Выражение лица Дамиано становится напряженным. — В нашем бизнесе все обычно сводится к деньгам или власти.
Даже зная то, что я знаю сейчас, мне трудно принять эту истину. — Сколько денег хватит, чтобы убить невинную девушку?
Дамиано поджимает губы. — Вероятно, меньше, чем ты думаешь.
ГЛАВА 33
ДАМИАНО
Остаток дня я провожу за соблюдением всех новых мер безопасности. Наполетано рекомендовал поставить на место. Поскольку Рас ушел, Джакс — один из его техников — взял на себя установку всех дополнительных камер и программного обеспечения, и он сказал мне, что должен закончить все в течение следующих двадцати четырех часов.
— У бассейна проблемы с подключением, — говорит он. — Нам нужен удлинитель для сигнала, но это должно быть легко исправить.
— Получи это первым делом.
— Я понял, босс.
Последующая ночь беспокойна. Вэл извивается в моих руках, и я хочу, чтобы она заговорила со мной, но я чувствую, что она хочет побыть наедине со своими мыслями.
Интересно, о чем она сейчас думает — о том, что Лазаро жив? Помолвка ее сестры? Или, может быть, она смирилась с тем, кем на самом деле является ее отец, и с тем, что он готов делать.
Кажется, что она была гораздо более защищена от его дел, чем типичная казалезская женщина. Почти десять лет моя мать управляла финансами клана. Насколько я мог судить, мой отец мало что скрывал от нее. Он приходил домой к обеду, мы садились за стол, и он рассказывал о своем дне всем нам, даже детям. Мартина была слишком мала, чтобы понять, но я ловил каждое слово из его уст. Я любил слушать о распрях и потасовках, которые все закончились его победой.
Мне нравится думать, что я унаследовал от него свой уравновешенный темперамент. В своих рассказах отец всегда был спокоен и расчетлив, даже когда имел дело с предателями. Мой отец был жестоким доном, которого боялись враги, но он не сделал бы того, что Сэл и Гарцоло пытались сделать с Мартиной.
Я замечаю, что дыхание Вэл стало глубже. Она, наконец, спит. Я притягиваю ее ближе, вдыхаю запах ее волос, и вскоре мое собственное сознание начинает ускользать.
Громкий писк заставляет меня открыть глаза. Мне требуется мгновение, чтобы пробиться сквозь пелену сна. Как долго я отсутствовал?
Моя ладонь обхватывает телефон, и я подношу его к лицу. Это текстовое сообщение от Джеммы. Открываю и нахожу два слова.
Роскошные подделки.
Я хмурюсь над буквами.
Хоть я и ненавижу это делать, я бужу Вэл и показываю ей сообщение. Может быть, она сможет помочь понять, что, черт возьми, это должно означать.
Она щурится на экран. — Это все, что она прислала?
— Да. Твой отец торгует подделками?
— Насколько я знаю, нет… — Она задумчиво двигает челюстью. — Подожди, у Риччи есть.
Семья Гарцоло воюет с ними? Как подделки связаны со сделкой с Сэлом?
Я сажусь и провожу рукой по волосам. Клан Казалезе контролирует огромное количество контрафактных фабрик в окрестностях Неаполя. Мы снабжаем всю Европу товарами, которые невозможно отличить от настоящих, и это потому, что роскошные дома используют наши фабрики для производства своих подлинных товаров. Единственная разница между тем, что они продают в своих блестящих магазинах, и тем, что мы продаем на черном рынке, заключается в цене. Это темная сторона индустрии моды, о которой мало кто знает.
Какой ракурс у Гарцоло? Пытался ли он подорвать бизнес своего соперника, наводнив рынок Нью-Йорка собственными товарами? Пытался ли он получить припасы от Сэла?
Черт, может быть.
Телефон начинает звонить.
Валентина садится и натягивает простыню на грудь. — Это кто?
Я смотрю на идентификатор вызывающего абонента и протягиваю ей трубку. — Это Джемма.
Ее глаза расширяются. Она берет трубку и включает динамик. — Джемм? Как все прошло?