Избранное в двух томах. Том 2. Повести и рассказы [1987, худ. Б. Н. Чупрыгин]: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

У стола неслышно ходила Рая в мягких оленьих туфлях, которые шили на продажу саами, наливала чай, щедро накладывала в пластмассовые блюдечки болгарский клубничный конфитюр, купленный в магазине рыбкоопа.

Юрка вертел в пальцах горячий граненый стакан, дул на чай, пил маленькими глотками и поглядывал то на Ивана Тополя, то на Валерия.

Брат, против обыкновения, молчал, не рассказывал о своем походе, и вообще никто за столом и словом не обмолвился о главном.

Юрка, конечно, догадывался, что пограничник имеет какое-то отношение к Валерию, с чего бы иначе он стал сидеть за полночь в их доме… И все таки, как ни хотелось Юрке разузнать подробности спасения брата, он не проронил ни слова.

Дедушка Аристарх, весь какой-то праздничный, с расчесанной рыжей бородой и прилизанными бровями, в белой льняной косоворотке, не столько распивал чаи, сколько рассказывал о рыбацком житье-бытье.

Шестьдесят лет назад — подумать только! — впервые увидел он Якорную губу и поселок, который тогда назывался становищем. Он, десятилетний мальчонка, зуек из беломорской деревушки Малошуйки, Архангельской губернии, вылез с отцом и братьями из большой старой лодки — ёлы — на низкий песчаный берег губы. На берегу он увидел россыпь черных поморских хибар. В них живали навсегда осевшие здесь рыбаки — колонисты, как их звали на побережье, — и рыбаки, приезжавшие на весенне-летний сезон: в эту пору на крючки ярусов и в сети густо идут треска и морской окунь, палтус и мелкая мойва с песчанкой. Белое море плохо кормило, вот и отправлялись поморы с Летнего и Терского берегов Беломорья на холодный каменный Мурман…

Кажется, тысячу раз уже рассказывал дедушка: становище в те годы не утопало, как нынче, в песке, а поросло трестой, и это уже после траву сгубили привезенные сюда овцы с козами.

Тысячи раз слышал Юрка рассказы о гибельных снежных зарядах и штормах, о жадности купцов, за гроши скупавших у промышленников, как звали тогда рыбаков, пуды трески и морского окуня, о хитрости владельцев фактории и зверобойных шхун, заходивших в губу…

Вполуха слушал Юрка дедушку, а сам поглядывал на Валерия. Брат был таким же, как и до побега, только сильно посерьезнел и похудел — выступали скулы, и подбородок вроде стал острей и упрямей, шея сделалась тоньше, и поэтому ворот черного свитера казался шире, чем прежде. Настрадался, видно, бедняга…

Внезапно Иван Тополь встал из-за стола, блеснул значками, пожал всем руки и двинулся одеваться.

Рая, накинув платок, пошла его проводить.

Она долго не возвращалась.

— Простынет, — сказала мать, — фуфайку бы накинула.

— Ничего с ней не сделается, — дедушка стал стаскивать косоворотку, — в такие-то годы… Да и на улице ноне не холодно.

Валерий понимающе улыбнулся. Он все еще помалкивал.

— А на вертолете страшно лететь? — спросил у него Васек, и Юрка сразу догадался, кто и как спас ребят.

Стукнула дверь, и в столовую вошла Рая. Лицо ее пылало, и густая россыпь ярких веснушек на курносом лице, ушах и шее померкла — такая она была красная.

— Ты чего? — спросил Юрка.

— Ничего. — Рая сразу ушла в боковушку, а Валерий локтем поддел Юрку и подмигнул: не приставай!

Глава 6

Про китов и акул

Во сне Юрке казалось: он все еще мчится по тундре. Нарты бросает по горбам и рытвинам, и, чтобы не свалиться, он обеими руками держится за спинку. А пальцы ослабли: вот-вот разожмутся…

Юрка проснулся. В комнате темно. У стенки ровно посапывает Васек, за стенкой на печи откашливается дедушка, и громко тикают ходики.

Вдруг в Юркину голову пришла шальная мысль: а где сейчас Валерий? Как будто, возвращенный из тундры, он мог пуститься в новое опасное предприятие! Юрка знал, Юрка был уверен: утомленный бессонницей и недоеданием, Валерий спит без задних ног, даже снов не видит. И все же теперь от брата можно было ждать всего.

Юрка привстал с постели.

Неловко закинув руку к спинке койки, смешно искривив о подушку нос, брат глубоко спал. Густо поросшая пушком верхняя губа была полуоткрыта, обнажая подковку ровных белых зубов.

Юрка зевнул, почесал лопатку, улегся и, успокоенный, заснул…

По дороге в школу Юрка узнал от соседской девчонки Вали Дворкиной, что она да и другие жители Якорного видали вчера, как огромный красный вертолет, треща винтами-крыльями, пролетел над поселком и опустился по ту сторону губы у заставы. А потом часа через два в сопровождении пограничников в дом явился Валерий.

В поселке новости распространялись мгновенно, и перед уроками Юрка узнал, что легче всех отделался Валерий: отощал да сломал лыжу. С Игорем и Серегой дело хуже — они в больнице: у первого сильное растяжение связок на левой ноге и он не может ходить, второй как-то ухитрился отморозить ухо и два пальца на руке…

Два дня Валерий сидел дома и просил никого к нему не пускать. Не так-то приятно слушать охи да ахи и отвечать на сотни вопросов. Даже Юрка не знал подробностей неудавшейся экспедиции. Ни маршрута, ни целей ее.

Валерий молчал, и Юрка не приставал к нему с расспросами.