Кстати о волейболе…
— Что там Плахов? Злой был, — произношу вперемешку с хохотом. Ещё никак не отойду от картины, которая предстала передо мной.
Саня ползает на коленях и орет из-под кровати, что уволил бы весь персонал, потому что они не умеют нормально мыть полы.
— Ты блядь издеваешься. Злой… Да мы еле выжили после тренировки. Он орал на нас, как потерпевший. Думал, прямо там выблюю свои внутренние органы. Если бы у него было что-то в руках, я думаю он ещё бы и отхерачил нас, — эмоционально отвечает Глебыч.
— И чё теперь с турниром? — подставил всех конечно не по своей воле.
— Да чё, чё, нифига походу нам не светит. Там вообще шёл такой разговор, якобы, команда снимается с соревнований. И как ты понимаешь, ребята тут вообще не при чём.
Плахов сам всё вывернул так, что из-за травмирования капитана, команда пишет добровольный отказ.
— Вот что он как чмо поступает. Неужели настолько в нас не верит, — даа… расклад вообще говно.
Одно дело — на площадке произвести замену, но чтобы просто сняться с соревнований…
— Вот он ссыкло конечно, — Глебыч явно не в духе.
— Хрен с ним, — фыркает недовольно.
— Слушай, — переключается на другую тему, явно не хочет больше развивать эту.
— Я был после случившегося на треке. Машину твою на второй день отправили на эвакуаторе на стоянку, я узнал адрес. Потом тебе кину. Но ничего хорошего тебя там не ждёт, — запускает пятерню в волосы, немного ероша их.
— Я уже понял, там, наверное, вообще нечего делать, — тяну задумчиво.
В красках представляя, как мой Мерс теперь выглядит после того заезда. Восстанавливать скорее всего ничего не буду. Усмехаюсь в голос.
— Ты чё ржёшь, всё, после удара фляга свистит? — Саня смотрит на меня, как на умалишённого.
— Да я всё равно Игорёшу и в этот раз нагнул. Линию он не пересёк, так что фактически моя машина была первой. Хоть и вверх колёсами. Так он ещё и свой Порш расхреначил.
— Бля, Яр ты не исправим, — толкает меня в плечо.
— Телефон твой сразу в урну. Ты кстати чё без связи до сих пор?
— Папочка так о моём здоровье печётся, — произношу это, а самого аж передёргивает.
Саня сдвинув брови, смотрит на меня и ждёт пояснения.
— В общем, как-то ещё в больнице коннекта с Алисой у них не возникло. Спустили всех собак на девчонку. Типа я из-за неё поперся на гонки, до хуя выёбывался там, вот и получил.
— Вот почему-то я даже не удивлён, — откинувшись на спинку стула друг ждёт продолжения истории.
— Ну отец нашел рычаг давления. Будешь пай-мальчиком — никто твою Алису и пальцем не тронет. Естественно есть условия. Два дня мне втирал, чтобы я прекратил любое общение с ней, как видишь сижу здесь без средств связи. Хорошо хоть Юляшка телефон одолжила. Тебе сразу гео скинул.
— А что он так против Алиски настроен, нормальная вроде девчонка, не шаболда и с головой дружит.
— А вот здесь начинается самое интересное. Знаешь почему Юляшка тут ошивается? — Саня отрицательно качает головой.
— Наши предки на старости лет видимо из ума стали выживать. Приспичило им соединить бизнес, так Смольский моему выдвинул условие — брак, тогда бизнес семейный, по-другому не согласен.
— Так себе шутка, я тебе говорил, юмор — это не твоя сильная сторона.
— Сань иди в жопу, какие шутки. Я тебе серьезно говорю, отец загорелся этой идей, — рычу в ответ.
— Смольский конечно хорош, устал теперь выкрутасы своей дочурки и решил её тебе сбагрить, охренеть, — мне кажется Глебыч еще думает, что я шучу.