— Что ты будешь делать?
— Потрачу некоторое время на разведку местности. Начну с карт. Составлю таблицу. Поотмечаю флажки один за другим.
— Что заставляет тебя думать, что он всё ещё здесь?
— Его может здесь и не быть, — сказал я ей, желая настроить ее на неудачу, а не на успех.
— Но ты все равно будешь искать?
Я кивнул.
— Я все равно буду искать.
Она грустно улыбнулась мне.
— Хочешь позавтракать?
Завтрак. Она приглашала меня позавтракать, даже после того, как я вел себя как придурок. Напряжение спало с моих плеч. Мой позвоночник расслабился.
— Да. Не откажусь.
— Тогда пошли.
Закинув рюкзак на плечо, я последовал за ней в кофейню. Исчезло тихое, безлюдное кафе, каким оно было раньше. Посетители заняли больше половины столиков. У стойки образовалась очередь в три ряда.
Лайла направилась в ту сторону, чтобы помочь, а я занял стул за тем же столиком, за которым ел вчера, ближе всего к окну, чтобы наблюдать Мэйн-стрит. Затем порылся в своей сумке, вытаскивая карты местности, которые купил вчера в хозяйственном магазине.
Двадцать минут спустя передо мной появилась тарелка. На ней было что-то похожее на вишневый пирог. Рядом с ним лежал сэндвич. Лайла поставила на стол дымящуюся кружку свежего черного кофе.
Мы не разговаривали. Для всех остальных в комнате я был просто очередным посетителем.
Но эти голубые глаза не отрывались от моих в течение всего утра.
И в них был проблеск веры.
Веры в меня.
Прошло много времени с тех пор, как кто-то слепо верил в меня.
Моя решимость найти Кормака превратилась в сталь. Он заплатит за то, что причинил ей боль.
Завтра я начну свои поиски.
Ради Норы. Ради девочек.
Ради Лайлы.
5. ЛАЙЛА
Всякий раз, когда в «Кофе у Иденов» звенел колокольчик, я улыбалась. После стольких лет это происходило на автомате.
Звон колокольчика. Улыбка.
Я натренировала свои уши, чтобы прислушиваться к этому звуку. Даже из кухни я могла слышать, когда кто-то входил в кафе. Но то, как я прислушивалась к этому звону в течение последних трех дней, было не чем иным, как навязчивой идеей.
Всякий раз, когда колокольчик звенел, моё внимание было приковано к двери. У меня перехватывало дыхание, я надеялась, что это Вэнс. Каждый раз, когда это был не он, я прятала своё разочарование за автоматической улыбкой. И я ждала, приветствуя клиента за клиентом, гадая, когда же он, наконец, заглянет.
Пока, как сейчас, не прозвенел звоночек Вэнса. И улыбка, которую я ему подарила, была полна облегчения.