— К кому? — отрешенно переспрашивает.
— Не придуривайся. Ты знаешь, кто это. Ты работала с ним.
— Я работала только с тобой. И люблю я только тебя. Ты ревнуешь меня к этому Чингизу? — расплывается она в улыбке — сумасшедшей настолько, что кажется, уже я начинаю медленно сходить с ума вслед за ней. Но в то же время я понимаю, что это конец: Линара ничего путного больше не скажет, потому что потеряла связь с реальностью и теперь живет с вымышленном мире, как и говорил доктор.
— Это замкнутый круг, — отпускаю ее и иду на выход, потому что мне нужно на воздух — подальше от нее.
— Куда ты?! Карим, вернись! — кричит вслед. — Если ты уйдешь…я покончу с собой.
Андрей говорил, что могут быть подобные угрозы, но это лишь манипуляция. Молча обуваюсь и уже собираюсь открыть дверь, как она срывается с места и орет:
— Не веришь мне? Я спрыгну! Прямо сейчас!
— Черт! — несусь за ней и вижу, как она выбегает на балкон, хватается за перила и поднимает ногу. Умом понимаю, что это шоу для одного зрителя и чистой воды манипуляция, но страх все равно берет верх. — Стой, дурная!
Беру ее за талию и тащу назад. Она падает на пол балкона плачет навзрыд. Я же пытаюсь отдышаться. Поворачиваю голову вправо и встречаюсь с растерянным взглядом соседа, который застыл с сигаретой в руках.
— Сестра чудит, — зачем-то сказал я.
— Бывает, — отозвался он и затянулся.
Поднимаю Линару с пола и увожу в комнату, где сажаю на диван. Она задыхается от слез, умывается ими, размазывая капли по лицу, что делает ее еще безобразнее. Хотя я помню, какой красивой она была. Я даже отчего-то вспомнил их с Санжаром свадьбу и то, как Зара шепнула мне на ухо:
— Смотри, какая невеста красивая. И с каким обожанием смотрит на нашего Санжара!
Тяжело вздыхаю, смотря на нынешнюю Линару.
— Я ухожу. Запри дверь.
Но Лина меня не слушает. Она ложится на диван, отворачивается от меня и продолжает плакать. Я все равно решаю уйти, хватит с меня.
Домой добираюсь в девятом часу вечера. Снова раскалывается голова, от которой может помочь только таблетка. Закидываю ее, а потом выдуваю пол-литровую бутылку воду и ложусь на диван в гостиной. Закрываю глаза в надежде быстрее уснуть и перестать чувствовать давящую боль. Считаю про себя, глубоко дышу. Десять. Девять… Пять. Четыре. Три. Два. Один. Черный туман плотным одеялом окутывает с ног до головы. Мне неспокойно даже во сне, но только так я могу забыться. Вот только, кажется, я уже видел этот сон?
Держу в руках телефон и читаю переписку с Линарой. Снова отправила мне свои полуобнаженные фотографии, а значит, окончательно поверила в мою игру, думаю я во сне.
“Горячо. Кто-то очень плохо себя ведет”, — написал ей полчаса назад.
“Так накажи меня”, — ответила она.
“Я уже еду. Жди”.
“Хочу тебя, любимый”.
“Я тоже, малыш”.
Морщусь от своих же слов. Но это мой единственный шанс узнать правду, поэтому я решительно нажимаю на звонок и жду. Слышу, как щелкает замок, а затем открывается дверь. Вхожу и сразу же вижу её. Лина в шелковом халате, черных чулках и на шпильках стоит, опершись плечом о стену и томно смотрит на меня. Н
— Наконец-то ты пришел, Карим. Я тебя ждала, — улыбнувшись, тянет вниз пояс и сбрасывает то, под чем скрывала белье.
Разувшись, подхожу к ней, а обнимает за талию и целует в шею, оставляя след от помады.
— Соскучился?
— Соскучился, — отвечаю глухо.
Лина скользит пальцами по груди и спустившись вниз, касается пряжки ремня. Не даю ей сделать то, что она хочет, перехватываю руку и смотрю в глаза.
— Ммм, хочешь поиграть? — довольно шепчет она.