Да, кормят здесь как Мишленовском ресторане, но простите, это никак не влияет на регенерацию моих костных тканей.
Чувствую себя как мешок с костями.
Я сейчас отдаленно напоминаю аватара, кожа в месте ушибов приобрела сине-фиолетовый оттенок, а так как этих ушибов до хера, да, пожалуй, я могу представить себя им.
«Иногда вся твоя жизнь сводится к одному безумному поступку» — цитата Джейка Салли из фильма «Аватар» (2009).
Девиз моих ближайших дней пребывания здесь.
Безумный поступок привел меня на больничную койку…
С Алисой никакой связи все эти долбаные дни. Мой телефон расхерачен вдребезги. Ну а пойти и купить себе новый не представляется возможным в данный момент.
Конечно родители могли бы привезти без проблем, НО они не стали этого делать.
Отец прямо заявил, никакой связи с этой девчонкой, а узнать о твоем состоянии мы и от врача можем. Воспитывать взялся, да что-то поздно спохватился.
Просто каменный век.
Хорошо хоть Юляшка дала свой телефон, теперь Глебыч в курсе.
Она таскается сюда каждый день, вздыхает как старая бабка и пытается угодить, заботливо поправляя одеяло. Я конечно ценю заботу, но это всё уже порядком надоело. Не знаю чего она этим добивается.
После разговора с отцом про условия слияния корпораций, я чётко дал понять, что не стану его козырем в рукаве. Или пусть ищет другой подход к Смольскому, или забудет эту идею навсегда.
У Юляшки видимо другие планы.
Стук в дверь, перевожу взгляд на источник шума, я бы даже мог поспорить, кто сейчас за ней стоит. Но не буду. Дверь открывается, практически бесшумно в палате материализуется Юляшка.
— Привет, скучаешь, а я к тебе, — на лице улыбка, только у меня она не вызывает ничего.
— Привет, — давлю сквозь зубы, я блин её в палате вижу намного чаще чем медперсонал.
— Что, прогуливаешь, раз с утра приехала, — ладно, она ни в чём не виновата, просто девчонке запудрили мозги, и она верит в большую и чистую…
А если ещё учесть, что мы знаем друг друга лет с двенадцати, то сто процентов в её маленькой головке такие фантазии живут не один год, и уже придуманы имена нашим несуществующим детям. Пора бы уже расставить все точки над И.
— Ой, когда это ты, Ярик, стал таким праведным, сам первый в очереди, чтобы слинять, — заливисто смеется и проходит в палату.
В руках сжимает хрустящие бумажные пакеты, от которых приятно пахнет свежей выпечкой. Ставит их на столик и приближается ко мне.
— Мне кажется, сегодня ты выглядишь намного лучше, — наклонившись ко мне, чмокает меня в щёку.
— Если не считать расплескавшейся синевы на коже, я могу хоть сейчас рекламировать трусы от Calvin Klein на обложке какого-нибудь журнала, — палата наполняется смехом Юляшки.
— Слушай есть разговор, — смотрю на неё серьезно.
Мне хочется уже оставить бредовые идеи наших родителе, и не забивать девчонке голову всякой ерундой. Максимум, что она хочет от этой затеи — белое платье, фотки, которые незамедлительно попадут в соц. сети и крутую вечеринку.
Вот и все.
Она такой же инструмент в руках её отца для достижения целей.
— Угу, — присаживается на кровать и придвигается как можно ближе.
Решаю зайти из далека…
— Как там Петр Глебович?