— Военные, — сказал Юрка.
Сразу стало не так одиноко.
— Чаю хочешь? Согреемся.
— Так ты и чайник захватил?
— В тундру без чайника не ездят. Как и без топора.
Олени не отставали от ребят; по грудь войдя в снег, они копытами докопались до ягеля и с превеликим аппетитом жевали. Начало смеркаться. Снег погас, посерел.
Тундра была нема. Сумерки отбрасывали длинные тени сопок на снег. В ушах звенело от тишины.
— А Валерки нет, — сказал Юрка и вдруг всхлипнул и тут же вытер варежкой лицо.
— Может, папка нашел, — сказал Гришка, — или лыжники.
— Никто не нашел, — с ожесточением сказал Юрка. — Заблудились они, замерзли, и сейчас… — и опять всхлипнул, совсем по-детски. И вдруг дико заорал на Гришку. — А ты жалеешь своих чертовых оленей. Гони их!
В поселок они вернулись за полночь. Где-то заливались собаки. Окна темные. Только в одном доме горят все три окна — в доме Варзугиных.
— Ну пока. — Юрка слез с нарт, хромая на затекших ногах, взял лыжи и пошел к своему дому.
Он очень устал. На душе было тошно и пусто. Так пусто, что он даже не чувствовал, как вчера, волнения и горести.
Поставил в сени мокрые лыжи, открыл дверь в горницу, зажмурился от света и…
И увидел Валерия.
Брат сидел за столом в своем черном свитере, сильно похудевший, непривычно тихий, с аккуратно зачесанными назад волосами, сидел, и умные, виноватые глаза его смеялись.
С шапкой в руках застыл Юрка на пороге, глупо улыбнулся, сказал:
— Нашелся!
Хотел подбежать, обнять брата, но застеснялся и, вдруг повернувшись ко всем спиной, неуклюже запрыгал, сбрасывая с плеч сырую телогрейку.
И только потом уже, повесив телогрейку на крючок, увидел Юрка, что в горнице, кроме Валерия, матери, дедушки, Васька и Раи, находится незнакомый человек в форме пограничника. Он сидел за столом, длинноносый и рыжий, ладонью гладил жесткий ежик на темени и, видно, только-только прервал свой рассказ.
Заметив его, Юрка поздоровался, и это запоздалое приветствие прозвучало нелепо.
Солдат быстро встал из-за стола, подошел к Юрке, подчеркнуто браво вытянулся, протянул руку и брякнул:
— Рад познакомиться. Сержант Иван Тополь.
— Юрий. — Юрка жгуче залился румянцем, пожимая сухую, твердую руку пограничника.
Мать вытирала краем передника красные глаза; Рая исподтишка поглядывала на солдата; дедушка Аристарх мешал ложечкой густейший чай, а Васек в упор рассматривал блестящие значки на гимнастерке пограничника, его ремень, целлулоидный подворотничок, армейские валенки и молчал.
Солдат уже сидел за столом, а Юрка все еще стоял и не знал, куда деть руки. «Иван Тополь… — думал он. — Не тот ли это пограничник, на крючок которого вешал я на заставе свою стеганку? Наверно, он. Ну и фамилия! Может, я и спал на его койке на верхотуре…»
— Так и будешь стоять? Садись за стол, — сказала мать. — Ты где это весь день пропадал?
— На лыжах… — ответил Юрка и хотел прибавить — «катался», чтобы не получилось, будто он хвастается участием в поисках брата.
Но Юрка ничего не добавил.
Он присел, задев ногой стул Васька, натянуто улыбался и чувствовал себя как в гостях.