Вместе с ними исчезли справедливость. Решимость. Надежда.
Это было, блять, несправедливо.
Он победил.
— Прости, Нора. Проклятье, простите, девочки.
Горло сжалось, стоило вспомнить их светлые лица. О жизнях, которых они заслуживали. Их отец, их плоть и кровь, лишил их всего.
— Да чтоб тебя, Кормак! — мой крик отразился от утёсов за спиной и эхом разнёсся в пустоте.
Боль в груди была невыносимой.
Простите.
Я зажмурился, неудача так тяжело легла на мои плечи, что я упал на колени.
Прости, Лайла.
Как я должен был сказать ей, что сдаюсь? Как я мог разрушить её надежды?
Как должен был попрощаться?
Я переместился, садясь на снег, и оперся предплечьями на колени. Снег подо мной начал таять, пропитывая ткань штанов, но я не двигался. Мой взгляд оставался прикованным к горизонту, к тишине. К покою.
Когда-то это было моей мечтой — проводить дни в горах одному.
Когда мне стало так одиноко? Когда стало так... холодно?
Лучшим днем, который я провел в этих горах, был тот, когда я привел Лайлу к водопаду. В тот день я вспомнил, как здорово, что кто-то еще идет по тропе с тобой.
Когда-то таким спутником был Кормак. Мы провели бесчисленное количество часов вместе, болтая ни о чём и обо всём сразу.
Боже, как я скучал по своему другу. Как ненавидел себя за эту тоску. Его отсутствие оставило во мне рваную дыру.
Что будет, когда я покину Куинси? Какую часть себя я оставлю здесь с Лайлой?
Я вздохнул и склонил голову.
Прошедшая неделя была одновременно невероятной и мучительной. В ночной тишине мы держались друг за друга, дорожа каждой минутой. Каждым касанием. Если мы были вдвоём, я был внутри неё.
Лайла Иден.
Моя Блу.
Неожиданность всей моей жизни.
Я коротко рассмеялся. Этот сукин сын, Кормак. Если бы не он, я бы никогда её не встретил. Я ненавидел его за то, что он с ней сделал. За следы, которые он оставил — и на теле, и в душе. Но, чёрт возьми, я был рад, что нашёл её.
Пусть всего лишь на месяц.
— Иди нахуй, Кормак, — прошептал я.
Он победил.
Но, может быть, победил и я.
Пора взглянуть на багаж, который я тащу за собой. Возможно, пришло время что-то изменить.