Битва за рейх. Последние бастионы Гитлера. 1944–1945: читать начало книги онлайн

Он держал оборону на своем командном пункте в доме Галланда вместе с теми офицерами своего штаба, которые не остались на командном пункте в самом городе. Атакованные британскими огнеметными танками и пехотой, его соратники погибали один за другим. Когда оставшиеся в живых бойцы отказались идти на верную смерть и стали настаивать на том, чтобы прекратить ставшую бессмысленной борьбу, генерал Дойч, прижав свой автомат к бедру, пошел один по улице Флутграфенштрассе навстречу приближавшемуся противнику. Он в одиночку дал последний бой врагу. Когда генерал вставил последний магазин и дал очередь по поднявшейся в атаку группе британцев, он был сражен очередью успевшего занять позицию вражеского пулеметчика и рухнул на землю. Последний военный комендант Везеля умер два часа спустя на передовом перевязочном пункте союзников, куда его принесли британские солдаты.

В субботу 24 марта 1945 года, в 2 часа ночи, Везель был полностью в руках союзников. В 9 часов утра в районе Фридрихсфельд – Эммельзум британские войска установили связь с соседними подразделениями 9-й американской армии, которые продвинулись вперед еще дальше, чем британцы, так как в этом месте на берегу Рейна у немцев вообще не было никаких оборонительных позиций.

21-й группе армий удалось почти без труда форсировать Рейн между городами Фёрде и Рес и занять позиции на восточном берегу реки.

Первый эшелон наступавших войск состоял – наряду с уже упомянутой 51-й шотландской дивизией – из 15-й шотландской дивизии, 1-й бригады специального назначения и 30-й американской пехотной дивизии. Последняя была задействована в районе Фридрихсфельд – Шпеллен. 79-я американская пехотная дивизия также переправилась через Рейн в районе Лёнен – Мерум – Штапп.

Противник укрепился на полосе шириной около 50 километров и создал такой большой плацдарм, что его уже было невозможно ликвидировать. Тем самым сражение на Западе было окончательно проиграно, и теперь речь шла только о том, чтобы обратить все внимание на Восточный фронт.

В субботу 24 марта 1945 года началась и операция «Варсити». Было 09:45 утра, когда первый эшелон огромного воздушного флота достиг своего района цели севернее Везеля. Ровно через 3 часа и 10 минут после старта с аэродромов в Центральной Англии первые самолеты-буксировщики отцепили свои грузовые планеры, которые приземлились в предместье Везеля Фельдмарке.

Эти воздушно-десантные войска, которые с 09:45 до 11:00 почти непрерывно приземлялись на правом берегу Рейна, транспортировались в район боевых действий на 1572 транспортных самолетах и 1326 грузовых планерах. Это были 40 000 прекрасно подготовленных, тренированных и оснащенных новейшим оружием солдат, боевая элита западных союзников.

889 истребителей обеспечивали этому соединению прикрытие с воздуха над немецкой территорией. Еще 2153 истребителя и истребителя-бомбардировщика охраняли район выброски парашютного десанта и герметично блокировали весь район с востока. Снова все было согласовано до мельчайших деталей.

В то время, когда главные силы этих обеих воздушно-десантных дивизий сбрасывались в районе Хамминкельна, два полка 17-й воздушно-десантной дивизии приземлились в районе Динслакена, восточнее имперской автострады № 8, в долине у городка Вехофен и в долине реки Торбах.

Целью этой гигантской воздушно-десантной операции было, сразу после того как штурмовые группы форсируют Рейн, расширить плацдарм на восток и ударом с тыла смять немецкие оборонительные рубежи, примыкавшие к Рейну, и тем самым взять защитников этих рубежей в клещи, лишив их возможности отступления.

И этот замысел полностью удался. Особенно в районе Мер – Хисфельд, где немецкие оборонительные позиции действительно оказались взяты в клещи, а их защитники были уничтожены.

Немецкие парашютисты, занимавшие позиции на восточном берегу Рейна, видели, как, словно белые хлопья ваты, с неба опускались тысячи парашютов. Они видели, как навстречу земле устремились тысячи грузовых планеров, отцепившихся от самолетов-буксировщиков. Некоторые из этих планеров потерпели аварию, столкнувшись с опорами высоковольтных линий или зацепившись за провода.

У города Хамминкельн два таких планера были буквально насажены на опоры высоковольтных линий.

Особенно тяжело пришлось группе полевой артиллерии 6-й британской воздушно-десантной дивизии, которая десантировалась в районе Хамминкельн – Брюнен – Лакхаузен. Орудия, боеприпасы и материальная часть были загружены в 416 грузовых планеров. Из этих планеров только 88 приземлились в целости и сохранности. Все остальные были сбиты немецким зенитным и ружейно-пулеметным огнем.

Впервые в военной истории в операции «Варсити» для прыжков с парашютом были использованы средние транспортные самолеты С-46 «Кёртис-Райт». В каждую из этих машин помещалось 36 парашютистов-десантников со всем своим снаряжением.

Пилотами грузовых планеров «Хорса» командовал полковник Чаттертон. Полковник Чаттертон сам сконструировал и построил эти планеры для подобной широкомасштабной воздушно-десантной операции. Во время десантирования в планере полковника вместе с его личным штабом летел и специальный корреспондент газеты «Санди экспресс». Это был Джеймс Уэллард. Лежа в кабине летчика-наблюдателя командирской машины, Джеймс Уэллард фотографировал происходящее и записывал первые впечатления от этого грандиозного спектакля. По радиотелефону он рассказывал о своих наблюдениях, поэтому уже на следующее утро, в воскресенье 25 марта 1945 года, англичане смогли в полной мере насладиться этой величайшей воздушно-десантной операцией всех времен, увидев сделанные Уэллардом фотографии и услышав репортаж из первых уст. Вот его репортаж:

Уинстон Черчилль на восточном берегу Рейна

Прежде чем началось форсирование Рейна, в британской прессе уже появилось несколько корреспонденций о визите Черчилля на этот участок фронта. Черчилль дал понять, что он «не пропустит эту грандиозную операцию, которую Монтгомери задумал провести на севере». (См.: Брайант А. Указ. соч.)

После того как Черчиллю помешали посетить войска перед началом операции «Оверлорд» и удержали от посещения Нормандии, на этот раз он был твердо намерен присутствовать при наступлении 21-й группы армий. Фельдмаршал Монтгомери замечает по этому поводу: «На тот случай, если премьер-министр все-таки решится прибыть на фронт к моменту начала Рейнской битвы, остается – я полагаю – только одно: а именно попросить его остановиться в моем лагере. Тогда он всегда будет у меня на глазах, и я смогу позаботиться о том, чтобы он всякий раз отправлялся только туда, где не сможет никому помешать».

Итак, 23 марта 1945 года и Уинстон Черчилль находился в штабе фельдмаршала Монтгомери в Венло.

На следующее утро гости Монтгомери узнали, что атаки через Рейн прошли наилучшим образом. Черчилль загорелся желанием посмотреть поле битвы и в 08:45 отправился туда вместе с генерал-фельдмаршалом Бруком и одним из адъютантов Монтгомери. Спустя три четверти часа они добрались до наблюдательного пункта в 2 километрах южнее Ксантена, с которого Рейн был виден как на ладони. Но в это утро видимость была, как назло, на редкость плохой. Вот что записал в своем дневнике фельдмаршал Брук:

Таково свидетельство очевидца. Для тех, кто знал Черчилля, было само собой разумеющимся, что и этого ему было все еще недостаточно. Сначала он предпринял еще один полет над линией фронта, во время которого осмотрел фортификационные сооружения Западного вала.

Вечером Черчилль и фельдмаршал Брук получили отчет от фельдмаршала Монтгомери, который смог доложить им, что все операции увенчались полным успехом. На юге полосы переправы через Рейн каждая из дивизий, форсировавших реку, сумела взять в плен несколько тысяч немецких солдат и офицеров. Сами же эти дивизии потеряли лишь от 100 до 200 бойцов каждая.

На северном участке сама переправа и занятие полосы на восточном берегу Рейна проходили гораздо тяжелее. Тяжелые потери понесла 51-я пехотная дивизия, потеряв около 600 своих бойцов, она взяла примерно столько же пленных.

После этого доклада фельдмаршал Брук сделал еще одну запись в дневнике: «Когда я анализирую события этого дня в целом, то прихожу к убеждению, что для немцев конец близок, и я не удивился бы, если бы они в любую минуту сложили оружие. Я думаю, что через несколько дней любое организованное сопротивление севернее и восточнее Рейна прекратится и что мы будем в состоянии позволить 8-й танковой дивизии Монти смелее действовать в Северной Германии, обеспечив ее снабжение с воздуха».

Правда, все это оказалось всего лишь подменой трезвой оценки действительности субъективными желаниями. После богослужения в Вербное воскресенье в Венло делегация премьер-министра и фельдмаршала вместе со всей свитой отправилась в Райнберг, где в штабе 16-го американского корпуса была принята генералом Андерсеном, который проводил высоких гостей к Эйзенхауэру, Брэдли и Симпсону.

После обеда, состоявшегося на вилле немецкого директора шахты, все поехали в Бюдерих. На берегу Рейна стоял дом, с балкона которого открывался отличный обзор на север до самого Везеля и на юг до американского понтонного моста. И здесь Черчилль изрек свою ставшую позднее широко известной фразу: «Мой дорогой генерал, немцы разбиты. Наконец-то мы сделали их! Теперь с ними покончено!»

И Эйзенхауэр, которому адресовались эти слова, в знак согласия одобрительно кивнул.

Дадим в этом месте слово самому Уинстону Черчиллю, заметившему по поводу этих событий:

Затем эта группа отправилась в Везель к взорванному железнодорожному мосту и даже вскарабкалась на его высокие стальные конструкции. И здесь им пришлось совсем близко пережить артиллерийскую дуэль, которую с западного и восточного берега Рейна внезапно начали артиллеристы враждующих сторон. Сначала немецкие снаряды взорвались километрах в полутора сбоку от них. Но когда один из следующих залпов просвистел прямо у них над головой и снаряды разорвались на западном берегу, а некоторые упали совсем недалеко от вагонного парка, Монтгомери решил трубить отбой. После двухчасовой поездки все благополучно добрались до штаба Монтгомери в Венло.