На лице мальчишки видны следы внутренней борьбы. Скуйер стоял в нерешительности.
- Твой грасс погиб в бою. И ты теперь ему ничем не навредишь. Решайся.
Парнишка с неприязнью во взгляде зыркнул на меня и сказал:
- Вас обнаружил вилан и продал сведения грассу Брусту за полбалера.
- Кто такой Бруст?
Мальчишка повернул голову к телу убитого грасса.
- Мой господин.
- Понятно. Держи, - я протянул оружие парнишке.
Тот еще раз враждебно на меня посмотрел, взял кинжал с ножнами, повернулся и решительно зашагал прочь. Вот это характер! Но что мне делать с проигравшим?
Нет, в илоты обращать я его не буду, все-таки характер проявил, не сдался, держался против кортанца до упора. Хотя я все равно ошейник одевать чужаку не стал бы, как бы плохо он себя не показал. Просто прогнал бы и забыл о нем. Но сейчас выгнать его не мог. Ошейник с отвращением отшвырнул в сторону.
- Ладно, оставайся с нами. Свободным человеком, но кинжал на пояс надо заслужить.
Я повернулся к парням, что они скажут, как отнесутся к моему решению? Ребята были в растерянности, но злости к Велмину с их стороны я не чувствовал. Остатки презрения были, но уже не такие, как раньше. А Аррик и вовсе сказал:
- Правильно. Он хоть и ссыкун, но в илоты… нет… я на себе это испытал… но кортанца…
Аррик не договорил, однако я понял, что он хотел сказать. И не только я понял, но и все остальные мои парни тоже. Эрве и Эйрид знали мою задумку, сами же ее и исполнили, поэтому они промолчали. А невысказанную мысль Аррика продолжил Дири:
- Не надо его было отпускать. Сообщит.
Глава 4
Глава четвертая. Поединок
В то, что он попал в другой мир, Велмин уже не сомневался. Не могло же у всех окружающих быть массовое помешательство? А ведь ему опять повезло остаться в живых, этот парень вытащил его из петли в последний момент, заплатив местному начальнику. Правда, что интересно, платил-то не парень, а светловолосый мальчишка по приказу парня. Немного странно, то ли тому так доверяют, то ли еще в чем-то причина.
А потом Велмин опять испугался. Это когда его заставили раздеться и знаками показали идти к реке. Он подумал, что, забрав одежду, его хотят утопить, но оказалось все проще – он после знакомства с болотом и нескольких дней скитаний был грязен, как нищий бездомный.
В отряде у этого парня мылись каждый день, даже по два раза. И ему тоже приходилось лезть в холоднющую воду. В первые два дня он пробовал отказываться, но один из мальчишек, самый вредный, его два раза ударил, и желание сопротивляться пропало. Но ведь бить – это неправильно, это не для цивилизованного человека. И он укрепился в мысли, что спасшие его парни не относятся к числу культурных людей.
Кем он был для них, Велмин так и не понял. И почему его спасли? А ведь они не только дали ему одежду местного покроя, но даже прицепили на пояс кинжал в ножнах. Как к этому отнестись, Велмин не мог определиться. С одной стороны, это отдает каким-то варварством старых времен, но с другой стороны, ему почему-то нравилось видеть на своем поясе оружие. Когда он осторожно доставал кинжал (острый, ведь можно и порезаться), и тот удобно ложился в его ладонь, ему было приятно ощущать тяжесть клинка и становилось немного спокойнее. Что это – атавизмы, которые у него вдруг проявились? Это совсем не характеризует цивилизованного человека. Но ему-то нравилось! И в голову лезли совсем неправильные мысли. Имейся у него раньше кинжал, то он чувствовал бы в своем мире, когда начались беспорядки, намного увереннее. А будь рядом с ним эти парни, то никакие баребы не были бы страшны. Но ведь это неправильно? Или нет?
А еще он активно учился местному языку. Старший парень каким-то способом (гипноз, наверное) посылал ему мысленную информацию, одновременно дублируя ее вслух. Такой способ оказался очень действенным, и Велмин уже спустя несколько дней более-менее сносно стал понимать местный язык. Без знания языка в этом мире делать нечего.
Здесь, кстати, совсем нет цивилизации. Это он понял, наблюдая людей и жизнь в том поселке, где его схватили. И первоначальное мнение подтверждали слова его попутчиков. Впрочем, он так и не подобрал точное определение для этих парней.
Сказать, что жить с ними ему не нравилось – ничего не сказать. Да какому нормальному человеку может понравиться ночевать на холодной земле? Никаких удобств, вонь от одежды, пропитавшейся лошадиным потом, комары, ужасная пища. Хотя, когда ему в первый раз сунули в руки большой кусок жареного мяса, он его с жадностью съел. Но каждый день жареное, с обугленной и грязной коркой мясо, вместо обычной, привычной для него пищи, которую он ел в заведениях массового приготовления – это было ужасно. Но он терпел. Даже тогда, когда его гоняли по поляне, заставляя делать различные физические упражнения, какие в его мире делали лишь упертые на голову спортсмены.
И еще он догадывался, что его презирают. Это не трудно было заметить. Впрочем, он и сам, пусть внутренне, но отвечал им тем же. Хотя с его стороны это было неправильно, ведь нужно быть терпимее к людям.
А потом, когда Вучко, старший парень, сев на коня, куда-то уехал, на них напали вооруженные люди. Четверо оставшихся в лагере схватились за оружие, а Велмина обуял страх, точно такой же, когда он бежал от преследовавших его баребов. И он, не разбирая дороги, бросился подальше от настигающего его ужаса. Долго бежать он не смог, запнувшись о корень дерева и свалившись в небольшую яму рядом с какими-то кустами.
Через ветви можно было видеть, что происходит на поляне. Он такое уже видел, когда скрывался от убийц на промзоне. Всех парней повалили на землю. Троих били, причем двоих, Эрве, светловолосого мальчишку, и Аррика, его ровесника со странным клоком белых волос, вооруженные мужчины били с остервенением, пиная их своими сапогами. А третьего мальчишку, черноволосого Дири, того самого, кто его несколько раз ударил, бил его сверстник, но как-то с ленцой.
Эйрид, это второй взрослый парень из отряда, лежал на земле и над ним склонился мужчина, рядом с которым стояло еще двое. Вот его не били. Затем мужчина что-то произнес, и избиение мальчишек прекратилось, только его ровесник еще пару раз пнул черноволосого.
Тем временем двое вооруженных мужчин уже набрасывали веревки на стволы ближайших деревьев. На концах веревок Велмин заметил петли. Значит, собрались кого-то вешать. Две петли – два человека. Жить в этом мире не менее смертельно опасно, чем в том, из которого ему удалось выбраться. И еще он заметил неподвижно лежащего человека. За все время наблюдения тот ни разу не пошевелился. Мертвый. Неужели его убили эти парни? Убить человека… Что парни, что напавшие на них люди насколько нецивилизованны. И как ему жить в этом мире среди таких людей?