Краем глаза я наблюдала, как служанка вышла из спальни и покинула королевские покои. Она закрыла за собой дверь, и мы снова остались наедине.
Сделав над собой усилие, я взяла булочку из корзины в центре стола и разрезала ее. Нужно сосредоточиться на своей задаче. На том, как я могла помочь Бенедикту, Лире и людям в Лондоне. Но я так сильно истосковалась хотя бы по какому-то подобию нормальности, что хотела еще ненадолго оттянуть разговор на эту тему.
– Что пишут в газете? – спросила я и потянулась за маслом.
Вампир с шумом втянул воздух.
– А что там может быть написано, Флоренс? – раздраженно отозвался он. – Что-то о похищенной принцессе, покушении на короля и грозящей гражданской войне.
– Они пишут об этом? – изумленно переспросила я.
– А о чем еще им писать? О погоде?
– Я… Я думала, в газетах пишут исключительно о том, что ты им разрешаешь.
Бенедикт фыркнул, как будто это полный абсурд.
– С таким же успехом можно попробовать заставить птиц в аду не петь.
Я растерянно нахмурилась:
– То есть им уже известно о Лире? Откуда?
– Если бы я знал, у нас было бы на одну проблему меньше.
Опустив нож, я оставила попытку намазать бутерброд. Все равно желудок к этому моменту завязался таким узлом, что, скорее всего, мне не удастся проглотить ни кусочка.
– А сейчас? – тихо спросила я.
– Минимизируем ущерб, – холодно откликнулся Бенедикт.
Я глубоко вздохнула. Нормально пообщаться явно не выйдет. Чего и следовало ожидать.
– И как я могу с этим помочь?
Он мрачно посмотрел на меня:
– На сегодня, во второй половине дня, назначена пресс-конференция. К счастью для тебя, я не склонен сам выступать перед народом, так что тебе не придется произносить речь лично. Эрис представит людям нашу историю. Ты будешь стоять на заднем плане вместе со мной и стараться выглядеть хотя бы отчасти заслуживающей доверия. Впрочем, зная тебя, это не должно составить труда.
Я пыталась не подавать виду, как сильно меня задели его слова. Он в любом случае мне не поверит.
– Что конкретно я должна делать? – вместо этого спросила я.
Король покачал головой и вернулся к своей газете.
– Репетировать ничего не понадобится.
Это не ответ на мой вопрос. Я хотела знать, как мы будем стоять на заднем плане. Держаться за руки? С влюбленными взглядами и нежными прикосновениями? Хватило только представить это, и меня затошнило от нервозности.
– Тем не менее мне нужно знать, чего ожидать, – объяснила я.
– Узнаешь, когда придет время.
Он что, серьезно?
– А почему не сейчас? – с растущим раздражением поинтересовалась я. – Раз ты хочешь, чтобы я притворялась перед людьми, дай мне время подготовиться! Я должна знать, будем ли мы… прикасаться друг к другу. Или целоваться, или…
– Ничего подобного точно не будет, – отрезал Бенедикт. И метнул в меня злобный взгляд. – Пока я сам точно не знаю. Но думаю, ты достаточно практиковалась в этой роли, чтобы немного сымпровизировать.