Знамена над штыками [сборник 1978, худ. Кутилов Н. К.]: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Стой! Кто идет?

Мальчик вздрогнул, присел, притаился. Но тут же сообразил, что спрашивают по-русски — значит, свои — и смело ответил:

— Я!

— Кто — ты?

— Жменька.

— Это еще что за Жменька?

— Дядечка, я к вам. Хочу что-то сказать. Я свой, дядечка, русский.

— Ребенок? — спросил другой голос. — Что за черт?

— Не черт я, дядечка. Не бойтесь. Я местный. Из Соковищины. Это деревня наша. Пилип Жменька. Фамилия у нас такая. Мой тата солдат…

— А ну — руки вверх! И вылезай на свет божий!

Пилипок сначала поднял руки, держа в них вилы, но тут же сообразил, что во мраке хотя и лунной, но туманной ночи нелегко разглядеть, что за оружие у него в руках, и бросил вилы на землю.

Двое дозорных в длиннополых шинелях с винтовками наперевес приблизились к нему.

Заикаясь от волнения, мальчик старался побыстрее рассказать о главном:

— Даденьки, там… немцы… целый день пушки возили… На нашем поле поставили… У березняка… и еще повезли… Дядя Тихон говорит: может, наступление новое поведут…

Солдаты слушали молча, не выказывая ни радости, ни благодарности. Пилипку казалось, что они ему не верят, и он снова напомнил:

— Мой тата солдат, в нашем войске.

Но и на это дозорные ничего не ответили.

Только когда Пилипок рассказал, как дядя Тихон провел его к болоту, солдат спросил:

— А чего он сам не пошел, дядя твой? Мальчугана послал?

Долго пришлось объяснять, почему не мог пойти дядя. А когда сказал, что дядя был ранен на японской войне, голоса солдат потеплели. Они стали расспрашивать о хозяйстве, о сестренках. А про немецкие батареи, казалось, забыли. И не спешили отвести мальчика к начальству, хотя Пилипок понимал, да и дядя говорил, что его должны отвести к командиру, может, даже к генералу. Дядя учил, как следует Пилипку держать себя перед офицерами, как обращаться к ним. Мальчик испугался, как бы эти солдаты, такие безразличные к тому, главному, ради чего он шел, не вздумали отослать его обратно, и он несмело спросил:

— Куда же меня, дяденьки?

Солдаты почесали затылки:

— Тебя к начальнику караула надобно. — И один спросил у другого: — Кто поведет, Иван? Ты или я?

Иван долго молчал. Пилипок понял, что солдату не хочется в одиночку торчать здесь среди болота. Боится, что ли, как он, Пилипок, в темных сенях. Вот и его за черта приняли. Но Иван был, видно, человек добрый, тихий, покладистый, он наконец согласился:

— Веди ты. Я один покараулю. Только быстрее возвращайся.

— Куда уж возвращаться! Смену пришлют.

Иван тайком вздохнул. Пилипку стало жалко солдата, который оставался один стыть тут, на болоте, может, до самого утра. Когда еще смена явится!

— Бери, хлопче, свои вилы. Пошли.

В караульном блиндаже все спали: солдаты — на полу, на соломе, офицер, перетянутый портупеей, — привалившись грудью к самодельному шаткому, на козлах, столику.

Коптил фонарь «летучая мышь», было душно, пахло прелыми портянками.