Иль Мактуб. Судьба Эмира: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Он некоторое время молчал, затем кивнул, его лицо оставалось непроницаемым.

— Хорошо, — произнес он наконец. — Я дам тебе время. Но ты должна понять, что мы муж и жена…И начнут болтать лишнее. Здесь веде есть уши и глаза.

Он повел меня дальше, и я почувствовала, как внутри у меня что-то сжимается от страха. Его присутствие было почти физически ощутимым, как тень дьявола, нависшая надо мной. Я следовала за ним, стараясь не отставать.

Ахмад вел меня по коридору, и я заметила, как его рука нервно дернулась к двери. Он остановился и, глубоко вдохнув, открыл её. За дверью была комната, уютная, обставленная с любовью. Но я не чувствовала к ней привязанности. Здесь было тепло, но одновременно мне казалось, что стены сжимаются, будто они хотят захлопнуться надо мной. Внутри меня росла тревога.

— Здесь ты можешь отдохнуть, — произнёс Ахмад, указывая на кровать у окна. – временно…

Я посмотрела на него, а затем на камин. На нём стояли фотографии. Два черноволосых, невероятно красивых мальчика с улыбками, полными жизни. Мои брови нахмурились, и я почувствовала, как что-то давит на грудь, не давая вдохнуть.

— Кто это? — мой голос был тихим, как шёпот, но его достаточно было, чтобы прервать молчание.

Ахмад смотрел на меня с такой болью, как будто эти слова нанесли ему рану, которая тут же стала кровоточить.

— Это наши сыновья, Вика. Миша и Саша, — ответил он, его голос был полон тяжести, как будто каждая буква давалась ему с трудом.

Я не могла поверить услышанному. Сыновья? Мои сыновья? С ним? Это было невозможно. Всё внутри меня кричало против этого. Я сделала шаг назад, чувствуя, как паника сжимает моё горло. Голова закружилась, и я едва не упала.

Ахмад подскочил ко мне и подхватил меня, прежде чем я коснулась пола. Его руки были тёплыми, крепкими, и на мгновение мне показалось, что я в безопасности. Но я тут же отпрянула, осознав, что именно его прикосновение привело меня к этому ощущению.

Ахмад подхватил меня на руки и отнес на кровать. От него умопомрачительно пахло свежестью и табаком. Я невольно принюхалась…но в голове все еще шумело. Я словно не осознавала, что он только что мне сказал. Он взял стакан воды с тумбочки и протянул мне.

— Выпей.

Я сделала глоток, пытаясь собраться с мыслями, но они только путались ещё больше. Я не могла понять, что происходит, не могла принять то, что он говорил. Дети. Как это возможно?

Ахмад присел напротив, его глаза прожигали меня. В его взгляде была такая грусть, такая боль, что я на мгновение почувствовала сожаление. Но тут же напомнила себе, что этот человек — чужой для меня. Что я здесь не по своей воле. Он не дал мне уйти, он ясно дал понять, что не отпустит меня.

— Ты хочешь увидеть их? — спросил Ахмад тихо, глядя на меня.

Я отвела взгляд, чувствуя, как моё сердце сжимается в груди. Вся моя сущность сопротивлялась этой мысли. Я не знала этих детей, не знала его. Это было слишком. Я не готова… мне кажется, что я с ума схожу.

— Нет, — ответила я, почти шёпотом, но достаточно громко, чтобы Ахмад услышал.

Его лицо потемнело, а глаза наполнились такой пустотой, что мне стало не по себе. Он будто окаменел на месте, словно мои слова разбили что-то внутри него.

— Нет? — переспросил он, его голос звучал глухо, почти подавленно.

Я кивнула, не осмеливаясь встретиться с ним взглядом. Моё сердце колотилось в груди, как сумасшедшее. Я чувствовала, как что-то важное рушится в этот момент, но не могла объяснить, что именно. Ахмад встал, его движения были резкими, как будто он пытался сдержать внутри себя бурю. Он подошёл к окну и долго стоял, глядя куда-то в даль. Затем, не поворачиваясь ко мне, тихо произнёс:

— Ты должна начать приходить в себя, Вика. Я хочу, чтобы ты встретила моих партнеров завтра. Ты должна сыграть свою роль.

Я почувствовала, как в горле пересохло. Моя голова всё ещё кружилась, и я не могла понять, как мне принять всё это.

— Роль? — спросила я, чувствуя, как голос дрожит. — Какую роль?

Он повернулся ко мне, и в его глазах я увидела боль, такую острую, что мне стало страшно.

— Роль моей жены, — сказал он тихо, но твёрдо. — Той, кем ты являешься для меня. Если роль матери…тебе пока не по силам!

Я смотрела на него, пытаясь осмыслить его слова, но в голове была пустота. Всё это казалось каким-то кошмаром, от которого я не могла проснуться. И в этот момент я поняла, что для него это было реальностью. И что, возможно, это станет моей реальностью тоже…только как ее принять.

Мне снились странные сны. Лица детей — смутно знакомые, но такие далекие — мелькали перед моими глазами, как призраки из забытого прошлого, оставляя в моей душе едва уловимый шлейф горечи. Их образы возникали передо мной, как смутные тени, неясные воспоминания о чём-то важном, но непостижимом, и каждый раз касались моего сердца, будто холодный ветер, напоминающий о зимней утрате. Тонкими пальчиками хрустальной тоски. Настолько прозрачной и неуловимой, что она не причиняла боль, но как будто царапала мою душу, оставляя следы. Едва заметные, но чувствительные. Этих мальчиков я видела не раз, не два — каждый раз, закрывая глаза, они приходили ко мне, словно не позволяли забыть о чём-то неизбежно важном. Я видела их улыбки, слышала их звонкий смех, но каждый раз их лица ускользали, растворялись в тумане, утекали как песок сквозь пальцы. Почему их образы рвали мне душу? Что я должна была вспомнить?

Когда я просыпалась, сердце билось в груди, как пойманная в клетку птица. Она как будто билась о спицы решетки, ранила себе грудь, но никак не могла вырваться наружу. Вокруг царила тишина, но внутри меня бушевала буря. Мне казалось, что я потеряла что-то бесценное, что-то, что было частью меня, а теперь исчезло безвозвратно. Может быть, эти дети — осколки моей памяти, фрагменты жизни, которую я забыла, или, наоборот, не хочу вспоминать? Но что именно? Я не могла понять, почему этот неизвестный источник боли так грызёт меня изнутри, оставляя после себя чувство безграничной утраты. Я пыталась прогнать мысли о них, заставить себя забыть, но сны возвращались вновь и вновь, как тени, которые невозможно стереть.

В моей голове всплывали слова Ахмада, звучавшие как раскаты далёкого грома. "Эти дети — твои," — сказал он. Я не могла поверить этим словам. В каждом его слове я слышала ложь, словно он старался запутать меня, удержать в этом мире, который казался мне таким чужим. Как я могла быть его женой? Всё это казалось каким-то странным кошмаром, злой шуткой судьбы. Меня похитили, держат в плену. А эти сны... может быть, это просто галлюцинации, вызванные чем-то, что они дают мне здесь? Лекарства, препараты, отравляющие разум. Мне нужно бежать, пока я не сошла с ума окончательно.