Кевин Тернер сидел за столом в неприметной комнате. Перед ним была разбросана дюжина деревянных блоков, выкрашенных в разные цвета. У него были полные щеки, здоровый цвет кожи и темные волосы на макушке.
— Я не… — голос принадлежал Кевину, но его губы не шевелились, пока он не повторил эти слова. — Я больше не хочу этим заниматься.
— Понемногу, Кевин, — сказала доктор Юань за кадром. — Совершенно естественно, что тебе сейчас трудно. Хотя конечные функции и внешний вид те же, вашему разуму потребуется время, чтобы научиться управлять вашим телом. Пожалуйста, попробуйте еще раз.
Нахмурившись, Кевин поднял руку над столом. Движения были шаткими, отрывистыми, неточными. Его брови нахмурились, когда он потянулся вперед, направляя дрожащую руку к одному из красных кубиков. Он осторожно зажал кубик между указательным и большим пальцами и поднял его со стола.
— Хорошо. Не могли бы вы, пожалуйста, положить его поверх другого такого же цвета? — попросил доктор.
Его взгляд скользнул вниз, к другим блокам, зрачки расширились и сузились. Он медленно переместил руку, нависнув сначала над зеленым блоком, а затем над синим.
— Ничего страшного, если вы не уверены в цветах, Кевин. Это не твоя вина, — сказал мужчина за кадром. — Нам просто нужно знать, чтобы мы могли внести необходимые коррективы, чтобы вернуть вас к нормальной жизни.
— Доктор Андерсон прав, Кевин, — согласилась доктор Юань. — Мы будем действовать постепенно.
С легким, неестественным кивком Кевин опустил руку. Как раз перед тем, как блок коснулся того, что был под ним, его рука дернулась. Блоки стукнулись. Красный кубик вылетел у него из рук и со стуком упал на пол.
— Черт возьми! — Кевин прорычал сквозь зубы. Он взмахнул рукой над поверхностью стола, неуклюже сметая все кубики. — Я же сказал вам, что не хочу этого делать!
— Все в порядке, Кевин, — сказал Андерсон. — На сегодня мы можем закончить.
Еще одно мерцание, и сцена изменилась. Кевин бродил по комнате с ковровым покрытием. Бежевый диван и два таких же стула стояли рядом. Женщина — блондинка, лет сорока с небольшим, возможно, — сидела в одном из кресел, сложив руки на коленях.
— Кевин, пожалуйста, — сказала она.
— Пожалуйста, Диана? Я не знаю, чего ты ожидаешь. Ты говоришь мне это, и я должен быть хладнокровным и собранным после всего этого?
— Просто… будь терпеливее, пожалуйста. Мы знали, что на это потребуется время, и все получилось лучше, чем мы надеялись. Ты все еще здесь, Кевин, — она уперла руки в бедра и склонила голову. — Мы хотим, чтобы ты вернулся домой, но психиатры говорят, что ты все еще… приспосабливаешься к изменениям.
— Они не разрешают мне видеться с детьми, Диана. Моими гребаными детьми! Прошло восемь месяцев, и я не видел их с тех пор, как впервые проснулся. Я не сплю, я не ем, я не пользуюсь гребаной ванной. Все, что я делаю, это думаю о жизни, которой я должен жить.
Диана встала и подошла к нему. Она протянула руку и нерешительно положила ладонь ему на плечо. Кевин отпрянул от нее, повернулся и сделал несколько шагов назад. Рука Дианы упала, и ее лицо сморщилось.
— Я знаю, это тяжело…
— Ты знаешь? — потребовал он, поворачиваясь к ней. Она отступила от его приближения, споткнувшись об один из стульев. Он схватил его и швырнул в стену, разбив вдребезги. — Ты думаешь, у тебя есть хоть какое-то гребаное представление о том, на что это похоже?
Диана протянула руки.
— Кевин, прекрати! Не делай этого!
— Ты знаешь? — он вонзил пальцы в шею и потянул, отрывая кусок синтетической кожи, обнажая металлические пластины челюстей и щеки. — Вот кто я сейчас! Пути назад нет, так что присмотрись повнимательнее, мать твою!
— Боже мой, — воскликнула Диана. — Это не ты. Это не ты! Мой Кевин никогда бы…
— Нет, я не твой Кевин. Он умер на операционном столе, — он повернулся и зашагал прочь от нее.
Дверь распахнулась, и несколько техников поспешили в комнату. Диану, всю в слезах, вывели.
Кевин оглянулся через плечо, пластины его челюсти задвигались, как будто он стиснул зубы. Он закрыл глаза. Видео потемнело.
Прошло несколько секунд, и появилось изображение. Темноволосая женщина с карими миндалевидными глазами откинулась на спинку сиденья, пощипывая переносицу. Она имела отдаленное сходство с Нэнси Купер. Книжные полки позади нее указывали на то, что комната была чем-то вроде офиса.
— Меня зовут доктор Джессика Юань. Я невролог, и я возглавляла команду, которая впервые разработала метод, с помощью которого сорока трех летнему Кевину Рэндаллу Тернеру перенесли его сознание в… роботизированное суррогатное тело. Процедура, по сути, прошла успешно. Существуют тысячи часов видеозаписей, документирующих как саму процедуру, так и нашу работу с мистером Тернером во время его выздоровления.
Она наклонилась вперед, поставив локти на стол, и запустила пальцы в волосы.
— Я делаю эту запись, потому что будущее этого проекта неопределенно. Война перекинулась на американскую землю, и военные проявляют все больший интерес к нашей работе, особенно к работе моего коллеги, доктора Уильяма Андерсона, который добился больших успехов в робототехнике и искусственном интеллекте. То, что они собираются конфисковать наши исследования, неизбежно, и мы ни черта не можем с этим поделать.