От дам-патронесс до женотделовок. История женского движения России: читать начало книги онлайн

Таким образом, в современном отечественном социально-гуманитарном знании сложилась ситуация некоего противостояния между историографией, которая опиралась на марксистскую методологию в исследовании социального неравенства и социальных движений, и социологией общественных движений, которая имеет в своей основе разнообразие стратификационных моделей.

Эта ситуация переходного периода – от использования марксизма в качестве единственной верной теории (теоретической парадигмы) к использованию разных теоретических подходов. Она, безусловно, временная.

Хочется еще раз подчеркнуть, что социологический подход, лишенный классовой, политической ангажированности, позволяет отойти от жесткой дихотомичности и увидеть исторический процесс в переплетении идей, действий, судеб, услышать общественный диалог, выйти за рамки классового анализа и обнаружить «новых» людей, которые примыкали и к тому, и к другому лагерю и способствовали продвижению общества самыми разными путями к обществу гражданскому и демократическому.

Цель данного исследования определена как анализ женского движения России первой волны на широкой источниковой базе с использованием теоретических подходов социологии общественных движений и интеллектуальной истории.

2. Теоретические подходы к изучению женского движения как общественного

В социологическом исследовании общественных движений существует три основных теоретических подхода, или концептуальные модели, или интеллектуальные традиции изучения феномена общественных движений. Эти подходы сосредоточиваются на его различных аспектах как приоритетных предметах изучения, по-разному интерпретируют сам феномен общественного движения14.

Первый теоретический подход – традиционный (H. Blumer, T. Gurr, J. Gusfield, L. Killian, N. Smelser и др.) – акцентирует внимание на изучении причин возникновения движений, роли идеологии, значении внутренних норм. Движение рассматривается как стихийный и дестабилизирующий общество феномен.

Второй – коллективных действий, или мобилизации ресурсов (W. Gamson, D. McAdam, J. McCarthy, A. Obershall, Ch. Tilly, M. Zald и др.), в котором движение предстает исключительно рациональным субъектом. Внимание обращено на организации, коллективные действия, процессы мобилизации. Движения рассматриваются как норма социальной жизни общества, способствующие его прогрессу.

Третий – новых социальных движений, или идентичности (A. Melucci, C. Offe, A. Pizzorno, A. Touraine и др.), признавая движение рациональным субъектом, значимым фактором общественного развития, акцентирует внимание на поиске и обретении участниками движения новых идентичностей, ориентацию их на новые ценности.

Каждый теоретический подход не является единой теорией, скорее «это набор концепций, совпадающих между собой в общей перспективе анализа социального движения»15. Важно отметить, что в разных парадигмах движение определяется по-разному, хотя суть его, безусловно, сводится к одному: к противостоянию и конфликтному взаимодействию социальных групп, классов, с одной стороны, и власти – с другой.

Традиционный подход зародился в США в 1950‐е годы. В его основе лежат теории коллективного поведения, массового общества и относительной депривации. В рамках этого подхода общественные движения стали самостоятельным предметом социологии.

Политическая направленность данного подхода консервативна. Согласно этому подходу, общественное движение является одним из видов коллективного поведения, которое сильно отличается от обычного. Оно характеризуется спонтанностью, отсутствием четкой организационной структуры. Это антиинституциональное поведение групп людей, которые руководствуются нормами, отличными от общепринятых. Их поведение представляет собой реакцию на проблемную ситуацию в обществе, разрядку психологической напряженности. Участники движения – маргиналы. В подтверждение этого тезиса приверженцы этого направления утверждали, что организации появляются на поздних стадиях движения, предшествующих его институционализации.

Социальные движения в этой концептуальной модели не рассматривались как постоянно действующие силы общественной жизни. Их оценивали как признаки временной дисфункции социальной системы или как показатели структурной напряженности, которая находила реализацию в коллективном поведении. После краткосрочных взрывов протеста стабильность общества восстанавливалась.

В этом подходе общественные движения рассматривались через призму социального порядка, внимание исследователей акцентировалось на дестабилизирующем характере движений в демократическом обществе. Но те же исследователи зафиксировали тот факт, что движения несли в себе новые ценности, новые формы общественной жизни, т. е. имели созидательное начало.

Для традиционного подхода приоритетным оказалось изучение следующих сторон.

1. Причины возникновения и формирования движений. Возникновение любого общественного движения (либерального, женского, рабочего) с позиций этой парадигмы рассматривается как результат структурной напряженности в обществе, дисфункции социальной системы. Подчеркивалась роль массового недовольства в возникновении протеста. Теории коллективного поведения и относительной депривации16, лежащие в основе данного подхода, давали объяснения не только причинам возникновения движения, но и причинам участия в нем.

2. Причины участия в движении. Участие рассматривали с позиций социальной психологии, изучались установки и ориентации личности, способствующие ее приходу в движение. В данном подходе преобладал взгляд, что главными причинами участия выступают неудовлетворенность, недовольство, вызванные как объективными условиями жизни (абсолютная депривация), так и субъективным восприятием условий жизни (относительная депривация).

3. Коллективный характер движений. Здесь изучались нормы, ценности идеологии движения как средства формирования коллективного характера движения.

4. Роль идеологии движения. Большое внимание уделялось роли идеологии движения, ее отличию от доминирующей в обществе идеологии и от доминирующих в обществе ценностей, на основе которых выстраивалась идеология движения. Идея «генерализированных верований», которые определяли проблемную ситуацию и представляли собой тип мягкой идеологии, оказалась очень продуктивной для исследования женского движения первого этапа17. Так же как и идея Н. Смелзера о том, что генерализированные убеждения создают общую культуру движения, в рамках которой возможна мобилизация, действия протеста и т. д.18

5. Нестабильный характер социальных движений. Нестабильность проявляется в слабой организованности, изменчивости целей движения, в позднем создании организационных структур.

Теоретический подход коллективного действия (или мобилизации ресурсов) пришел на смену традиционному подходу в американской социологии в 1970‐е годы. Он рассматривает движение как неотъемлемый элемент общественной жизни, как активный субъект социальных изменений. Базовыми теориями данного подхода выступают две взаимодополняющие друг друга теории – теория мобилизации ресурсов и теория политического процесса.

Теория мобилизации ресурсов (J. McCarthy, M. Zald, A. Obershall и др.) определяет главной задачей движения мобилизацию возможностей (они же ресурсы), находящихся в пределах досягаемости движения для решения своих задач. Внимание исследователя сосредоточивается на внешних и внутренних ресурсах движения. Согласно этой теории, протест возникает тогда, когда формируются политические, экономические, организационные возможности (то есть внешние ресурсы), которые способствуют мобилизации существующего недовольства. На 70-летнем цикле развития женского и феминистского движений в России хорошо видно, как внешние ресурсы (возможности) запускали процесс его формирования, корректировали цели, влияли на формы коллективных действий и методы работы.

В рамках данного направления исследуются прежде всего механизмы и пружины развития движения, каналы его влияния, методы рекрутирования, то есть идет поиск ответа на вопросы, как, каким способом движение функционирует. Организации движения рассматриваются как знак, маркирующий момент зарождения общественного движения, его организационное начало и в то же время как один из главных ресурсов движения.

Другой базовой теорией этого подхода является теория политического процесса (Ch. Tilly, W. Gamson, D. McAdam и др.). Конкретные историко-социологические исследования зарубежных социологов, на базе которых выстроена эта теория, внесли значительный вклад в развитие социологии общественных движений. Здесь внимание обращается прежде всего на исторические типы протеста, на репертуар коллективных действий. Движение определяется как специфический вид конфликтного взаимодействия между властью и представителями социальных групп, выступающих против этой власти в защиту своих интересов. Единицей социологического анализа становится именно это взаимодействие.

В целом данный теоретический подход строится на следующих представлениях об общественном движении.

1. Движение анализируется в понятиях рациональности. Рациональность движения проявляется в том, что его организации и участники действуют на основе анализа ситуации и собственных ресурсов.

2. Коллективные действия рассматриваются как организованная деятельность в поддержку конкретных групп населения, то есть деятельность по достижению целей движения.

3. Участники движения не являются маргиналами, они – представители образованных классов.

Рациональный характер движения утверждает идея преемственности между институциональными и внеинституциональными формами коллективных действий. Протестные акции рассматриваются как средство влияния определенных групп населения на официальную политику, которое применяется лишь в случае неэффективности институциональных форм влияния и давления, то есть они (протестные акции) признаются «нормальными». Тем более власть сама прибегает к внеинституциональным формам коллективных действий, особенно в период подъема протеста, и зачастую насильственные акции движения провоцируются непосредственно ею.

Известный американский историк и социолог Ч. Тилли, представитель историко-политического направления данной парадигмы, напрямую связывает общественное движение с исторически определенными типами коллективных действий. Он исходит из установки, что движение – это повторяющиеся, направленные на достижение определенных целей коллективные действия, мотивированные идеологически, с исторически ограниченным репертуаром коллективных действий, которые инициируются специфическими организациями. На основании этого Тилли делает вывод, что говорить об общественном движении ранее середины XIX века неправомерно и использовать термин «общественное движение» нецелесообразно19.

[14] Здравомыслова Е. А. Парадигмы западной социологии общественных движений. СПб., 1993.

[15] Там же. С. 6.

[16] Gurr T. R. Why Men Rebel? Princeton, 1979; Idem. A Causal Model of Civil Strife: a Comparative Analysis Using New Indices // American Political Science Review. 1968. Vol. 62. № 4. P. 1104–1124.

[17] Blumer Н. Social Movements // Studies in Social Movements. A Social Psychological Perspective / Ed. by B. McLaughlin. New York, 1969. P. 8–20; Gurr T. R. Why Men Rebel? Princeton, 1979; Killian L. Social Movements // Handbook of Modern Sociology / Ed. by R. Faris. Chicago, 1964. P. 426–455.

[18] Smelser N. The Theory of Collective Behavior. New York, 1962.

[19] Tilly Ch. Social Movement and National Politics // Statemaking and Social Movement: Essays in History and Theory / Ed. by Ch. Bright, S. Harding. Ann Arbor, 1984. P. 1–30.