тут же устроил тренировку. Руби сразу дезертировал, а Светта с удовольствием скакала и пуляла в дядюшку заклинаниями. По итогам было решено практиковаться каждый день. Мало ли, вдруг в жизни пригодится.
В объявленной дуэли победил Блэк. По крайней мере, с перепаханного проклятьями поля его унесли ещё живого, а оставшийся от Волдеморта пепел раздуло ветром. Может, что-то даже успели в совок собрать... Похоже, Первая Магическая война уже не состоится. Впрочем, Светку это не касалось. Чем смогла — помогла, а дальше сами.
Глава 13
Зима промелькнула, как летучая метёлка. Вроде вчера осень плакала дождём, а тут раз — и первоцветы распахнули свои пахучие звёздочки. Весна-а…
Большой плоский камень, на котором не так давно «родилась» Светта Лучана Вудвилл, снова украсился замысловатым рисунком.
Антураж соответствовал: тихая ночь, серебристый свет луны, шелест молодых, ещё клейких листочков и любопытные феи, облепившие ближайшие кусты. Их глаза роем светлячков поблёскивали в ветвях.
Вмешательство фей из чистого озорства в ход ритуала было одним из самых непредсказуемых и опасных факторов. И так-то неизвестно, что получится из творчества дилетантов-самоучек, а если ещё и малявки напакостят… Бурно обсудив проблему, семейка Вудвилл пришла к парадоксальному выводу — фей нужно по-дружески пригласить.
Светка сходила, позвала на мероприятие. Уверенности, что её правильно поняли, у мисс Вудвилл не было, однако крылатые девчушки явились едва ли не полным составом. Теперь тихонько шебаршились в кустах, попискивали, но не мешали.
Трепетал огонь факелов на подступах. Потрескивали красные свечи в контуре печати. Из дымящихся курильниц остро пахло горячей смолой, тлеющей травяной трухой и удушливыми экзотическими специями.
В нужные места на чертеже улеглись полувеликан и маленький профессор. Если на бёдрах голого Руби простыня смотрелась обычным полотенцем, то замотанный в ткань бывший Флитвик напоминал окуклившуюся бабочку. Простыня ему была нужна на перспективу — дядя Фил был твёрдо уверен, что всё у них получится и с камня он поднимется сильно изменившимся в габаритах. Дефилировать обнажёнными перед единственной дамой никто из них не хотел.
Ну и зря. Даже если бы мужчины тут голышом разлеглись, Светку бы это не смутило. Понятие стыдливости у неё было… своеобразным. Бытие инвалида весьма располагало к здоровому цинизму. Нагота — это всего лишь неодетое тело. Чего там стесняться-то?
Осознание предстоящего действа накрыло накануне ритуала. С утра Светта волновалась, да, но держалась. А когда дядюшка выложил на стол пухлый конверт со словами: «Завещание и распоряжения на случай моей гибели», она разревелась и удрала в свою комнату, спряталась там от несовершенства мира. Потом, конечно, успокоилась. А куда деваться? Других претендентов на ведущую роль в ритуале не нашлось. Накачалась успокоительным и пошла. Ей ещё двенадцатилучевую звезду рисовать.
Страшно было… не передать как. Она так при отделении от Хагрида не боялась, как сейчас. Притащила и спрятала в кустах большущий сундук с аптечкой, куда напихала всего, что в голову пришло. Сова Флитвика замучилась по аптекам летать. Эх, мадам Помфри бы сюда, но где же её найдёшь? Небось, спряталась от Блэков в каких-нибудь дебрях.
Где-то за лесом ворчала далёкая гроза. Ещё один непредвиденный фактор в течение ритуала. Страшно-о… За свою маленькую семью страшно. Не приведи Создатель остаться одной на свете!
Начало было… неожиданным. Только Светта затянула первые катрены, как импровизированный алтарь подёрнулся густой, как молочный кисель, непроницаемой дымкой. Этакий «туман войны». Ничегошеньки не видно! Стиснув кулаки, Светка старательно голосила, вкладывая в пение всю себя. Там, в тумане, что-то происходило, метались тени, чудился невнятный шёпот, что-то то ли вспыхивало, то ли наоборот гасло… Ещё и феи снялись с кустов и зависли над туманным куполом жужжащей тучкой, однако ничего не делали, или делали, но мисс Вудвилл этого не видела.
Охрипнув от усердия, Светка аккуратно перешла на интуитивно понятный речитатив, этакий рэп, наверняка перевирая половину древнего текста, но при этом в ней крепла уверенность, что всё идёт как надо. Насколько это возможно в самопальном ритуале. Под конец действа совсем успокоилась. Тем более, феи вернулись в кусты. Значит, всё хорошо.
Туман рассеялся разом, словно кто-то отдёрнул шторку… и Светта икнула от изумления, созерцая результат. С покрытого слоем жирного пепла камня неуверенно поднимались два рослых плечистых мужика, старательно придерживая простынки на стратегических местах. Два абсолютных альбиноса с льдисто-голубыми глазами. У старшего, лет тридцати на вид, — заячья губа и задумчивость во взоре. У младшего, парнишки лет пятнадцати… ну, выражение лица не позволяло заподозрить его в излишках ума — это точно Руби.
— Люмос! — профессор, конечно же, первым делом проверил себя на наличие магии. Полюбовался на вспыхнувший огонёк. Потом заставил проделать то же самое сынулю. Убедился в их состоятельности как волшебников, и только потом уставился в наколдованное зеркало.
— Эт как жа… — растеряно булькнул Руби, потянув себя за белоснежную кудряшку.
— Прекрасно! — профессор вертелся как юла, стараясь рассмотреть себя во всех ракурсах, и под тряпочку не забыл заглянуть, и, отвернувшись, рукой там всё проверил. — Просто прекрасно!
Светка счастливо улыбалась, аж щёки заболели. От облегчения ноги не держали. Она уселась на булыжник, не переставая любоваться результатом своих стараний.
— Жаль, у нас опытного колдомедика нет — проверить, всё ли ладно с организмом, — вдохнул дядя Фил. — Будем уповать на лучшее.
Ага, вовремя вспомнил.
До дому еле добрались. Мужиков шатало и колбасило, они то и дело спотыкались, что-то бормотали явно не цезурное, но шли. Послушно выпили по кружке бульона и рухнули спать. Ночь прошла спокойно, если не считать того, что Светка то и дело бегала слушать их дыхание.
Завтрак она проспала. А явив себя миру, обнаружила обоих «новорожденных» на кухне. Руби стругал салат, обижено моргая на ставший неудобным любимый ножик, а дядюшка цедил пустой чай и увлечённо чиркал что-то в блокноте. Заячьей губы у него уже не было. На светкино приветствие рассеянно покивали снежно-белыми шевелюрами.
— Что-то не так? — насторожилась Светта.
— Куда подевалось почти пол-ярда роста и девяносто пять фунтов веса? — хрупнул грифелем карандаша дядя Фил. Досадливо вздохнул, сгрудив ладонью раскрошенный обломок к кучке предыдущих свидетельств его изменившейся в руках силы.
Светка задумалась.