– Это ради мамы, – сказал я. – Клянешься?
– Клянусь-клянусь, – быстро сказала она. – Три раза клянусь!
На самом деле поклялась она всего дважды, но я не стал придираться.
Все равно никакая клятва не означала, что сестра будет молчать. Джорджия страшная болтушка. Но что я мог поделать? Она уже все видела, так что я сделал лучшее, что мог, чтобы заставить ее молчать.
Придется рискнуть.
Глава 38
Темные века
По-моему, самое худшее время учебного года – это несколько недель между Хеллоуином и Днем благодарения. Ты уже понял, какая гадость эта школа, но Рождества еще ждать и ждать, а конец года вообще пока где-то за горизонтом.
Да еще этот перевод часов, когда утром уходишь в темноте и домой после школы возвращаешься тоже уже почти в темноте.
Темнота, темнота, темнота… в темноте я и жил в те дни.
В среду, явившись на первую из трех отсидок у Донателло, я обнаружил, что она опять провернула ту же штуку. Этот час мне предстояло провести один на один с Драконихой.
Все ясно: она сожрет меня на обед.
Еще я снова начал продавать «Зум», но уже не так, как прежде. Ставки выросли, попадаться было нельзя, так что приходилось тщательно выбирать момент. Кроме того, запасы у Медведя стали иссякать. В итоге больше половины заработанного ушло у меня на то, чтобы возместить украденные из гаража банки, пока Медведь не заметил пропажи.
На отсидках Донателло компостировала мне мозги вдоль и поперек, а я изо всех сил пытался не дать ей этого сделать. Она все пыталась поговорить со мной обо мне, а я твердил, что мне надо делать домашнее задание. Иногда она отставала. Иногда – нет.
И еще Миллер. Думаешь, он смягчился, когда узнал, что я решил пойти поперек всех школьных правил? Как бы не так! Он решил, что я хочу стать главным школьным хулиганом вместо него. У него прямо паранойя началась. Приходилось заранее говорить ему, сколько страниц я хочу выкупить, и тогда он ровно столько и приносил в школу.
Дело с выкупом шло ни шатко ни валко. Из-за того что мне пришлось пополнять запасы Медведя, к Дню благодарения я вернул всего восемнадцать страниц.
Ко всему прочему я по-прежнему старался быть как все и не лезть в новые неприятности. Пока получалось, но с учебой дело все равно было плохо, и уроки я по-прежнему терпеть не мог. Я думал, что когда стану как все, то почувствую, что стал лучше, но пока что-то ничего такого не замечал.
Впрочем, было в этом и кое-что забавное. Пока я пробирался сквозь свои персональные Темные века, никто даже не замечал, что происходит. И мама, и Джеанна, и даже Донателло были твердо уверены, что я решил начать новую жизнь.
А что касается Лео, то он был уверен, что я получил по заслугам.
Глава 39
Джеанна, Джеанна, Джеанна
– Ты не думай, я все вижу, – сказала мне Джеанна в понедельник перед Днем благодарения.
Я как раз пил из фонтанчика, но тут обернулся, забыв утереть воду с лица.
– Что видишь? – спросил я и все-таки вытерся. Снаружи я мог показаться спокойным, но внутри все пело: НЕМОЖЕТБЫТЬЭТОЖЕДЖЕАННАДАВАЙРЕЙФСОХРАНЯЙХЛАДНОКРОВИЕГЛАВНОЕНЕНАДЕЛАЙГЛУПОСТЕЙ!
– Ты начал соблюдать правила, – сказала Джеанна шепотом, так, словно это был наш с ней секрет. А ведь и правда секрет – она одна из немногих знала про «операцию ДВП».
– Я временно не играю, – сказал я ей. – Решил побыть как все.
– А-а, – сказала она. – Вот я и заметила. Слушай, что ты делаешь в среду после школы?
– Ничего, – тут же ответил я.