Дом у голубого залива. Крутой вираж. Токийская осень. Вытащить из петли: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Сандмен уселся напротив Корде.

-—Хочу поговорить с вами о служанке, — сказал он тихо, — о Мег. Как она выглядит?

Корде отложил в сторону наполовину законченный портрет и начал делать набросок на чистом листе бумаги.

— Она молода, — комментировал он по ходу работы, — двадцати четырех или или двадцати пяти лет. Лицо в глубоких оспинах, волосы мышиного цвета, зеленоватые глаза и родинка вот здесь. — Он нарисовал точку на лбу девушки.

Корде закончил рисунок и протянул Сандмену.

Сандмен вгляделся в портрет. Девушка была более чем уродлива. Дело было не в изъеденной оспой коже, жидких волосах и маленьких глазках, а в пронзительном и жестоком взгляде. Если художник точно передал сходство, то Мег была не просто безобразна, но само воплощение зла.

— Почему графиня взяла на службу такую уродину?

— Они вместе работали в театре, — объяснил Корде. — Мег была костюмершей. — Он посмотрел на портрет и, похоже, смутился. — Думаю, не простой костюмершей, а сводней.

— Откуда вы знаете?

Художник пожал плечами:

— Когда пишешь портрет, люди разговаривают. Они вообще о тебе забывают, ты для них все равно что предмет обстановки. Графиня и Мег разговаривали, я слушал.

— Есть шанс, что мы ее найдем.

— Большой шанс? — У Корде заблестели глаза.

— Трудно сказать, — ответил Сандмен и увидел, как надежда в глазах Корде потухла. — У вас найдутся чернила и ручка?

Нашлось и то и другое. Сандмен окунул стальное перо в чернила и начал писать: «Милостивый господин Уитерспун, податель сего письма сержант Сэмюел Берриган — мой друг, я полностью ему доверяю». Он снова обмакнул перо и продолжил, понимая, что Корде видит, что он пишет. «К сожалению, существует вероятность того, что мне может понадобиться переговорить с его светлостью в воскресенье. Предполагая, что в Министерстве его светлости в этот день не будет, прошу сообщить, где его можно будет найти. Возможно, у меня появятся сведения, каковые потребуется безотлагательно ему доложить».

Сандмен перечитал письмо, подписал и подул, чтобы высохли чернила. Сложив письмо, он встал.

— Капитан! — с глазами, полными слез, воззвал к нему Корде.

Сандмен не мог дать ему никаких заверений.

— Я делаю все возможное, — сказал он, — но не могу ничего обещать.

Он засунул портрет во внутренний карман и повел Берригана к выходу.

Сандмен открыл наружную дверь, увидел, что льет как из ведра, и поежился. Он отдал Берригану сложенное письмо:

— Отнесете в Министерство внутренних дел, там спросите человека по имени Себастиан Уитерспун и вручите ему письмо. Буду ждать вас в кондитерской Гюнтера на Баркли-сквер.

Сандмен похромал на Баркли-сквер, идти было больно, и он насквозь промок, пока дошел до кондитерской. Лакей подозрительно на него посмотрел и неохотно открыл дверь.

За двумя широкими витринами располагались позолоченные прилавки, узкие кресла, высокие зеркала и разлапистые канделябры. С десяток женщин покупали знаменитые гюнтеровские сладости. Сандмен прошел в глубь большой залы, где под застекленными матовым стеклом световыми люками стояли столики. Элинор не было видно, и Сандмен, усевшись в дальнем углу, заказал кофе и номер «Морнинг кроникл».

Простучали каблучки, повеяло духами, и на газету упала тень.

— У вас мрачный вид, Райдер, — сказала Элинор.

Он встал и посмотрел на нее.

— Радоваться нет причин.

— Значит, мы должны их найти, вы и я.

Элинор отдала официантке зонтик и мокрую накидку, поцеловала Сандмена в щеку и обвела залу глазами: