Август убрал руку, и Лукас оплакивал потерю. Затем Август положил руку между лопаток Лукаса и наклонил его, пока Лукас не был вынужден упереться руками в плед.
Черт.
Август навис над ним, покусывая его ухо.
— Ты чертовски хорошо выглядишь вот так. Склоненный, уязвимый. Что ты там говорил? Полностью в моей власти?
Лукас задрожал, но не от страха. Август сжимал его яйца, массировал их между пальцами, скользил ими, чтобы грубо подразнить дырочку Лукаса.
Потом Август исчез, оставив его полностью обнаженным. Лукас наблюдал за Августом краем глаза, когда тот подошел к столику и что-то взял, а затем вернулся и опустился на колени позади него.
Лукас резко вдохнул, когда Август впился зубами в его ягодицу. Август удовлетворенно хмыкнул, а затем провел языком по следам. Боль и наслаждение от этого были ошеломляющими, его член пульсировал, а предэякулят непристойно сочился на чистый черный плед Августа.
Не успел Лукас прийти в себя, как Август раздвинул его бедра и с лазерной точностью облизал его дырочку, заставив Лукаса протяжно застонать, отталкиваясь от проворного языка Августа.
— О, блядь.
Август обхватил Лукаса за талию, притянул ближе, провел языком по его входу, облизывая и посасывая, словно не мог насытиться.
— Еще, — умолял Лукас хриплым голосом. — Трахни меня.
Поначалу Лукас был не уверен, услышал ли его Август, но когда он отстранился, его рот заменили два скользких пальца, которые одним сильным толчком вошли в него. Лукас не смог сдержать грубый звук, сорвавшийся с его губ.
— Хватит быть чертовски нежным. Я готов. Я хочу твой член, а не твои пальцы.
Август встал изящным движением, его пальцы не покидали тела Лукаса. Обхватил горло Лукаса и потянул его вверх, как раз в тот момент, когда он освободил пальцы. Лукас не успел сказать ни слова, как Август одним сильным толчком вогнал в него свой член, выбив воздух из легких и заставив его приподняться.
— Что ты сказал? — прорычал Август ему в горло.
Лукас не мог говорить, когда Август сжимал его горло, трахая его в жестком ритме, который лишал Лукаса возможности думать. Как раз в этом Лукас и нуждался. Август не причинял ему боль, он... владел им. Он был в нем и вокруг него. Август контролировал удовольствие и воздух, которым он дышал.
Неожиданно Августа передернуло.
— Черт.
Внезапная перемена в тоне Августа почему-то напугала Лукаса.
— Что случилось?
— Я забыл презерватив.
Лукас расслабился.
— Я отрицательный.
— Я тоже, — признался Август. — Но я остановлюсь.
Лукас выдержал паузу ровно столько, сколько потребовалось, чтобы обдумать слова Августа.
— Нет. Не останавливайся. — Затем, более решительно. — Продолжай. Серьезно, трахни меня.
Перемена в Августе произошла мгновенно. Он освободился от Лукаса лишь настолько, чтобы толкнуть его на матрас и последовать за ним вниз, раздвигая ноги Лукаса своими, чтобы снова войти в него, прижав к кровати, не переставая входить в Лукаса.
— Блядь, как бы я хотел, чтобы ты почувствовал, какой ты охренительно горячий и тугой внутри. Ты такой чертовски совершенный, — пробормотал Август, его голос дрожал от напряжения.
Август уперся рукой между лопаток Лукаса, вышел почти до конца и снова вошел, головка его члена задевала простату Лукаса при каждом движении. Лукас не мог говорить, не мог думать, не мог остановить беспомощные крики, срывающиеся с его губ. Каждый толчок воспламенял его душу, заставлял член пульсировать, зажатый между животом и одеялом.
Август снова навалился на Лукаса всем весом.