Зал имел круглую форму и занимал, видимо, всё пространство башни. У стен, от пола до самого потолка, стояли декоративные колонны. Потолка в зале Дрикондор сначала не увидел, но вскоре понял, что это широкий прозрачный купол в форме линзы, предназначенный скорее всего для собирания света. Дальняя стена была единым целым с синим кристаллом.
Внезапно двери сзади закрылись. Сверху блеснул луч света и осветил Дрикондора, образовав круг вокруг него. Дрикондор вздрогнул: так резко и неожиданно вокруг зазвучал голос Аяд-Гумура:
– Я, Саграндр, ныне великий Аяд-Гумур, принимаю этого человека и называю его гумурцем. И пусть он не изменит нашим принципам, а если таковое случится, моё слово будет разрушено и я буду опозорен на веки! Сейчас Дрикондор станет Ерп-Ерп-Гумуром, и пусть его ладонь коснётся Великого Нири, и да озарит свет Нири его сердце!
Круг света, в котором стоял Дрикондор, медленно пополз к стене-кристаллу. Дрикондор старался не выходить из круга. Совсем чуть-чуть не дойдя до стены луч замер. Бывший Вождь остановился тоже, решив, что это тоже часть обряда, но он ошибся.
Каменная стена отошла в сторону и в помещение вбежал человек. Борода у него была хоть и длинная, но с бородой Аяд-Гумура она сравниться не могла. Он был одет в лёгкую золотую накидку и постоянно перебрасывал из руки в руку позолоченный предмет, напомнивший Дрикондору скипетр. Человек злобным взглядом окинул помещение и воскликнул:
– Аяд-Гумур, Вы посвящаете в наше общество Ирдонога! Это противоречит нашим правилам, гумурцем может стать только выросший в нашей деревне!
Аяд-Гумур ответил крайне спокойно:
– Вы говорите так, будто сами столь же необразованны, как и Ирдоног, – на лице вошедшего показалась злобная гримаса, но он промолчал, – Я, Аяд-Гумур, могу посвятить Ирдонога в гумурцы при согласии обоих Ай-Ай-Гумуров.
– Я Ай-Ай-Гумур, и я не согласен! Это абсурд, принимать его в гумурцы, он даже основ магии не знает. Он был Вождём Цукердая, чёрт побери, он всю жизнь воевал!
Если слова Ай-Ай-Гумура вырывались громко и яростно, то казалось, что Аяд-Гумура невозможно разозлить.
– У него в душе скрыта невиданная любовь, её всего лишь стоит раскрыть. Ты слеп, Ай-Ай-Гумур!
– Это ты слеп, Аяд-Гумур! Ты не видишь таких очевидных вещей!
Вдруг в дверях показался ещё один человек. Вскоре его очертания стали более чёткими, и Дрикондор увидел, что он одет в серебряные одежды и держит в руках металлический посох. Этот человек был намного старше Ай-Ай-Гумура. Он сказал спокойным голосом:
– Ай-Ай-Гумур, ты глуп, а твои выводы поспешны. Заметь, именно из-за твоих доводов, твоего авторитетного мнения, моего сына отправили в отряде Гумура спасать этого Ирдонога. Ерп-Гумур не был готов и погиб, – на лице вошедшего была видна боль, – и я не хочу, чтобы он погиб напрасно! Аяд-Гумур не просто так притащил сюда этого Ирдонога, у него были цели. Советую тебе, Ай-Ай-Гумур, принять это решение.
– Ни за что!
Дрикондор понимал, что его вступление в это старнного общество может вскоре закончиться провалом. Если он правильно понял, основная часть церемонии уже прошла, ему надо было только коснуться стены, единой с кристаллом. Переливающаяся синяя стена была уже перед ним, но бывший Вождь Цукердая колебался. Если он коснётся стены, его жизнь никогда не будет прежней. Он несколько секунд стоял неподвижно, затем решительно сказал себе: «Прежней жизни больше нет!», вытянул руку и приложил ладонь к синей поверхности кристалла.
В глазах сверкнула белая вспышка. Последнее, что почувствовал Дрикондор – это неожиданная лёгкость во всём теле и крик Ай-Ай-Гумура сзади. Затем глаза бывшего Вождя закрылись, и он погрузился в забытьё.
Глава 8. ХРАМ
Наинекс открыл глаза. Потом закрыл. Разницы не было. Ясно было только одно – он находится в невесомости и вокруг нет ничего, абсолютно ничего, возможно даже воздуха. Холод пробирал до костей. Только Нири спасал Правителя от смерти. И тут Наинекс наконец догадался, где он. Такие же ощущения он испытал, когда однажды чуть не застрял в Ими-пространстве из-за сломавшегося генератора перехода…
В Ими-пространстве старались долго не задерживаться. Правда, несколько изощрённых военных умов как-то додумались создать там штаб-квартиру ВИНО, Взвода Из НиОткуда, для обеспечения практически моментального перехода в любую точку планеты, но солдатам на этой базе было, прямо скажем, плохо… В Ими-пространстве нет различия между днём и ночью, нет связи с остальным миром, никогда ничего не меняется, и конечно никто даже не думал о выходе «наружу» без специального снаряжения, все понимали, что стоит покинуть базу – и единственной надеждой останется Нири, энергия которого совсем не бесконечна.
Вскоре штаб-квартира превратилась в всего лишь промежуточный пункт для бойцов немедленного реагирования ВИНО, а оставшееся место переоборудовали под тюрьму для самых гнусных преступников Нерфертии.
Наинекс сейчас был один. В непроглядной тьме. И не представлял, где он и где может быть Ими-переход. Вероятность того, что через эту точку Ими-пространства пройдет какой-либо корабль на пути к переходу, была ничтожной, точнее – просто равна нулю..
– Чёрт… – прошипел Наинекс, но не услышал сам себя: в Ими-пространстве не было воздуха, и вообще какой-либо среды, способной передавать звук.
Заклинания использовать здесь было более чем опасно: сама природа этого места противилась нерфертской магии. Те смельчаки, которые в давние времена всё-таки прибегли к заклинаниям в Ими-пространстве, получили всю вложенную энергию обратно, да ещё и многократно усиленную. В большинстве случаев их Нири просто не выдерживало такого напора и раскалывалось на кусочки с весьма печальными последствиями.
Оставалось только дрейфовать в бесконечной чёрной бездне Ими-пространства. Наинекс неподвижно «висел» уже длительное время, как вдруг уловил где-то неподалёку еле заметное шевеление магической энергии. Наинекс выругал себя за то, что во время шестидесятилетней войны так и не нашёл время сильнее развить свою способность чувствовать магию. Единственное, что он смог понять из нескольких еле заметных проблесков, так это то, что энергия была какая-то чужая, неестественная, и что источник этой энергии медленно к нему приближается.
Чем ближе это нечто подходило к нему, тем громаднее оно казалось.
Энергия ощущалась всё сильнее, и уже представлялась Правителю всё более и более доброй и ласковой, приятно теплой, и, наконец, прямо перед Наинексом появился огромный шар, от которого и исходили волны этой энергии. Правитель протянул руку вперёд, желая коснуться этой сферы, и рука наткнулась на обычный камень, он был гладким и на удивление действительно тёплым.
Наинекс попытался определить размер сферы, проведя рукой в сторону, но рука вдруг провалилась сквозь каменную поверхность, увязла и начала медленно затягиваться внутрь. Наинекс совсем не испугался: магическая энергия шара окутала его, словно необычайно тёплое одеяло. Правитель чувствовал в ней такую доброту и прелесть, что готов был последовать за ней куда угодно. Он засыпал…
Внезапно знак Звезды Сваеторексиуса на запястье запульсировал, и Наинекс почувствовал прикосновение. Знак обжигал, грубый захват сильно и резко вывернул руку. Боль пронзила Правителя, он вздрогнул и внезапно осознал, что его сейчас затягивает внутрь себя странная каменная сфера. Наинекс попытался вырвать руку, ухватившись за невидимого помощника, но камень словно затвердел и не отпускал его. На мгновение Наинекс почувствовал вспышку другой магической энергии, такой холодной, неприятной и злой, что Правитель поморщился. Она поглощала живую теплоту сферы, казалась, сфера буквально молит о помощи, просит вернуться, не уходить от неё.... В этот момент невидимая рука рванула еще раз, камень отпустил свою добычу и Наинекс снова почувствовал вокруг себя невесомость и обычный холод Ими-пространства. Хватка пропала, знак черной Звезды утих, и ладони коснулся металл. Сфера с борющимися стихиями отдалялась, Наинекс её теперь практически не чувствовал.
«Ну вот и я!» – услышал Наинекс в голове знакомый голос и, почувствовав небывалый восторг, сжал рукоять Мирдлона. – «Я так рад тебе! Что это за сфера? Кто помог мне?». Меч ответил на удивление сразу: «Это было древнее охранное заклятье, созданное чтобы отлавливать все чуждое этому миру. Встретить такую штуку – один шанс на миллион, и тебе крупно повезло … Если бы Андафир не вытащил тебя, ты бы до скончания веков сидел в этой каменюке».