Мечтатель: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Но…

— Извините, Изалинда, мне некогда. Я должен оказаться в «Клионисе» через час. Готовьтесь. Очень скоро нам придется пробираться под 203 сектор. И если это и не вызывает особых проблем, то спуск в подземелья МЕБОСов обойдется нам дороже. — Я поднялся из ласковых объятий электроники и направился к двери. Сзади, как тень, следовала Изалинда, железным усилием воли натянувшая на себя маску невозмутимости, ту маску, которую я не снимал годами.

— До встречи профессор.

— Зовите меня Александром, Изалинда! — я улыбнулся удивленному выражению девушки и резко повернулся на каблуках. С момента выпуска из школы я никому не называл своего имени. Пусть она будет первая. Не знаю почему, но пусть. В этом мире много больше неразрешимых вопросов, чтобы забивать себя еще одним.

— Вы никогда…

— Я знаю, Изалинда, — кидаю я, не оборачиваясь. — Я никому его не говорю. Это будет нашим секретом.

Ответа археолога я не дождался. Телепортер принял меня и привычно закружил голову. Вспышка боли — и я уже внизу, около стоянки гравилатов.

«Завтра, — сказал я себе, забираясь в кабину, — завтра разрешиться судьба. Нет, даже не судьба, а Судьба. Я чувствую это. Ведь не зря на моих висках может лежать стальной обруч института истории! Ведь не зря в простонародье нас именуют богами!

Часть II

Двери за моей спиной с легким шорох задвинулись и замерли на своих местах. Я тряхнул уставшей головой и направился к стоянке гравилатов. За восемь часов меня вымотали так, словно я двое суток подряд таскал булыжники в мраморном карьере. Убеждали, что вниз лазить не стоит, говорили, десять км это много, заставляли понять, что МЕБОСы — не игрушки, доказывали, что Игнесса не может покинуть здание, даже в виде переносного модуля со следящим устройством, и т. д. Особое внимание, конечно, уделяли последнему и самому главному пункту. Уделяли такое внимание, что я кое-как, призвав все свое влияние, сумел привести приличные тезисы, аргументирующие, какого хрена мне нужна Игнесса. Привел. Меня поняли. Согласились.

Звонок от войск настиг меня там же, в коридорах «Клиониса». Армия стоит за моим правым плечом и будет всячески мне способствовать. Я, про себя, разумеется, пожалел, что доблестная армия будет за правым плечом, а не за левым или где подальше, но ничего не поделаешь. Жалей, не жалей — армия нужна.

Так же меня обрадовали тем (если кому интересно, то обрадовал тот самый генерал, который сообщил про поддержку войск) что экспедиция получила официальный статус, и ее руководителями назначаюсь я и генерал! Здорово, правда? Лично я на седьмом небе от счастья. Какой-то солдафон будет хоть мне и не приказывать, но пытаться это делать! Я хронист! Я независим! Я…

Ладно, забыли! Жизнь долгая штука, может этот безымянный гад куда-нибудь провалится и не выберется. Будем надеяться и ждать.

Да, кстати! Я не говорил, никто из военных не назвал мне имени? Я успел переговорить с половиной группы (через сеть), но никто мне не представился. Этот факт я принял за личную месть А. С. Карлану Неизвестного-Сидящего-На-Верху. Других мыслей не было.

В машине, на высоте пары тысяч я достучался до Николаса Гатье. Архитектор, сказав, что знает, как попасть в подземелья. Материалы по сему делу уже высланы и наверняка телепортировались в мою квартиру. Я сердечно поблагодарил архитектора за работу, пообещал не забывать снимать его дома и отключил прибор связи.

…Гравикам летел. Сначала я вел его по скоростной трассе, затем свернул на обычную магистраль, перешел на внутреннюю артерию… Через полчаса моя скорость скинулась до сотни километров я и медленно полз в воздухе, оставшись без стабилизирующей поддержки дорог. Мне хотелось подумать, переварить все происшедшие события. Слишком неправильно, невозможно все было. Запись гравилата, девушка на первом этаже, взаимосвязанные сны, экспедиция… Во всем этом не было никакой логики, события были отдельные, никак не согласующиеся друг с другом. Но что-то в них было. Нечто неуловимое, неясное, что разум хрониста должен чувствовать, обязан, а не может.

Не то, все не то!

Я подумал о том, что, пожалуй, надо спустится пониже, и гравилат уменьшил приток электричества на платформу. Металл изменил свои свойства, притяжение купола ослабло, аппарат заскользил вниз, к средним уровням. Гад, следит за мыслями! Конечно он не может их фиксировать и понимать, но неприятно, когда осознаешь, что за тобой словно подглядывают втихомолку.

Ха! А я чем занимаюсь в своем любимом институте? Разве не подглядываю втихомолку? А когда мне становится очень грустно и гадко, разве я не отыскиваю какого-нибудь интересного человека и не начинаю наблюдать за ним одним, пытаться взломать его душу? Как, допустим, тогда, у библиотеки? С одной стороны, дался мне молодой астроном, побежавший читать очередной фолиант о космических кораблях типа «Одиссей». А с другой стороны, он очень и очень интересная личность. У него тоже есть мечта, хотя она и никогда не исполниться.

А я спускаюсь и спускаюсь. Ниже, ниже, ниже… Ровные, серебристыми змейками обвитые вокруг зданий тротуары. Редкие спортивные машины, скользящие над трассами. Ролики эротического содержания, мельтешащие в громадных проекторах. И люди… почти настоящие, уверенные, что они живут по своим законам, что они делаю то, что хотят, что они имеют свободу. Они рождаются, работают, женятся, заводят и воспитывают детей, притворяются, что верят в бога и прогресс мировой науки. Некоторые до сих пор надеются на вероятность космической экспансии Землей пригодных для жизни планет. Как будто они не знают, что таких не существует!

Быдло. Типичное серое быдло. В них нет ничего, они разучились жить! Наслаждение, счастье, радость, свет? Этого у них хватает! Свет солнцезаменяющих ламп, хоть и не в полном объеме, но все же просачивается на средние уровни. Радость? В их существовании уйма радостей: бесплатные государственные лотереи, гарантированный отдых, еженедельные премии, здоровые дети и мужья. А также образование, удачная работа, тысячи развлекательных каналов, виртуальные игры с эффектом полного погружения, для некоторых, почти выродившихся — книги в муниципальных библиотеках и истории о прошлом в музеях, истории, от которых мурашки идут по коже. На самом деле, как можно жить без надежного купола, под настоящим, способным обжечь солнцем, есть настоящую пищу, которой можно отравиться, гладить животных, наверняка являющихся заразными? Ведь это радость — когда ты все имеешь, тебя всем обеспечили! А сколько у них счастья и наслаждения! Медицина сделала генетическую структуру человека до какой-то степени совершенной — тело четко вымерено и гармонично, уроды почти не встречаются, очки на чьем-нибудь лице увидеть практически невозможно. А разве это не повод подойти к незнакомой девушке и предложить ей ночь любви? Конечно, возможен отказ, но такого почти не бывает. И не думайте, что я опираюсь только на личный опыт полубога-хрониста. Нет, я вижу и слышу, все происходящее не в одном и даже не в двух секторах. Если коротко — всем на все наплевать. А разве это не есть счастье? Когда тебе все равно? Когда на тебе нет ответственности, но есть права и привилегии?

По-моему, это должно хватить. На долгую, безропотную жизнь. На отказ понимать, что происходит с родной планетой. На бесконечное ожидание последних шести межзвездных кораблей, ушедших в космическое пространство сотни лет назад. Я знаю, что пять из них никогда не вернутся. Мне это известно через тайные каналы. Шестой? Что он может привести? Может быть, счастливую новость о том, что есть новая планета с голубым небом и зеркальной водой? Что на ней можно жить и радоваться полноценной жизни, жизни без купола? Так его и здесь никто не замечает! А вот загадить новую планету, довести ее до состояния Земли — легко, вы не согласны? Сотня, другая лет — и там тоже будут летать под куполом машины, только назовут их по-другому, глайдеры, например. И там тоже будет создан институт «Клионис», и он тоже будет работать над прямой и альтернативной веткой истории, он тоже будет великим и бессмертным. До поры, до времени.

А затем следующая планета, очередное спасение от неминуемой смерти, но и там будет уже знакомый сюжет. Пройдет тысяча, сотня тысяч лет, удивленный астронавт опустится на бесплодном каменном мешке, который когда-то назывался Земля, и поднимет чип памяти, с удивлением поняв, что там записана история его далекой прародины.

Я гипертрофирую? Возможно. Но и правды в моих словах достаточно. Иначе вон тот пятнадцатилетний пацан совсем не так разговаривал со стоящей напротив блондинкой. Он бы, скорее всего, вообще с ней не разговаривал. Не разговаривал, если бы человечество не утратило мораль…

Гравилат замер на площадке. Я выпрыгнул наружу, и быстро, не смотря по сторонам, зашагал вперед.

Я что-то упускаю. Я слишком много упускаю. Я вижу лишь поверхность и не в силах заглянуть глубже. Я не понимаю сути событий и логических цепочек. Я представитель другого мира, прошлых, несуществующих эпох. Я один на миллиарды, чей мозг способен воспринимать и обрабатывать свалившиеся на него потоки информации. Такие становятся или пилотами космических кораблей, или хронистами.

Первые сродняются с машиной и воспринимают пространство не так, как оно видится обычным людям, а в десяти-, пятнадцати-, двадцатимерном пространстве. Они видят сотни километров космоса и обрабатывают в секунду столько информации, сколько не смогут десятки компьютеров, а обычный человек от такой перегрузки мгновенно умрет.

Вторые смотрят на город и запоминают все увиденное. Интересно, зачем? Или вправду человечество стоит на пороге собственной гибели, и мы создаем базу данных о нашей жизни?

Не понять! Я хронист, я исключителен, но я не могу понять. И остается глупо следовать своим снам, преследующим меня всю жизнь.

Кто я? Что со мной? Почему я задаю вопросы, которые никого не интересуют? Вокруг мир абсолютного идеала, а я ищу в нем изъян. И кажется, что я его почти вижу. Что я поймал крошечную трещинку в луч лазера-поисковика, но тут манипулятор механики вздрагивает, кристалл смещается, и поиск приходится начинать сначала.