— Серьезно? — расплываюсь в улыбке. — Я очень за тебя рада! От души.
— Спасибо, Зара. И еще...я хотел извиниться.
— За что? — хмурюсь, недоумевая.
— За драку, за то, что был слишком напористым, наверное. Я только сейчас понял свою ошибку. Нет, я не жалею, что открылся, потому что жить с этим десять лет было тяжело. И все это время ты была моей несбыточной мечтой. Я ошибочно думал, что после развода ты сможешь начать все сначала, — усмехнувшись, Аслан опустил голову. — Все-таки Карим счастливчик.
— Ты будешь счастлив, Аслан. Обязательно. Может, для этого просто нужно поменять город, климат, работу. А твоя настоящая любовь где-то ждет тебя. И она будет только твоей.
Он вдруг взял мою ладонь в свою и погладил ее большим пальцем.
— Прощай, Зара, — прошептал он.
— До свидания, Аслан, — привстав на носочки, я поцеловала его в щеку. Это был душевный порыв и желание утешить и подбодрить его. — У тебя все получится.
— Спасибо.
Он отпускает меня и тихо кивает, давая мне возможность уйти. Сажусь в машину, поворачиваю ключ в замке зажигания и выезжаю с парковки, оставив его позади.
Глава 42
Карим
— Ты закрыл ее в квартире? — устало спрашиваю я телохранителя Зары — Алексея.
— Все, как вы велели, — четко отвечает он. — Шеф, извините, но у нее не все дома. Она с кем-то разговаривала всю дорогу. И это не по телефону.
— Понял, спасибо, Леша. Можешь сегодня уже ехать домой.
— Принято, — отвечает он и отключается.
Надо будет сказать Заре, что охранник теперь везде будет следовать за ней, потому что помимо Линары, есть и другие люди, которые возможно захотят навредить ей. Дильназ под защитой Мусы — он уже два года возит ее и охраняет, к нему никаких нареканий нет. Вот пусть и Зара побудет пока под наблюдением. Тем более сейчас, когда в Астане начался внутренний аудит, а Искандер из-за этого рвет и мечет. Он не ожидал, что Зара внезапно поддержит меня. Да я и сам не ожидал, просил ведь ее быть в тени. Но она молчать не стала. А когда я поехал в Астану и посмотрел в глаза главному бухгалтеру Салтанат, то понял, что она солгала. Я просто напрямую попросил ее воспроизвести наш с ней диалог о премировании Линары, а она, как ни пыталась, не смогла скрыть своего волнения. Губы кусала, пальцы заламывала, все время трогала волосы. Удивляет, зачем она пошла на подлог? Ведь молодая — ей почти сорок, хорошее образование, блестящее резюме и никаких нареканий. Бекжан свел меня с человеком, которому я поручил собрать все, что можно на нее, Чингиза, Аслана и даже родного брата. И если все они “скованные одной цепью”, то каждый получит по заслугам.
К Линаре не еду. Я вообще после выписки больше ее не видел, но теперь чувствую, что надо. Надо поставить точку и помочь ей. Именно поэтому я позвонил психиатру Андрею Кривицкому и попросил приехать к ней завтра вечером. Ей правда пора лечиться, но я не могу вывести ее на улицу — она не в себе.
А пока…пока я приехал к своим девочкам. Знаю, что Зара опять будет колючей, как еж, а вот Диля, когда болеет всегда зовет меня. Дверь мне открывает Нурия и сходу улыбается, как самому дорогому гостю.
— Карим! Как я рада! Столько тебя не видела!
Приобнимаю ее за плечо и тяну носом: она пахнет домашней выпечкой. Сразу вдруг стало уютно и спокойно, как в старые добрые времена.
— Я тоже очень рад, Нури!
— Девочки в детской, — будто мои мысли прочитала.
— Побегу к ним.
— Беги-беги скорее, — довольно повторяет она.
А я лечу наверх, перепрыгивая через ступеньки. Тихонько открыв дверь, замираю у порога, потому что все выглядит так, будто я никуда от них не уходил. Зара гладит спящую Дилю по волосам. У дочки на лбу компресс, чтобы быстрее сбить температуру. Жена не слышит, как я вошел, но через пару секунд чувствует мои шаги за спиной и оборачивается.
— Карим? — шепчет она.
— Как она? — наклонившись, кладу ладонь на плечо Зары.
— Только уснула. Дала ей жаропонижающее.
— Я могу посидеть с ней.