– Спортсмены – элита: хоккеисты, футболисты, бейсболисты, игроки в соккер, – выбирай что хочешь. Особенно университетские. Как ты этого не заметил, я не понимаю.
– Мне просто почти всегда чихать, что обо мне подумают люди. – У меня не выходит подавить зевоту.
– Скорее вообще всегда, – фыркает он и хлопает меня по спине. – Пускай ты и придурок, я все равно тебя люблю. Ты мне как брат, которого у меня никогда не было.
– Аналогично. – Я улыбаюсь ему. Мы почти дошли до моего дома. – Понятия не имею, чем ты хочешь заняться, когда мы поднимемся, но я пойду спать.
– Интересно, куда пошли Ава с Лайлой? – ни с того ни с сего выдает Клэй. – Из-за того, что ты выкинул, Аве многое предстоит объяснить. Теперь ты для нее определенно самый невыносимый человек в кампусе.
– Мне, мать твою, плевать. – И за смехом я пытаюсь скрыть возникшее неприятное ощущение.
Врешь, врешь, никого не проведешь, Колтон. Тебе точно не плевать, и в этом огромная проблема.
Сегодня среда, и я не видел Аву целую неделю. Словно она исчезла и решила больше не ходить в этот колледж. Вот только это не так, ведь я в курсе, что Клэй каждую свободную минуту проводит с ней: ловит ее на обеденном перерыве, в коридорах, провожает до общежития. Они ведут себя друг с другом как друзья и не более того.
Лайла же, наоборот, вечно попадается мне на глаза. Она появляется везде, куда бы я ни шел, и бросает в мою сторону взгляды, которые мне не нравятся, ведь она будто что-то затевает или считает меня кретином, уничтожившим ее мечту о том, что ее брат и лучшая подруга создадут семью. Или и то, и другое. Меня сбивает с толку все происходящее вокруг, а поэтому почти все время я просто плыву по течению. Как сегодня.
– Короче, думаете, этот фильм не стоит такого внимания? – ни к кому конкретно не обращаясь, спрашивает Бенсон, пока мы стоим в очереди за попкорном и напитками.
– Наверное, – лениво отвечает Мур, облокачиваясь на стойку.
– Отличный ответ, чувак, – смеется Бенсон. – Да у тебя настоящий талант вести беседу.
– Предпочитаю использовать язык для других целей. – Мур сужает глаза и озирается. – Уверен, ты понимаешь, о чем я.
– Кого выслеживаешь? – Бенсон выпрямляется, становясь выше, а на его лице растягивается насмешливая ухмылка.
– Говорил нам, значит, что лучшая подруга твоей сестры под запретом, только чтобы самому поиметь эту мелкую шлюху? Не ждал такого от тебя, Бенсон. – Мур все пытается забраться к ней в трусики, но, судя по всему, ему время от времени удается добиться от нее только среднего пальца.
– Вякнешь еще хоть слово об Аве, и обещаю, ты пожалеешь. – Он подходит ближе на шаг. – На вечеринке я тебя не тронул только потому, что ты был пьян и она попросила быть с тобой помягче, но я могу передумать.
Мой взгляд мечется между ними обоими, и в груди возникает чудовищно знакомое чувство. Ярость. И направлена она на Мура. Он на вечеринке пытался с ней что-то сделать?
– Что произошло? – слетает вопрос с моих губ прежде, чем я успеваю понять, о чем спрашиваю.
Дрейк смотрит на меня так, будто видит впервые.
– Это тебя не касается, Томпсон, – выплевывает он и отворачивается, чтобы заказать попкорн. Он общается со мной так, словно я хуже ублюдка Мура.
– Что будешь брать? – так внезапно раздается голос Клэя у уха, что я подскакиваю и прикусываю язык. Твою мать. Во рту появляется привкус соли, и становится ясно, что прикусил я его до крови.
– M&M's. – Лучший друг хлопает меня по спине и сияет улыбкой от уха до уха. – Какой же ты предсказуемый идиот.
– Даже не стану спорить. – Пока заказываю мороженое, в голове начинают носиться мысли. На вечеринке что-то произошло между Муром и первокурсницей? Поэтому Бенсон тогда ее обнимал?
Только мы заходим в кинозал, и звонит мой телефон, из-за чего я останавливаюсь. Достав его из кармана, я смотрю на экран. Говорить с ним у меня нет никакого желания, но я знаю этого человека. Он продолжит названивать, пока не получит то, чего хочет.
– Колт, ты идешь? – Клэй озирается через плечо, ожидая меня в середине зала.
– Две минуты, – кричу я и направляюсь в ближайший угол.
– Привет, Колтон. – Голос отца твердый и спокойный, как и всегда. Претенциозный кретин.
– Привет.
– Как поживаешь? – О боже, да скажи уже, что тебе нужно, чтобы я вернулся к друзьям. В этом показном обмене любезностями нет никакого сраного толку.