Казем развернул карту Турата на одном из столов.
– Я о вас беспокоюсь.
Его встревоженный взгляд тревожил меня больше, чем необходимость покинуть корабль. Даже тон его голоса стал другим. Теплее. Не таким резким.
– Я бы спустил шлюпки и отправил вас своей дорогой, но моя совесть этого не позволит. – Он не сводил глаз с карты.
– А что ваша совесть вам позволит? – спросил я, опасаясь, что он отменит высадку.
– Если я не ошибаюсь, вам всем нет даже двадцати. – Он посмотрел в направлении острова. – Вы слишком молоды, чтобы умирать.
– Благодарю за ободряющие слова, – сказал я, – но нам действительно нужно идти. Если хочешь чего-то добиться, нельзя застревать на том, что может пойти не так. Толика надежды проторит большой путь.
Капитан улыбнулся.
– В таких местах нужно больше, чем толика надежды.
– Что вы предлагаете? – спросил Амир.
– Я предлагаю делать то, что я скажу, – произнёс он с улыбкой. – Поскольку я буду сопровождать вас на этом пути.
Я уставился на него.
– Что изменилось с тех пор, как мы отплыли из порта? Вы отказались причаливать, а теперь хотите пойти с нами?
– Я не могу позволить, чтобы вас просто убили. Я побывал на этом острове, – сказал он, – а значит, с моей помощью у вас больше шансов добраться до дерева куалзара. – Он постучал по изображению двух башен в центре карты. – Дерево находится здесь.
В самом сердце Лабиринта. Потеряв дар речи, я не сводил глаз с карты.
– Вы готовы ради нас рискнуть своей жизнью? – Амир пристально вглядывался в него. – Или есть что-то ещё?
Райан и Аиша тем временем слушали чуть на отдалении.
– Каким надо быть глупцом, чтобы подвергать свою жизнь такой опасности, – сказал Райан. – Я уже понял, что люди никогда ничего не делают для других, если не выгадывают что-то для себя.
Я мрачно посмотрел на Райана:
– Пожалуйста, давай без предвзятости.
– Шахзаде прав, – коротко отозвался Казем. – Это путешествие дало мне время подумать. Я не знаю, каким образом цветок куалзара решит проблемы Сарадана. Возможно, вы ещё доверитесь мне. Я просто хочу быть на правильной стороне в этой битве.
– Нет никакой правильной стороны, – сказал я. – Только та сторона, которая покажется вам лучшей.
– Этого достаточно, господин Рахаль, – ответил он. – Этого достаточно.
Я улыбнулся.
– Добро пожаловать в команду, капитан.
Я пытался подавить тошноту. Казем думал, что мы отправились в это путешествие по воле султана. Знай он правду, предложил бы он нам свою помощь? Мне с трудом верилось, что он решил рискнуть своей жизнью ради нас – ради Сарадана.
Капитан объяснил нам, как действуют различные снадобья, которые он сложил в рюкзак, и как они могут послужить нам на острове. Некоторые жидкости помогали от воспаления, другие от ожогов, галлюцинаций или травм. Особой уверенности это мне не придало.
– Вы можете рассказать нам что-то о своём опыте?
– Войдя в Лабиринт, мы долгое время не увидим ничего, кроме камня и песка. По нам ударит Мёртвая магия. – Взгляд его затуманился, как будто он буквально заглянул в прошлое. – Нас было девять человек. Три члена моей группы были убиты изуродованной рогатой тварью. Из её пасти воняло смертью. Язык был длиной в метр, высунутый изо рта, он обвивался вокруг её лодыжек… Иногда просто находиться здесь – сущая мука. Дышать, знать, что я единственный выжил. У меня такое чувство, будто я должен был умереть там вместе с остальными. Они были моими друзьями. Моя жена…
Я открыл рот и снова закрыл его.
Конец ознакомительного фрагмента.