Глаза Дрю расширились, и она вскрикнула, когда Талемир вошел в нее, а его руки впились в ее спину и притянули ее к себе.
Он смотрел на ее губы, раскрытые в наслаждении, когда он двигался внутри нее, и чувство ее тела было совершенно пьянящим. Поднеся рот к ее соску, он прикусил его, отчего она застонала и схватила его за волосы.
Боль пронзила кожу головы, но это лишь усилило шелковистое тепло ее тела.
Талемир застонал, увеличивая темп и снова и снова входя в нее.
Она задыхалась и сжималась, впиваясь когтями в его спину.
Отчаянный крик наслаждения вырвался у нее, и она неконтролируемо задрожала: освобождение явно накатывало на нее волна за волной. И Талемир отдал ей все, что у него было.
Бледные лучи рассвета разбудили Талемира, и он взглянул на женщину, прижавшуюся к нему, завернутую в его объятия. Боги, он бы все отдал за роскошь будить ее медленно, пальцами, языком, членом… Но их не было достаточно долго. Талемир удивился, что Уайлдер не послал за ним поисковый отряд — разве что Адриенна провела ночь, развлекая его.
Талемир глубоко вздохнул, вдыхая аромат Дрю, и еще секунду наслаждался моментом, прежде чем осторожно отстраниться от нее.
Она сонно потянулась к нему.
— Еще не утро, — пробормотала она.
В груди у него разлилось тепло, и он наклонился, чтобы поцеловать ее в висок.
— Как бы мне ни было больно, но сейчас определенно утро.
Дрю натянула меха на голову.
В неярком свете рассвета Талемир собирал их одежду и обувь на крыше. Его рубашка была в полосках от того, что крылья пронзили и плоть, и ткань. Это будет интересное объяснение.
Когда Дрю поднялась, ее обнаженное тело позолотили пробивающиеся сквозь облака мягкие лучи, Талемир поспешно натянул штаны, чтобы не выпустить член.
Слишком поздно. Он уже был тверд для нее.
Тихо ругнувшись, он бросил одежду Дрю, и она оделась.
Закончив, они посмотрели друг на друга, и Талемир покачал головой. Волосы Дрю были взъерошены, наряд в беспорядке, выражение лица овечье, а по тому, как она двигалась, он понял, что ее кожа все еще липкая от него.
— Как я выгляжу? — спросила она, приподняв брови.
Талемир сдержал смех.
— Как всегда, прекрасно.
Дрю сложила руки на груди.
— Но?
Он усмехнулся.
— Но ты также выглядишь так, будто тебя трахнули на боку.
Дрю разразилась хохотом.
— Отлично. — Она провела пальцами по волосам. — Я никогда не услышу конца этого.
— Скорее всего, нет.
Ее взгляд блуждал по его обнаженному торсу, полный предложения, заставляя его член снова дергаться.
— Хорошо, — твердо сказал он, сжимая в руках испорченную рубашку. Ему нужно было двигаться, пока он снова не раздел ее догола и не перегнул через штабель поддонов.