– Даже не знаю, по-моему, ты очень даже похож на таких. – Она бросает мне вызов, и все настроение меняется. Я прищуриваюсь и подхожу ближе.
– Которые хвастают сексуальной жизнью или шлют фотографии члена? – Она прикусывает нижнюю губу, когда с моих уст слетает слово «член». А у нее крутятся пошлые мысли, не так ли?
– Первый вариант. – Она меняет позу, скрещивая ноги в лодыжках.
– Ошибаешься. Я не хвастаюсь и ни с кем не обсуждаю свою сексуальную жизнь. Даже с Клэем. – Я пристально смотрю ей в глаза. – Если не веришь мне, спроси у него сама.
– Значит, ты у нас честный парень? – спрашивает она, и я киваю. – Ладно. Тогда такой вопрос: чего ты от меня хочешь, Томпсон? – Ее голос сочится патокой, но во взгляде пляшут огни.
– Ты не слушаешь. – Я хмыкаю. – Ничего. Мне от меня ничего не нужно.
– Тогда что сейчас происходит? Зачем ты пришел? С какой стати таращишься на меня, вместо того чтобы посмотреть фильм?
– Мне нравятся наши взаимоотношения.
– Наши что? – Она искренне изумлена.
– Взаимоотношения, – повторяю я с улыбкой. – Поначалу ты меня раздражала, но в тебе меня это все забавляет. Как ты на меня реагируешь, как легко мне удается вывести тебя из себя.
– Так для тебя это все забавы? – Она громко выдыхает через ноздри и скрещивает руки на груди. – Тебе нравится, когда я на взводе? Неуравновешенная?
– Немного.
– Из-за тебя мой первый год в колледже просто невыносим.
– Не нужно так драматизировать, первокурсница. – Слова вылетают сами собой, я не успеваю их обдумать. Ее лицо становится непроницаемым, и у меня возникает странное ощущение, будто я только что сменил настроение наших взаимоотношений.
Она отходит в сторону, намереваясь обойти меня по дуге, но я становлюсь у нее на пути.
– Пошел вон, Томпсон.
– Я думал, мы тут общаемся. – Я убираю руки в карманы, стараясь скрыть нервную дрожь.
– Тебе показалось. Я не общаюсь с людьми, которые даже имени моего произнести неспособны.
– Так и ты не зовешь меня по имени. – Я сейчас похож на великовозрастного детсадовца.
– Серьезно, Колтон? Ты просто ищешь оправдания, вот и все. Уверена, ты даже мысленно не произносишь моего имени. – Она мысли, что ли, читает? Она видит меня насквозь, и это пугает. – Все написано у тебя на лице. Ты хоть понимаешь, почему ты такой?
– Какой? – Я облизываю губы, заметив, что она прищурила свои прекрасные глаза.
– Замкнутый и избирательный. Ты не подпускаешь к себе людей, потому что у тебя слишком много мыслей и проблем, которыми не хочешь делиться. Ты воздвигаешь стены, фильтруешь свои слова и даже мысли! Назвать кого-то по имени – значит показать, что вы перешли на другой уровень. Сблизились. Но ты помешался на создании границ. – Она смотрит мне в глаза. Невзирая на ее маленький рост, она настоящая воительница. Это слово идеально ее описывает. Так же, как она описала меня, попав точно в яблочко, но признавать я это не намерен.
– А ты трахаешься с братом лучшей подруги за ее спиной. – Мой голос вдруг стал звучать хрипло. – Притворяешься, что ты преданная, а сама…
– По крайней мере, я трахаю того, кто мне нравится. – Она делает шаг ко мне, не прерывая зрительного контакта. В голове возникает вопрос, и мне невыразимо тяжело от него избавиться. – В то время как ты…
– Тебе нравится Бенсон? – выпаливаю я, перебивая ее.
– Чего? – Заткнуть ее нелегко, но у меня получилось это сделать, потому что она сражена моим вопросом.
– Ты сказала, что трахаешь того, кто тебе нравится, – повторяю я, как идиот. – Он тебе нравится?
– Пошел ты. – Она устремляется к двери, но я хватаюсь за дверную ручку, чтобы помешать ей уйти. – Открой чертову дверь.
– Неужели так сложно ответить на мой вопрос? – шепчу я ей на ухо. – Сложно, Ава?
Ее имя, слетающее с моих уст, производит именно тот эффект, на какой я и рассчитывал. Она медленно разворачивается и смотрит мне в глаза. Я жду, пока она скажет хоть что-нибудь, буквально что угодно, кроме короткого «да».