— Ты до сих пор не выучил, в каком отделении твои носки? — из кухни выходит Катя. Светло-русые волосы в бигуди, но уже накрашена и в зеленом коротком платье без бретелек. Почти не поменялась за это время и на фоне Ваньки смотрится в три раза меньше. Но другая, наверное, не смогла бы выдержать его так, как она. — Привет, Саш, — привстает, и обмениваемся поцелуем в щеку.
— А вы еще не собрались? — хмыкаю. У какого-то Ванькиного воспитанника сегодня свадьба и их с Катей пригласили на торжество.
— Как раз в процессе, — закатывает глаза она.
— Тятя!
Перевожу взгляд вниз и опускаюсь на корточки. Диана в коротеньком красном сарафанчике уже успела незаметно подкрасться и дергает меня за кулек. Маленький кулачок засунут в рот и с упоением обсасывается со всех сторон. Чего уже только не делали, а отучить от этой привычки невозможно. Беру ее на руки.
— Привет, красавица.
— Саша, она без памперса, — Катя по пути из ванной в комнату, на ходу снимая бигуди.
— Переживем, — улыбаюсь.
— Саш, привет, милый, — мама. Целует в щеку и забирает у меня кульки.
— Привет, мам. А где отец?
— С рынка еще не вернулся.
— У вас, как всегда весело, — замечаю, проходя на кухню. Усаживаюсь на стул и сажу к себе на колени Диану. Достаю из кулька медвежонка и, коснувшись мохнатым ухом ее носа, отдаю ей: — Это тебе, — вцепляется в игрушку и внимательно исследует маленькими пальчиками глаза и нос нового друга, пока по квартире раздается топот ее родителей. — А вот здесь есть кнопочка, — Нажимаю, и он начинает напевать какую-то детскую песенку. Диана сначала испуганно переводит на меня свои карие, как у Ваньки, глаза, но потом улыбается.
— Тебе бы свое уже нужно, — садится рядом за стол мама. Поднимаю на нее взгляд. — Из тебя получится хороший отец.
Это вряд ли. Вернее, этого мы уже никогда не узнаем.
«Ты погладила мои брюки?»
«Еще вчера»
— Мне и Дианы пока хватает, — улыбаюсь.
«Обязательно надевать этот чертов галстук? Блядь!»
«Ваня! Стой спокойно. Дай завяжу»
— А нам нет, — понятно. Молчим и соглашаемся. — Как у вас там с Ирочкой?
У нас не знаю, а вот у них с Арсением все может быть.
«Черные туфли или светлые?»
«Хоть в тапочках»
— Мам… — устало, — я же уже сто раз говорил, мы просто друзья.
— В двадцать семь, Саш, это уже называется по-другому.
То, что называется по-другому, у меня как раз не с Ирочкой. Может в следующий раз купить Диане футболку с надписью «I love my GAY uncle» / Я люблю своего дядю гея (либо Я люблю своего веселого дядю) / в качестве тонкого намека?
— Вы у нас с Ванькой вообще поздние какие-то, — продолжает она. — Тот все не мог с мыслями собраться до тридцати и ты туда же. А мы с отцом не молодеем.
— Так, мы пошли, — Ванька с Катей уже от порога, обуваясь.
Мама поднимается и выходит к ним в коридор.
— Ни о чем не переживайте. Отдохните, как следует.