На Джемса жалко было смотреть: до того поразила его неудача. Он осунулся, точно похудел и постарел в эти несколько часов.
За первой бутылкой рома последовала вторая и третья.
Слуги с удивлением посматривали на господ: бледные, молчат, пьют.
Райт, вечно спокойный, невозмутимый, ударил кулаком по столу и вскричал:
– А я «его» выслежу; нам двоим на свете не жить! «Не мертвый», «не мертвый»! Я «ему» покажу, какие бывают мертвые!
Райт расходился и хотел тотчас же снова спуститься в склеп.
С большим трудом Джемс уговорил его идти спать.
XIX
Назавтра, с самого утра, в замке начался переполох.
Караульные требовали от Смита расчета, говоря, что служить в доме, где водится чертовщина, они не могут… Покойники в склепе всю ночь хохотали, визжали, шумели…
Рассказы караульных начали волновать и другую прислугу.
Смит, конечно, объявил, что караульные были пьяны после гулянки в деревне, и тотчас же их рассчитал.
В деревне опять было два покойника; но так как оба были заклятые пьяницы, то молва и решила, что они опились дарового угощения.
Зато в замке на господ эти смерти произвели тяжелое впечатление.
Целый день Карл Иванович и Джемс читали и толковали непонятные места в старой книге о ламиях, призывали на помощь доктора… но дело вперед шло плохо.
Райт стоял на одном, что пойдет в склеп караулить; Джемс не допускал и мысли отстать от него.
Карл Иванович тщательно осмотрел, крепки ли цепи пентаграмм, и, несмотря на воркотню Райта, набил его и Джемса карманы чесноком; даже на шляпы прикрепил по пучку этих белых вонючих цветов.
На закате солнца Райт и Джемс начали спускаться в склеп; с тяжелым чувством провожали их товарищи.
В склепе по-прежнему было темно и сыро… Освещая себе путь фонарями, Джемс и Райт дошли до противоположной стены, где была дверь из склепа в сад.
Они расположились по обе стороны так, чтобы видеть друг друга.
Райт поставил свой фонарь на перекладину большого черного креста, а сам сел к его подножию.
Джемс предпочел поставить свой фонарь на могильную плиту, рядом с собой. Он рассуждал так: «Обопрешься о крест, будет удобнее сидеть – ну, против воли и задремлешь. Да и фонарь на всякий случай иметь под рукою не мешает. Положим, у меня еще есть карманный потайной фонарь, ну а все же лучше».
Затем Джемс начал осматриваться: перед ним выступали гробы, кресты, плиты, урны и другие памятники.
Захоронение в склепе было смешанное: часть гробов стояла на поверхности, часть была опущена в могилы и украшена памятниками.
Благодаря темноте и обширности склепа противоположных стен не было видно.
Воздух был тяжелый, затхлый.
Джемс посмотрел на Райта; тот сидел спокойно, и огонек его сигары показывал, что он бодрствует.
Жутко. Тихо.
В голове Джемса начали проноситься образы прошлого.
Детство, юность, жизнь, полная приключений, знакомство и дружба с Райтом.