-Ты зачем пришел? Говорить мне гадости? - процедила сквозь зубы. - Я тебя не предавала.
Даниал стиснул зубы до выступивших желваков. Кадык резко дернулся от напряжения. Он держался, как мог, потому что она была права.
-Да, предал я. Мне за это отвечать. Ребенок есть и он мой. Но я не живу с ними. Обеспечиваю, но не живу.
-Мне все равно, с кем ты живешь, - блеснув глазами, чуть ли не по слогам проговорила.
А в нем уже проснулся зверь. Схватив ее за руку, он притянул ее к себе и посмотрел сурово, сведя брови к переносице и сжав губы в нитку. Оба дышали учащенно, смотрели с яростью, сдерживались, чтобы не взорваться. А чеку-то уже вырвали.
-Нет, тебе не все равно, Джама, - промолвил тихо, но жестко, так что холодок по позвоночнику пополз.
-Отпусти, - попыталась вырваться, но безуспешно.
-Не могу, - выдохнул он. - Не могу я без тебя, Джамиля.
-Все это время же мог как-то?
-Пытался полтора года жить и не трогать, наблюдая за тобой издалека. А в день твоего рождения ноги сами к тебе привели. Ты у меня вот здесь, - коснулся указательным пальцем сначала виска, затем сердца, - и здесь. Не получается тебя вырвать.
-А когда спал с ней, получилось? - ее слова ударили больнее пощечины. - Молчишь? Боишься ответить “да”? Вы бы хоть подождали, пока мы не разведемся.
У нее все-таки получилось высвободиться, она отошла от него, села на диван и, положив локти на колени, прикрыла голову руками. Он тяжело дышал и смотрел на бывшую жену. Что бы он не сказал, что бы не сделал - все равно будет больно.
-Я не помню и половины того, что было со мной тогда. Всё как во сне, в тумане, - сдерживая слезы, шептала Джамиля. - Терапия мне помогла, но тот год вылетел у меня из головы. Да, я сама предложила развод. Я обидела тебя тогда. Но я не заслужила твоего предательства.
Даниал задыхался от ее слов, потому что она впервые затронула тему развода и той истерики, которая стала для обоих роковой. Вина за обман давила на плечи и тяжелым грузом лежала на сердце. Он ведь любил жену и тогда, и сейчас, но не смог противостоять соблазну. Потому что дома было все плохо - скандалы каждый день. И вот однажды, во время деловой поездки в Сингапур, он все-таки сорвался, когда помощница зашла в его номер с документами, задержалась и предложила налить ему еще немного виски. Даниал тогда много пил. И ближайший круг это знал, пытался вразумить. Но алкоголь его спасал - он забывал о проблемах, расслаблялся, а боль и прочие ненужные чувства притупились. В итоге лучший друг и бизнес-партнер Игорь увез его в горы, закрыл в доме и устроил такую шоковую терапию, после которой он, наконец, очухался. Только об этом Джамиля так и не узнала.
Подойдя к дивану, мужчина сел на корточки и дотронулся до ее запястий.
-Прости меня. Я ужасный человек. Предатель. Последняя гнида. Я ошибся и не знаю, как теперь все исправить.
-Не надо ничего исправлять, - она одернула его и посмотрела с тоской. - Все остается, как есть. Мы в разводе. Ты просто бывший.
-Оказывается, я без тебя не могу. Никак.
Черты ее лица заострились, внутри все клокотало и черная злость, которую она загнала в чулан, устремилась наружу.
-А я могу.
-Ты сама-то в это веришь? После той ночи.
-Та ночь - ошибка, - выдохнула Джама. - И ты не можешь появляться вот так, потом пропадать на месяц и снова приходить. Не надо меня мучить. Я и так намучилась. Уйди, исчезни. Иди к своему сыну, воспитывай его со своей женщиной.
-Ты - моя женщина.
-Я тебе никто, как и ты мне, - она встала, расправила плечи и смахнула слезы. - Я чувствую себя дурой рядом с тобой. Той, к которой ты прибежал после нее.
-У меня с ней ничего нет, - он тоже встал и решительно шагнул к ней. Джама выставила руки вперед, защищаясь. - Я не живу с ней и с сыном встречаюсь на нейтральной территории.
-Я тебе не верю. Я видела вас. И мальчика вашего. Он у меня перед глазами со вчерашнего дня. Разве ты не видишь сходства?
Даниал снова молчал. Конечно, он все видел. Это пугало и завораживало одновременно.
-У тебя есть он - такой же, как наш, только мать другая. Это оказывается, очень больно и страшно, - прохрипела Джамиля. - Поэтому просто забудь сюда дорогу, - она указала ему на дверь и он, чуть постояв, все-таки вышел из комнаты. Дверь закрыл тихо, чтобы ее не тревожить. Ушел также, как месяц назад. Только тогда в воздухе висела недосказанность. А теперь карты открыты, гнойники вскрыты.
Два часа ушло на то, чтобы раскачаться, сходить в душ, привести себя в порядок и прибраться в квартире. Когда слезы высохли, а телефон, наконец, зарядился, она вытащила кабель из гнезда и нажала на боковую кнопку. Едва на экране вспыхнули яркие краски заставки, посыпались сообщения от дочери.
Глава 6. Цветок с острыми шипами