Девушки, которые лгут: читать начало книги онлайн

Эльма со вздохом взглянула на разложенные перед ней бумаги – все эти многостраничные документы лишь мешали ходу её мыслей.

– Весной мы не вникали в подробности, – сказала Эльма. – Этот факт выяснился, когда мы связались с Комитетом защиты детей, чтобы узнать о психическом состоянии Марианны. Изначально Хеклу определили на попечение к Сайюнн и Фаннару, когда ей было три года. Тогда сосед слышал, как девочка три ночи подряд безостановочно плачет. В конце концов он зашёл в квартиру, где обнаружил Хеклу в полном одиночестве, голодную и выбившуюся из сил. Была поставлена в известность полиция, и ребёнка передали под присмотр той паре. Выяснилось, что Марианна ушла в загул и позабыла обо всём на свете, – она отсутствовала не день и не два, а целую неделю.

– А потом ей вернули дочь? – спросил Хёрдюр.

– Да, думаю, Хекла жила у чужих людей не очень долго – может, полгода или около того. Впоследствии Марианна согласилась принимать помощь патронатной семьи, в которой её дочери надлежало проводить выходные два раза в месяц. Хотя, как я поняла со слов Сайюнн, Хекла бывала у них гораздо чаще. В летние месяцы она оставалась с ними на более долгий период, и иногда они брали её с собой в поездки.

– Ну хорошо, – заключил Хёрдюр. – Надо будет вновь побеседовать с Хеклой и её попечителями.

– И ещё одно, – напомнила Эльма. – Сайюнн звонила Марианне практически ежедневно в течение недели до того, как та пропала… вернее, до того, как её убили.

– Не считая дня самого убийства, – уточнил Сайвар.

Эльма полистала распечатку телефонных звонков и убедилась, что он прав: Сайюнн звонила каждый день, кроме той роковой пятницы.

– Выясните, какие были на то причины, – сказал Хёрдюр. – И не забывайте, что Марианна забита насмерть. Преступление, прямо скажем, жесточайшее. Об этом всегда надо помнить в ходе расследования. Возможно ли, что на такое была способна Сайюнн?

Внешность Сайюнн, обладавшей высоким ростом и хрупким телосложением, в представлении Эльмы совершенно не вязалась с образом беспощадной убийцы. Однако внешность обманчива, а Марианна была довольно миниатюрной: чтобы расправиться с ней, особой силы явно не требовалось.

– Единственным мужчиной в жизни Марианны был Хафтор, – заметил Сайвар. – Мы изучим его передвижения более детально и проверим, не оказывался ли в какой-то момент его мобильник вне Боргарнеса.

– Так и сделайте, – кивнул Хёрдюр. – Но не могли ли в её окружении быть другие мужчины, о которых нам неизвестно?

– Фаннар, – сказала Эльма. – Мы ещё не выяснили, чем в те выходные занимался он.

– Да уж, на этот раз нельзя упустить ни единой подробности, – согласился Хёрдюр.

– А что насчёт Уннара? – вмешался Сайвар. – Того, что живёт этажом выше: он зачастую выручал Марианну, когда надо было полку повесить или что-то починить в доме. Может, он испарился, когда мы заходили, именно потому, что не горел желанием с нами встречаться?

Последний пациент отменился, поэтому Сайюнн освободилась на редкость рано. По пути домой она зашла в пекарню и купила большую слойку: ей хотелось чего-нибудь сладкого, а визит полицейских, которых она собиралась угостить выпечкой, послужил лишним поводом побаловать и себя. Она предложила Бергюру сходить после школы к другу, а Фаннара и Хеклу попросила быть дома к четырём часам. Вообще-то, в это время у Хеклы была тренировка по футболу, но один раз она могла бы без проблем пропустить занятие.

Открыв гараж, Сайюнн завела в него машину. В прихожей её встретил аромат лаванды и ванили. Прекрасно, но не слишком ли навязчиво? – подумала она, убирая ароматические шарики с нагревателя. Обувь она не сняла, и её шаги по плитке отдавались эхом. Дома никого не было. Где, интересно, Хекла и Фаннар? Времени-то уже половина четвёртого.

Поставив пакет со слойкой на кухонный стол, Сайюнн достала мобильник. Хекла не отвечала. Только бы она не забыла, что ей надо быть дома, и не пошла на тренировку, иначе в течение следующего часа до неё будет не дозвониться. Может, связаться с Фаннаром и попросить его заехать в спортзал? Хотя Хекла уже наверняка возвращается домой с подружками.

Сайюнн подумала, не позвонить ли ей Тинне. Девочки подружились, как раз когда Хекла начала заниматься футболом два года назад. Сайюнн казалось упущением, что девочка не увлекается никаким спортом, поэтому и записала её на футбол как-то летом, когда Хекла находилась у них с Фаннаром, – пусть, мол, посещает тренировки хотя бы в те выходные, что будет проводить в Акранесе. Что за родители, которые не отдают своего ребёнка в какую-нибудь секцию или кружок? Детям необходимо заниматься спортом или музыкой – а лучше и тем и другим. Бергюр, например, ходил в бассейн и учился играть на трубе. Сайюнн не раз говорила об этом Марианне, но никакого вразумительного ответа не получала.

К счастью, Сайюнн хватило рассудительности, чтобы записать Хеклу в футбольную секцию, благодаря чему та подружилась с Тинной, а позднее и с Дисой. Через девочек Сайюнн познакомилась с их мамами – в частности с Маргрьет – матерью Тинны. Всё началось с предложения попить кофе, когда Маргрьет однажды заехала за Тинной, а потом и Маргрьет стала угощать Сайюнн кофе, когда та забирала от них Хеклу. Тогда они начали встречаться пораньше и общаться подольше, и в результате им уже не требовалось особого повода, чтобы поговорить по душам.

Тинна тоже не отвечала, поэтому Сайюнн набрала Маргрьет.

– Они сидят в комнате у Тинны, с тех пор как вернулись из школы, – сообщила та. – Говорят, что делают уроки, но судя по музыке, от которой можно оглохнуть, верится в это с трудом. Мне отправить Хеклу домой? Я могу её подвезти – мне как раз нужно ехать по делам.

Сайюнн облегчённо выдохнула:

– Это было бы замечательно. Ты – настоящая палочка-выручалочка.

– Через десять минут будем.

– Спасибо, Маргрьет. Мы, кстати, давно не собирались. Приедете к нам на обед в выходные?

Закончив разговор, Сайюнн бросила взгляд на часы – времени было без четверти четыре. Она открыла кухонный шкаф, достала оттуда тарелки и выложила слойку на деревянную доску, которую поместила в центр стола. Зайдя в ванную, Сайюнн нанесла дезодорант на подмышки и попрыскалась духами. Её тёмно-русые тонкие волосы спускались на плечи. По старой привычке она попыталась их немного взбить, но эффект не продлился дольше пары минут. Какими бы средствами она ни пользовалась, её волосы оставались абсолютно прямыми и лишёнными жизненной силы. Поморгав, Сайюнн почувствовала, что в контактных линзах ей некомфортно: они раздражали её с самого утра, и теперь пришла пора наконец-то от них избавиться. Сняв линзы, Сайюнн надела очки и посмотрела на сорокапятилетнюю женщину, что улыбалась ей в зеркале.

В левом ухе у Хеклы висели две серьги, которых Эльма не заметила раньше. На девочке снова была толстовка с капюшоном – на этот раз белая с большим американским флагом на груди. Когда Эльма с Сайваром вошли, Хекла сидела у кухонного стола, скрестив руки. Выражение её лица было хорошо знакомо Эльме: типичная для подростков смесь безразличия и неуверенности – будто всё происходящее не имеет к ним ни малейшего отношения, но они готовы в любую секунду броситься в атаку и защитить себя.

– Я уже говорила вам, что после плавания я пошла домой, – отвечала им Хекла. – В три часа, по-моему. И её не было.

– Мама пыталась несколько раз до тебя дозвониться. Ты не предполагаешь, чего она хотела?