КРЕСТОВЫЕ ПОХОДЫ. В двух томах. Том 1: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Папа решил обратиться к королю Франции за помощью восточному христианству. Участия германского короля в походе в Святую Землю папа не желал: германский король нужен был папе в Италии для того, чтобы покорить римлян и оградить его, папу, от агрессивных устремлений короля Рожера II Сицилийского. 1 декабря 1145 г. папа издал свою буллу о крестовом походе, обращенную к королю Людовику и ко всем князьям и верующим Франции, с призывом поспешить на помощь христианству Востока и обещал охрану их имущества и отпущение грехов.

Весть о падении Эдессы потрясла Европу, и Людовик VII с воодушевлением откликнулся на призыв папы. У него были и свои причины для того, чтобы отправиться в поход. Одной из них стал прискорбный случай, когда в 1143 г., во время войны с Тибо, графом Блуа-Шампанским, солдаты короля сожгли церковь в городе Витри, а в ней более тысячи подданных графа. «Христианнейший» король покаялся, но счел покаяние недостаточным. Другой причиной было требование королевы Алиеноры помочь ее дяде Раймунду, князю Антиохии. Горестный рассказ епископа Джабалы и послание Раймунда Антиохийского с просьбой о помощи, сопровождавшееся подарками, ускорили королевское решение.

На Рождественском дворе 1145 г. в Бурже король объявил баронам, что отправляется в паломничество на Восток. Епископ Жофруа Лангрский обратился к баронам с просьбой поддержать короля. Речь в Бурже шла не о крестовом походе, а о вооруженном паломничестве, так как прерогатива объявления Первого крестового похода принадлежала папе. Однако бароны не обнаружили никакого воодушевления, а главный советник короля Сугерий, аббат Сен-Дени, высказался против продолжительного отсутствия короля в королевстве. Королю не оставалось ничего другого как отложить решение на три месяца и созвать новое собрание в Везле, в Бургундии, на Пасху (31 марта) 1146 г. Бернар Клервоский посоветовал королю обратиться к папе. Позиция Бернара объяснялась тем, что он хотел, чтобы инициатива похода исходила от церкви. Это отдавало поход под контроль церкви и усиливало ее престиж.

Будущий святой Бернар, аббат Клерво, обладавший пылким красноречием и энергией, знаменитый безупречностью жизни, «прославившийся знамениями и чудесами и чтимый народом в Галлии и Германии равным апостолам и пророкам», пользовался огромным влиянием в духовной и политической жизни Западной Европы. Новый Орден цистерцианцев, требовавший строгого соблюдения устава бенедиктинцев, был обязан ему своим возвышением; он лично принимал участие в составлении устава Ордена тамплиеров и неутомимо и чуть ли не в одиночку боролся за ликвидацию церковного раскола 1130 г. антипапы Анаклета II.

Весной 1146 г. между королем и папой шли переговоры. 1 марта папа издал свою вторую буллу о крестовом походе, которая незначительно изменяла редакцию первой буллы. Эта булла стала образцом для всех последующих папских посланий о крестовых походах. Булла состояла из трех частей: рассказа, призыва и привилегий. В отличие от короля, задумавшего вооруженное паломничество, папа, в соответствии с советом аббата Клерво, говорил о крестовом походе. В рассказе папа говорил о призыве папы Урбана II, о Первом крестовом походе и о потере Эдессы вследствие большой греховности христиан. Так появилась формула, впредь объяснявшая поражения христиан их грехами. В призыве он призвал князей, баронов и дворян защищать, как хорошие сыновья, то, что добыли их отважные отцы, храбро и с христианским достоинством во искупление грехов бороться за восточную церковь. Завершал буллу перечень привилегий. На первом месте следовало отпущение грехов, такое же, какое получили участники Первого крестового похода, была провозглашена защита церковью женщин и детей крестоносцев и их владений, наложен запрет на взимание процентов с ссуд крестоносцам и обговорен порядок заклада их имущества церкви для облегчения финансирования. Проповедь крестового похода папа и король Франции поручили Бернару Клервоскому.

К середине XII в. фронт борьбы христиан с мусульманами простирался через все Средиземное море, и Святая Земля была его левым флангом.

В Испании объединение Кастилии и Арагона в результате брака королевы Урраки Кастильской и Альфонса I Арагонского распалось при расторжении брака и закончилось войной между ними, что приостановило здесь наступление христиан. Однако сын и наследник Урраки от первого, бургундского брака Альфонс VII Кастильский повел в 1132 г. успешную войну с мусульманами и в 1147 г. дошел до ворот Кордовы. В 1134 г. он, подобно деду, Альфонсу VI, провозгласил себя императором. Племянница Альфонса I Арагонского королева Петронила в 1137 г. вышла замуж за графа Раймунда Беренгария Барселонского, Арагон и Каталония объединились и завершили отвоевание северо-восточной Испании. Однако на христианскую Испанию надвигалась гроза. Альморавиды, правившие в Марокко, Западном Алжире и в исламской Испании, пришли в полный упадок. В 1146 г. власть в Марокко перешла в руки берберийской мусульманской секты Альмохадов. Ее основатель, берберийский пророк Ибн Тумарт, объявил себя Махди (Спасителем). Его наследник Абд аль-Мумин в 1146 г. завершил завоевание Марокко, объявил себя халифом и приготовился вторгнуться в Испанию. Ожидая его нападения, христианские государства Испании ничем не могли помочь Святой Земле.

В центре фронта борьбы с исламом находились принадлежавшие нормандцам Сицилия и южная Италия. Рожер II Сицилийский объединил все нормандские владения в Италии и в 1130 г. провозгласил себя королем Сицилии. Рожер понимал, что для господства над Средиземным морем ему необходимо утвердиться на африканском берегу напротив Сицилии. Такую возможность давали постоянные распри мусульманских династий Северной Африки и зависимость ее от ввоза сицилийского хлеба. К 1128 г. ему удалось получить во владение остров Мальту, а в 1146 г. захватить на время Триполи (в Ливии), ставший центром нормандских владений в Африке. Он мог бы участвовать в крестовом походе, однако, претендуя на Иерусалимский и Антиохийский престолы и унаследовав семейную вражду к Византии, считал для себя более правильным вместо помощи Святой Земле начать войну с восточным императором. Он был ненадежным и опасным соседом для пап и германских императоров, и только войны, раздоры и мятежи в Южной Италии до поры до времени не давали возможности развернуться его агрессивным устремлениям.

При известии, что будет проповедовать Бернар Клервоский, люди стеклись в Везле со всей Франции. Собор не смог вместить всех желающих его послушать, и поэтому за городом в чистом поле соорудили помост. Бернар начал свою проповедь на Пасху, 31 марта 1146 г., прочитав перед этим мартовскую папскую буллу. Он обещал всем будущим крестоносцам абсолюцию (отпущение грехов) и затем стал рьяно доказывать необходимость и выгодность участия в крестовом походе. Собравшиеся начали требовать кресты. Когда закончилась приготовленная материя, Бернар отдал для изготовления крестов свои верхние одежды. Под влиянием его красноречия король и множество представителей высшей знати взяли крест и решили начать поход через год. Среди них были брат короля граф Робер I де Дре, сыновья крестоносцев, графы Альфонс Жордан Тулузский и Гийом III Неверский, граф Тьерри Фландрский, Анри, наследник Шампани, дядя короля граф Амадей Савойский, Аршамбо де Бурбон и епископы Лангра, Арраса и Лизье.

Король повел переговоры со странами, через которые должны были пройти его войска, — с Германией и Византией. «Doctor mellifluus» (источающий мед доктор) Бернар Клервоский непрерывно вел проповеди. По его примеру ревностными проповедниками крестовых походов стали цистерцианцы. В те места, куда сам Бернар не мог приехать, он посылал вербовочные послания. Мы приводили (см. главу 5) большой отрывок из такого послания. Он рассматривал крестовый поход как труды индивидуального покаяния, и отпущение грехов у него из средства стало самоцелью. По мнению Бернара, нужно было освободить не только Восток от язычников, но и души крестоносцев от грехов.

Его агитация имела огромный успех. В середине апреля Бернар Клервоский смог написать папе: «Вы повелели, я послушался; и Ваша власть сделала плодотворным мое повиновение. Я отверз уста; я говорил; и вскоре количество крестоносцев умножилось бесконечно. Деревни и города стоят покинутыми. Едва ли найдется на семь женщин один мужчина. Повсюду видят вдов, мужья которых теперь еще — среди живущих».

Король вынужден был прибегнуть к новым налогам и займам. Главный аббат Клюни Петр Достопочтенный посоветовал королю заставить евреев принять участие в расходах на дело спасения христианства, и король последовал его совету, обложив их тяжелой податью.

Проповедуя крестовый поход, Бернар объехал Бургундию, Лотарингию и Фландрию. Во Фландрии он получил послание архиепископа Кельна с просьбой немедленно прибыть в прирейнские земли. Бернар Клервоский первоначально, в соответствии с планом папы, не собирался включать Германию в число участников крестового похода. Однако под влиянием французских событий в Германии также началась агитация народных проповедников за крестовый поход, причем религиозное возбуждение опять обратилось против евреев. Цистерцианский монах Рудольф, проповедуя крестовый поход в прирейнских городах Кельне, Майнце, Вормсе и Шпейере, яростно призывал к их массовой резне. Архиепископы Кельна и Майнца пытались как могли спасти жертвы, обращение к Бернару и было вызвано желанием унять ретивого монаха. Бернар прибыл в Германию и приказал Рудольфу вернуться в свой монастырь. Аппетит приходит во время еды, и, воодушевленный успехом своих проповедей во Франции, Бернар решил подключить к крестоносному движению и Германию.

Немцы до сих пор почти не принимали участия в крестовых походах. Их рвение в делах христианства ограничивалось принудительным обращением в христианство язычников-славян на северо-восточных границах. Их миссионерство было связано с заселением немцами славянских земель, и поэтому германские феодалы предпочитали борьбу за расширение христианства на своих границах войне с исламом. Для успеха крестоносного движения в Германии Бернару нужна была поддержка короля. Главным же для Конрада III было желание получить из рук папы в Риме императорскую корону, поэтому он обещал папе помощь против мятежных римлян и Рожера II Сицилийского. К тому же и его положение в Германии из-за вражды Вельфов было ненадежным, несмотря на победу над ними и захват их родового замка Вейнберг в 1140 г.

Призыв Бернара на рейхстаге во Франкфурте-на-Майне в ноябре 1146 г. не принес успеха. Король прибег к отговоркам, но согласился встретиться с Бернаром вновь на Рождественском дворе в Шпейере. Первая проповедь опять не оказала воздействия, но через два дня в новой проповеди Бернар прямо обратился к Конраду, как бы Христос, вопрошающий короля в день Страшного суда: «О человек, что я должен еще для тебя сделать, чего я уже не сделал?». Король не смог устоять перед подобной риторикой и дал согласие. Множество немецких дворян во главе с племянником короля, герцогом Фридрихом Швабским (Барбароссой), также приняли крест. Крест принял даже старый противник короля, брат умершего Генриха Гордого Вельф VI, герцог Сполето. Сыграло роль и то, что Бернару удалось прекратить междоусобную войну между графом Намюрским и архиепископом Трира. Германия начала готовиться к крестовому походу.

В феврале на рейхстаге в Регенсбурге приняли крест еще большое количество баронов и дворян, и среди них Отто, епископ Фрейзингский, ставший историографом похода. Папа Евгений был очень недоволен присоединением Германии к крестовому походу, но ничего не мог поделать. То, что Германия приняла участие в крестовом походе, вместо того чтобы поставить преграду агрессии Рожера, затеявшего войну с Византией, как мы увидим, стало одной из главных причин поражения крестового похода.

Весной папа прибыл во Францию и встретил Пасху 20 апреля в Сен-Дени с королем. В Италию папа возвратился лишь летом, после того как провел собор в Париже и многочисленные совещания с аббатом Сугерием, который должен был управлять Францией в отсутствие короля Людовика.

Пока короли Франции и Германии собирались в поход, вооруженные паломники из Англии, Фландрии и Фрисландии, воодушевленные посланцами Бернара Клервоского, не дожидаясь их, весной 1147 г. морем отправились в Палестину. В начале июня шторм загнал их в устье Дуэро. Там их встретил епископ Опорто (Порту), представитель Альфонса Генриха, графа Португальского. Граф теснил Альморавидов, в марте 1147 г. вышел на берег Тахо (Тежу), завоевал Сантарен и теперь вел переговоры с папой о признании его королем. Епископ передал крестоносцам предложение графа — завоевать Лиссабон, столицу местного эмира, заявив, что им незачем отправляться так далеко, чтобы сражаться с неверными, когда и здесь, на месте, можно добыть заслугу перед Богом и богатые земли. Паломники согласились, их флот вошел в Тахо, и после четырехмесячной осады Лиссабон пал. Несмотря на то что гарнизону была обещана жизнь, не обошлось без резни. Только немногие из крестоносцев продолжили путешествие на Восток, большинство осталось в своих новых владениях. Таким образом, крестовый поход лишился такого нужного для него флота.

На рейхстаге во Франкфурте в марте 1147 г. саксонские князья заявили, что вместо похода в Святую Землю они хотели бы предпринять крестовый поход против славян за восточной границей государства, за нижней Эльбой. Бернар и папа дали согласие на это предложение, причем если папа в своей булле, направленной участникам похода против славян, говорил только об их обращении в христианство, то Бернар, в числе других указаний, выдвинул формулу «обращение или смерть». Эта альтернатива получила широкое распространение и обрела много ревностных сторонников, хотя и противоречила христианскому учению о мирном распространении христианства, и была немедленно перенесена на крестовый поход в Святую Землю. Папа предоставил немецким крестоносцам право ношения креста и такие же привилегии, как и уходящим на Восток, что еще ранее пообещал им Бернар.

Князь славян-ободритов Никлот в 1147 г. опередил крестоносцев и напал на них первым. Против него двинулась большая армия под руководством герцогов Генриха Льва Саксонского и Конрада Цэрингенского и Альбрехта Медведя, маркграфа Бранденбургского. Поход на славян закончился неудачей, и их обращение затянулось. Разрешение сражаться с язычниками не только в Святой Земле сказалось на событиях в последней отрицательно, лишив крестоносцев значительной поддержки.

Король Рожер Сицилийский предложил германскому и французскому королям перевезти их войска морским путем. Конрад, давнишний враг Рожера, сразу отказался, и Людовик, хотя и числил Сицилийца в друзьях, подумав, тоже отверг это предложение. Тому было несколько причин: сицилийский флот, видимо, не смог бы перевезти французскую армию за один раз, а делить свою армию на две части Людовик не хотел, зная вероломство Рожера. По этой же причине Людовик боялся, что его войска могут быть использованы Рожером в войне сицилийцев с Византией. К тому же Сицилиец был врагом Раймунда, дяди королевы, отнявшим у него, как он считал, княжество Антиохию.

Германская армия вышла в поход в конце мая из Регенсбурга. Король выбрал сухопутный маршрут, старую дорогу крестоносцев. Значительные успехи императора в борьбе с рум-сельджуками обещали благополучный переход через Анатолию. В армии было около 50 тысяч вооруженных и паломников, хотя хронисты насчитали в ней вместе с французской армией 900 тысяч. Командовать войсками 54-летний король поручил племяннику, герцогу Фридриху Швабскому (Барбароссе). В свите короля следовали герцог Владислав Богемский и король Болеслав Польский. К армии примкнули лотарингцы, возглавляемые епископами Меца и Туля. Армия благополучно прошла через Венгрию. Там короля встретило византийское посольство и предложило ему принести клятву о ненанесении ущерба владениям и интересам императора. Такую клятву в свое время принес Раймунд Тулузский императору Алексею. Клятва была составлена так хитро, что при отказе принести ее король оказывался врагом императора. Конрад принес клятву, и послы обещали ему всяческую помощь и поддержку. Византийские корабли помогли переправить армию Конрада через Дунай. В Нише короля встретил наместник Болгарии Михаил Врана и снабдил его армию продовольствием. В Софии Конрада приветствовал от имени императора наместник Фессалоник Михаил Палеолог. Однако после Софии мир был нарушен. Немцы принялись грабить население, отказывались платить за взятое, сжигали жилища. Предместья Филиппополя (Пловдив) были разграблены и сожжены, и только крепкие стены спасли город от разграбления. Возле Адрианополя несколькими византийскими разбойниками был убит отставший немецкий барон. В отместку Фридрих Швабский сжег близлежащий монастырь и перебил его обитателей, которых подозревали в укрывательстве или даже в том, что они сами были разбойниками. Мануил потребовал, чтобы германская армия переправилась на азиатский берег через Геллеспонт (Дарданеллы), не заходя в Константинополь, но Конрад отказался. Постоянные грабежи и стычки немцев с византийцами довели дело до того, что Мануил хотел силой воспрепятствовать немцам приблизиться к Константинополю, но в последний момент отменил приказ. Разбившую лагерь на равнине у Селимбрии (Силиври) армию застигло внезапное наводнение, вызванное ливнями. Потоки с гор переполнили реку, хлынувшая вода срывала палатки и уносила с собой людей, скот и имущество. 10 сентября немцы подошли к Константинополю.

До крестового похода Конрад и Мануил находились в хороших отношениях. Ненависть и страх по отношению к Рожеру Сицилийскому объединяли их, как и брак незадолго до крестового похода Мануила с сестрой жены Конрада Бертой Зульцбахской. Поведение германской армии на землях Византии и отказ Конрада переправиться через Геллеспонт, на чем настаивал Мануил ввиду близости французской армии, испортили их отношения. Конраду был предоставлен для размещения дворец Филопатион в поле перед городскими стенами, и германская армия разбила лагерь вокруг него. В течение нескольких дней немцы так разграбили и запакостили дворец, что он стал непригоден для жилья, и Конрад перебрался по мосту через Золотой Рог во дворец Пикридион в Галате против Фанарских ворот. Опять начались грабежи местного населения и стычки с византийскими войсками, посланными на его защиту. Когда Мануил потребовал возмещения убытков, Конрад отказался и пригрозил, что вернется в Германию, в следующем году возвратится и возьмет Константинополь штурмом. Императрице, свояченице Конрада, по-видимому, удалось восстановить мир между королем и императором. Соединения двух франкских армий императору удалось избежать, приближение французов заставило германскую армию, не желавшую делить с ними добычу, согласиться на переправу через Босфор. Получив богатые подарки, король со своей армией переправился на азиатский берег и разместился в императорском лагере в Халкидоне. Оттуда германская армия двинулась в Никею.

8 июня 1147 г. король Людовик отправился в поход из Сен-Дени, после того как папа Евгений III лично вручил ему котомку и посох — символы паломничества. Через несколько дней в Меце король встретился со своей армией, которая по численности была немного меньше германской. К королевской армии присоединился будущий магистр тамплиеров Эврар де Бар с отрядом, набранным в Европе. В поход вместе с королем отправилась королева Алиенора, а также графини Сибилла Фландрская (дочь короля Фулька) и большое количество знатных дам, жен крестоносцев, взявшие с собой своих камеристок и служанок. Хронист-августинец шотландец Уильям из Ньюбарэ с возмущением говорит, что «в христианском лагере, где должна была царить непорочность, бесились толпы женщин. Это в особенности позорило нашу армию».

Командовавший армией король был молод, нерешителен, несведущ в военном деле, не очень умен и упрям. Он не готовился к занятию трона, получил духовное образование и стал наследником, а затем королем после смерти старшего брата. Армия переправилась через Рейн и двинулась через Баварию. Когда она 29 июня прибыла в Регенсбург, там ее ждал посол Мануила Димитрий Врана, до этого уже участвовавший в переговорах с Конрадом в Венгрии. Помимо клятвы о ненанесении вреда, он, видимо, потребовал обещания, что король будет вести себя на территории империи как друг и возвратит императору все его прежние владения, которые завоюет. Людовик ответил, что он придет как друг, но никаких обещаний относительно будущих завоеваний давать не будет, так как это требование кажется ему неясным. Французы шли по дороге германской армии с отставанием примерно в месяц, 15 дней они двигались по Венгрии, в конце августа подошли к византийской границе, переправились через Дунай и далее пошли по главной дороге через Балканы. Продовольствие по дороге было уже съедено немцами, но французская армия была более дисциплинированна, чем германская, и до серьезных столкновений дело не доходило. Передовые французские отряды в поисках продовольствия уходили далеко вперед и вступали в соприкосновение с отставшими отрядами немцев и лотарингцев. Столкновения с немцами франкоговорящих лотарингцев и их жалобы на них усилили вражду между французской и германской армиями. Нужно отметить, что обе армии были настроены одинаково плохо по отношению к грекам.

4 октября 1147 г. французская армия прибыла к Константинополю. Знатнейшие придворные встретили короля у городских ворот, король был принят императором. Короля поселили в Филопатионе, отремонтированном и почищенном после пребывания немцев. Последовали приглашения на банкеты и празднества, которые король принимал с неохотой, с большим удовольствием Людовик в сопровождении императора посещал святые места и среди них великолепный собор Святой Софии. Византийцы воспрепятствовали, однако, объединению французской армии с лотарингской, которую французы застали у города. Тогда же французы с возмущением узнали о том, что император заключил перемирие с иконийским султаном. Помимо этого, брат короля Робер и королева были недовольны тем, что Мануил унизил князя Антиохийского и заставил его признать свое верховенство. Когда же горячий епископ Лангрский Жофруа узнал, что, будто бы по настоянию византийцев, папа заменил его в качестве легата никчемным кардиналом Гвидо Флорентийским, он, обозлившись, предложил Людовику напасть на Византию вместе с Рожером Сицилийским. Однако добросовестный Людовик напомнил всем, что он прибыл сюда, чтобы посетить Гроб Господень, и что смыть свои грехи можно только кровью язычников.

В результате беспорядков на константинопольском базаре, начавшихся после того как фламандский паломник с мечом в руках накинулся на продавца, когда ему показалось, что тот его обсчитал, император прекратил снабжение продовольствием французов. И хотя король распорядился повесить зачинщика, Мануил возобновил снабжение только когда Людовик поклялся, что передаст империи все потерянные ею владения, которые он завоюет. Чтобы ускорить переправу французов, среди них были распространены слухи о военных успехах и богатой добыче немцев, якобы взявших Иконий. Французская армия была переправлена через Босфор и размещена в Халкидоне. Здесь до нее дошли слухи о поражении немцев.

Постоянной угрозой Византии были толпы турецких грабителей, чуть ли не ежегодно нападавших на азиатские провинции империи. Деревенские жители земель, подвергавшихся нападениям, бежали в города или на побережье. Постоянной заботой императора Мануила было создание и укрепление пограничной линии крепостей, способных помешать турецким набегам.

После смерти в 1141 г. эмира Данишмендида Мухаммеда ибн Гази I, сильнейшего из турецких властителей в Анатолии, началась война за его наследство между его сыновьями и братьями. К концу 1142 г. эмират раскололся на три части. Сын Мухаммеда, Дхул Нун, получил Кесарию-Мазаху в Каппадокии, а его дядья, Якуб Арслан ибн Гази и Айн ад-Даулат ибн Гази, соответственно — Сивас и Мелитену. Рум-сельджукский султан Масуд Иконийский воспользовался случаем, чтобы захватить главенствующее положение среди анатолийских турок. Он напал на Данишмендидов и захватил их земли вплоть до Евфрата. Данишмендиды Якуб Арслан и Айн ад-Даулат, чтобы спастись, заключили в 1143 г. союзный договор с Византией и стали вассалами императора. Мануил начал войну с Масудом, чьи разбойничьи отряды уже перерезали дорогу из Никеи в Дорилею. Он отогнал турок, но вынужден был из-за болезни возвратиться в Константинополь. В 1145 г. Масуд опять напал на империю, захватил крепость Прасана на пути в Сирию и по долине Меандра продвинулся почти до моря. В 1146 г. император начал ответную войну. С большой армией он двинулся через Дорилею на Филомелию. Там турки пытались его остановить, но были обращены в бегство. Император осадил столицу султана Иконий. Масуд усилил гарнизон, но не рискнул остаться внутри города. Мануил несколько месяцев осаждал город, но внезапно отступил и возвратился на свою территорию. Возможно, причиной этому были известия о готовившемся нападении нормандцев Рожера Сицилийского. Угроза предстоящего крестового похода и нападения сицилийцев заставила Мануила принять перемирие вместе с возвращением последних завоеваний, предложенное весной 1147 г. Масудом. Император согласился и стал в глазах крестоносцев предателем христианства.

Осенью 1147 г. Рожер Сицилийский, «островной дракон, желавший изрыгать пламя гнева выше кратеров Этны», захватил остров Корфу (Керкира), затем его флот вошел в Коринфский залив, опустошил его берега, совершил налет на города Коринф и Фивы и, по некоторым данным, даже на Афины, как раз в то время, когда Жофруа, епископ Лангрский, уговаривал короля Людовика напасть на Константинополь. Не довольствуясь захватом больших богатств, нормандцы из Фив, знаменитых производством шелка, «увезли в Сицилию, среди прочих многочисленных пленных, наиболее искусных шелководов и ткачих».