Он покинул этот район после реки, унося с собой не только мой шанс на восстановление справедливости, но и возможность Вэнса обрести покой.
— Он ушел, не так ли? Кормак?
Я не могла спросить об этом у Вэнса. Не хотела заставлять его отвечать.
— Скорее всего.
— Именно поэтому ты позволила Вэнсу продолжать искать?
— И да, и нет. С его опытом, если бы что-то можно было найти, он бы нашёл. Но, думаю, этот поиск помогает ему отвлечься от всего остального.
От стрельбы?
— Иногда, после чего-то настолько ужасного, тебе просто необходимо вспомнить, почему ты полицейский, — взгляд Уинн был рассеянным, она смотрела в невидимую точку на полу. — Сделать что-то хорошее. Я не могла отнять у него это.
И за это я всегда буду ей благодарна.
— Я люблю тебя, Уинн.
— И я тебя, Лайла, — её глаза смягчились. — Ты влюбляешься в Вэнса, да?
Лгать не имело смысла, но я решила уйти от ответа.
— Он уезжает.
Может быть, другой друг, другая сестра убедили бы меня попросить его остаться. Может быть, предложили бы попробовать отношения на расстоянии. Но Уинн просто обняла меня, прошептав «Мне жаль», прежде чем выскользнуть из кухни и вернуться к работе на станции.
Оставшись одна, я достала телефон и ввела в поисковую строку: стрельба Вэнс Саттер.
Но прежде чем написать Айдахо, мои пальцы остановились. Я долго смотрела на экран, затем удалила всё и спрятала телефон в карман джинсов.
Была причина, по которой Вэнс так часто менял тему разговора. Была причина, по которой избегал разговоров о своей работе или семье.
Он не хотел, чтобы я знала.
Я не была его девушкой.
Я была просто его отдушиной.
Почему в отношениях я всегда была тем человеком, который заходил слишком далеко? Который слишком сильно заботился? Который забывал правила?
Который позволял своему сердцу руководить собой?
Я не жалела ни об одной минуте, проведённой с ним. Может быть, буду жалеть, когда он уедет. А пока, если ему нужно укрытие, я буду этим убежищем. Поэтому я расправила плечи, подавила любопытство и вернулась к стойке, чтобы улыбаться и обслуживать своих клиентов.
Вэнс зашёл около четырёх, как обычно одетый в штаны Carhartt и термокофту под толстой фланелевой курткой. Шапка и перчатки были засунуты в карманы.
Какую одежду он носил летом? Во время своего следующего похода к парикмахеру, как коротко он подстриг бы волосы? Помимо того, что он трахал женщину до потери сознания, чем он увлекался?
Какая стрельба?
Вопросов я не задавала.
— Привет, Блу.
— Привет.
Все ли его любовницы получали прозвища? Или только я?