Трудности языка: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— А ты, значит, у нас уже взрослый и солидный, да? — уточняю, улыбаясь.

— Бля, не в этом дело. Устал, хочу лечь на дно. Просто возвращаться домой и знать, что к кому-то. Без всяких этих тусовок. Тихо и спокойно. Чаек с тортиком, кино в обнимку и любовь… — у Руса становится такое мечтательное выражение лица, что Арсений не выдерживает и прыскает со смеху. Я же отлично понимаю, что Руслан имеет в виду. Улыбаюсь и ерошу его волосы.

— Ну так найди себе подходящий вариант. В чем проблема? — предлагает Арсений, все еще посмеиваясь.

— Где?! Это не то, что у вас, выбирай — не хочу. У нас тут жизнь как в стотысячной серии какого-то гребаного сериала, когда у сценариста фантазия уже вконец иссохла на предмет новых сюжетных ходов, а все действующие лица либо уже минимум один раз трахались друг с другом, либо сейчас трахаются, либо неоднократно пытались это сделать. И все друг друга знают вплоть до последнего сантиметра. Аж тошно.

— Свежей крови захотелось? — хмыкаю.

— Угу, — удрученно. — Бляди надоели уже. Хочется чего-нибудь настоящего. Только где ж его найти такое?

— Красивого и здоровенного? — уточняет Сеня.

— Да ну тебя. Тебе не понять, натурал хренов, — беззлобно огрызается Рус, швыряя по Арсению крышкой от бутылки с пивом.

Сеня уворачивается и вновь корчит гримасу, а я внутренне соглашаюсь с Русланом. Несмотря на то, что Арсений мой лучший друг, и мы практически все друг про друга знаем, некоторых моментов он и правда не понимает. И его метания между «жить с человеком, который нравится» или «не жить», с этого ракурса смотрятся надуманными и смешными.

У натуралов больше возможностей найти себе постоянную пару, чем у нас. И дело не только в том, что геев количественно намного меньше, хотя и это само по себе уже ограничивает, но и в том, что это похоже на то, как постоянно вариться в одном котле с одними и теми же людьми, потому что во всех определенно-отведенных для этого местах собирается практически один и тот же контингент. За редким исключением абсолютно новых лиц, которые никто до этого раньше не видел. Но эти «новенькие» сначала, как правило, ищут красивых, умных, романтичных и идеальных, только проблема в том, что именно такой тип, который они ищут чаще всего и оказывается либо блядским, либо практически несуществующим и отношений, как правило, из этого не получается. Со временем начинают все больше разочаровываться и, напитываясь цинизмом реалий жизни, просто ударяются во все тяжкие, со всеми подряд, без разбору, главное секс. Я знаю, о чем говорю, я тоже через это прошел. И уже намного позже, как мы сейчас с Русом, начинает хотеться чего-то спокойного и настоящего, без излишних иллюзий. Просто человека, эмоционально близкого, который был бы рядом, думал о тебе, ждал, заботился, любил… А найти его практически невозможно, потому что «дозревшие» до таких же желаний уже не ошиваются по клубам или сходкам. Тут только дело случая. И я очень хорошо понимаю Руслана, которому хочется чего-то серьезного, а найти его — не реально.

Понимаю, потому что хочу того же. Не раз в месяц получать доступ к любимому человеку, а чтобы он был рядом все время. Чтобы ты был рядом все время. Только это абсолютно невыполнимое желание. Но и отказаться от тебя не могу. И сколько так еще будет продолжаться, не знаю. Ты, как и прежде, устанавливаешь правила, а я лишь ведомый в этой игре. Несмотря на мой изменчивый и неуравновешенный характер, ты единственный, к кому меня так пришило на всю жизнь.

Руслан чего-то матерится себе под нос, массируя рукой шею, и я отвлекаюсь от своих мыслей.

— Опять спина? — интересуюсь.

У Руслана сидячая работа, он программист и все время не отрывает задницу от стула перед компьютером, в результате жуткий остеохондроз. Знаю, как он мучается.

— Да достала уже. Иногда как инвалид себя чувствую. Кстати, мне Маруська звонила на днях. Они и, правда, встречу хотят организовать на Новогодние праздники. Десять лет все-таки было, а мы так и не собрались… — Это уже к Арсению. Мы-то в разных школах учились. А я задумчиво потягиваю коньяк, пытаясь поймать за хвост какую-то мысль в голове. Вечер проходит в пустых разговорах и подколках, а когда уже собираемся домой и я в очередной раз отказываюсь по-дружески скрасить друг другу одинокую ночь, наконец, ускользающая от меня все это время мысль, оформляется до конца.

Достаю бумажник и вытягиваю из него визитку. Протягиваю Руслану.

— Держи.

— Чего это? — недоверчиво.

— Решение от твоих болей в спине. Талантливейший массажист, руки просто потрясающие, — Рус забирает у меня визитку и внимательно рассматривает.

— Новохацкий Викентий Леонидович?

— Свежая кровь, — многозначительно замечаю, улыбаясь. Руслан вопросительно приподнимает бровь и тут же плотоядно улыбается. — Только если действительно хочешь чего-то серьезного, Рус, а не просто потрахаться и разбежаться. Там очень хороший мальчик, не делай еще одну циничную блядь, их и так полно, лады?

Руслан согласно кивает. Мы поняли друг друга. Не знаю, получится ли что-нибудь у них с Виком, но вдруг. Возможно принцип «Если бы не…» действует не только в моей и твоей жизни, а в жизни вообще и все мы между собой взаимосвязаны и знакомы с какой-то определенной целью. Я становлюсь фаталистом. Таким же, как ты. Улыбаюсь про себя.

До Нового года осталось чуть больше недели, и никаких особых планов у меня на его празднование нет. Я вообще живу от одного твоего приезда до следующего, благополучно игнорируя все остальное, что проходит мимо меня и называется жизнью. Возможно, съезжу к родителям, поругаюсь с Ванькой или сделаем вид, что не знаем друг друга. Либо же Арсений с Иришей вытащат куда-то. Вздыхаю и, застегнув куртку, выхожу из клуба. Воздух кажется стеклянным от мороза. Хрупким. Будто может упасть и разбиться на миллиарды колючих и холодных осколков. Поддеваю носком туфель снежные комочки и направляюсь к одному из близстоящих такси. Неужели уже зима?

Когда возвращаюсь домой, на часах начало второго ночи и, включив ноутбук, переодеваюсь, ожидая, когда он загрузится. Захожу в сеть. Но тебя снова нет в онлайне. Несколько минут барабаню пальцами по столу и иду варить себе кофе. Знаю, что можешь так и не появиться, но отчего-то именно сегодня хочется, чтобы ты, наконец, был. Застилаю постель, пью кофе, чищу зубы и когда стрелка на настенных часах лениво доползает до половины третьего становится понятно, что сегодня я снова не получу своей дозы тебя. Такое уже бывало и раньше. Я прекрасно отдаю себе отчет в том, что там у тебя своя жизнь и что я мог вообще быть лишен даже этого. Но что-то мутное и неуловимое скользкой прохладой сворачивается внутри. Разочарование. Одиночество. Усталость.

Выключаю компьютер и, поставив будильник, ложусь спать. Холодная ночь, на смену которой приходит седой день. Автоматически отключаю разбудивший меня сигнал и заставляю себя выползти из постели. Морщусь, когда босые ступни касаются холодного пола. Ненавижу понедельники. Собираюсь на работу, как лунатик. Вечно у меня зимой это желание постоянной спячки. Пока мысленно завидую медведям, бреюсь и чищу зубы. Одеваюсь и выхожу из квартиры.

Гололед. Пробки. Ненавязчивая музыка какой-то радиоволны в салоне моего автомобиля. На работу приезжаю минута в минуту и, оставив на стоянке машину, взбегаю по ступенькам. Поздоровавшись с Иришей, разговаривающей по телефону, раздеваюсь и надеваю бейджик. Открываю журнал регистраций, машинально пробегая взглядом по фамилиям постояльцев, проверяя все ли за выходные в порядке, и уже собираюсь его закрывать, как натыкаюсь глазами на фамилию Дельгадо. Ты?! Несколько секунд непонимающе смотрю на запись, находясь на тонкой грани шока и растерянности. У тебя бронь. На три дня. Начиная с субботы и заканчивая завтрашним днем. Ты все это время был здесь? Это даже не похоже на очередную деловую командировку. Да и зачем было снимать номер, если ты мог остановиться у меня? Но ты не хотел. По какой-то причине, ты не хотел этого делать. Не хотел меня видеть? Тогда глупо было бронировать номер у нас, ты же должен был понимать, что я все равно узнаю об этом. Нехорошее предчувствие сворачивается колючим ежом, больно до крови протыкая все внутри и не давая вдохнуть. После часа агонических размышлений и попыток уравновесить все внутри, не выдерживаю. Я не смогу нормально отработать день, зная, что ты здесь и не зная, что произошло. Что происходит.

Оставив Иришу за стойкой, взбегаю по ступенькам на нужный этаж, и только когда костяшки моих пальцев соприкасаются с деревянной поверхностью двери твоего номера, я осознаю, что это двухместный номер. Меня прошибает пот, но уже поздно. Дверь открывается, и у меня отказывают легкие. На пороге стоит невысокая девушка с темно-карими глазами и коротким каре смоляных волос. Рассеянно улыбается. За считанные доли секунды мозг лихорадочно соображает, кем может быть эта низенькая брюнетка, пока взгляд скользит по ней и останавливается на не сильно выступающем сквозь трикотаж платья животике. У Кати был точно такой же. На четвертом месяце. Сознание впало в кому.

Понимаю, что должен что-то сказать. Объяснить, что я вообще здесь делаю… Будто очередное дежавю из прошлого. Но тогда я узнал, что ты женишься. Сейчас же, судя по всему, тебя впору поздравлять с будущим отцовством. Кровь сворачивается в венах.

— Меня зовут Александр и я старший администратор этой гостиницы, — произношу на испанском, через силу улыбнувшись. — Хотел узнать все ли в порядке и, возможно, вам что-то нужно? — дежурные, отрепетированные за годы реплики, звучат предельно вежливо.

Она мило улыбается в ответ и отрицательно качает головой.