— Наверху есть спальни, если хочешь, выбери одну из них.
— Спальни?
— Комнаты с кроватями в них, — он указал на лестницу.
Лара подошла к их подножию и посмотрела вверх. Вершину скрывала еще более густая тьма.
— Я просто… поднимусь наверх?
— Ты хочешь, чтобы я пошел первым? — спросил Ронин. Она взглянула на него. Это был намек на улыбку на его лице?
— Там, наверху, есть что-то, о чем мне следует беспокоиться?
Он протянул руку мимо нее и щелкнул другим выключателем. Свет рассеял тьму наверху.
— Нет.
— Хорошо, — Лара сделала глубокий вдох и поставила ногу на первую ступеньку, съежившись от хлюпанья воды в ботинке.
— Ты можешь снять их, если хочешь.
Ей не нужно было повторять дважды. Стянув их, она бросила на пол рядом с нижней ступенькой. Ее ступни были бледными, кожа покрылась морщинами, а пол под ними был холодным. Она ступила на первую ступеньку и посмотрела вниз. Материал на лестнице был другим: мягким, сухим и амортизирующим, с маленькими волокнами, которые скользили между пальцами ног.
Продолжая подниматься наверх, она остановилась на лестничной площадке; по обе стороны тянулся тусклый коридор. Она нашла еще один маленький выключатель и осторожно щелкнула им. Коридор наполнился светом.
В каждом конце было по двери, еще две — в стене напротив лестницы и еще одна слева от нее. В таком месте, как это, могли разместиться по меньшей мере десять-пятнадцать человек. Зачем кому-то — особенно боту — вообще нужно так много места для себя?
Она повернула налево, открыв дверь в конце коридора, и ощупала стену, пока не включила свет. Это была еще одна большая комната. У дальней стены стояла огромная кровать, накрытая толстым одеялом, с декоративной деревянной панелью в изголовье и изножье. Эта штуковина была достаточно большой, чтобы на ней могли с комфортом разместиться трое взрослых.
Она подошла к ней и провела рукой по одеялу, восхищаясь мягкостью материала. Когда она наклонилась, кровать слегка прогнулась, уступая ее весу. Это было настолько непохоже на ее жесткий поддон, насколько она могла себе представить.
У двери стоял еще один предмет мебели. Высотой с ее комод, он был сделан из темного дерева, его поверхность состояла из пяти широких ящиков. Она открыла их по одному, обнаружив, что все они пусты.
Любопытство привело ее к полосам ткани, висевшим на стене рядом с кроватью. За ними было окно, закрытое тонкими пластиковыми полосками. Лара отогнула полоски, чтобы посмотреть через стекло, и мельком увидела деревья и поле на другой стороне улицы.
Она поставила свою сумку на коробку с выдвижными ящиками. Помимо дискомфорта, вызванного мокрой одеждой, была еще одна насущная необходимость, которой она пренебрегла.
— Мы сможем достать для тебя еще одежду, чтобы положить ее туда, — сказал Ронин.
Лара вздрогнула, посмотрев на дверь. Как долго он там стоял?
— С… сюда? — Лара выдвинула верхний ящик.
— Вот для чего это нужно. Это называется комод.
— Никогда не видела ничего красивее этого, — у каждого ящика была маленькая металлическая ручка, по две на каждом из верхних. — Что еще должно быть в нем?
— Обычно только одежда.
— У кого столько одежды? — спросила она, сбитая с толку. Большая часть одежды, которая у нее была, сейчас была на ней, и она не заняла бы и половины ящика. Она могла бы придумать тысячу других вещей, которые можно было бы хранить здесь.
— Клади туда все, что захочешь, — сказал Ронин. — Я принесу тебе что-нибудь сухое, — Он повернулся, чтобы уйти.
— Подожди!
Он остановился и посмотрел на нее.
— Мне нужно идти, — сказала Лара.