Две жены моего мужа: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— И опять — зачем?

— Все сейчас выглядит, как хорошо продуманный план по моей дискредитации и не только.

— Что ты имеешь ввиду?

Встречаемся взглядами и я вижу, что ее смятение. Она отложила папку и ждет от меня ответов. Я анализировал все события, слова Бекжана, “признания” Линары и свои собственные короткие воспоминания, и пришел к неутешительным выводам.

— Согласись, странно подделывать мою подпись, а через четыре месяца подкладывать под меня секретаршу, которая сделала кучу фотографий со мной в гостинице. Тот, кто придумал эту многоходовочку рассчитывал, что я не выйду из комы. И скорее всего сам мне эту кому и устроил.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍ — Что ты такое говоришь? — Зара нервно кусает губы.

— Просто подумай, как бы все сложилось, если бы я умер после падения? К тебе бы пришла Линара и заявила, что она моя токалка и ждет от меня ребенка. Что собственно она и сделала. Потом она бы показала тебе мои фотографии из гостиницы и рассказала тебе все в подробностях. Потом бы всплыл приказ, подписанный задолго до командировки в Актау. Все против меня, а я даже защитить себя не мог, потому что мертв. Ты бы возненавидела меня и даже не стала бы разбираться. А ИИскандер с Асланом бы все подтвердили, потому что что-то там видели.

— Но Аслан видел вас после Актау. Вы целовались в кабинете. И ты ей писал, когда она отправляла тебе полуголые фотографии, — с обидой заявляет Зара.

— Согласен. Но, как сказал Бека, я хотел усыпить ее бдительность и подыграть ей, чтобы она вывела меня на заказчика.

Снова погружаемся во взаимное громкое молчание.

— Ты кого-нибудь подозреваешь? Может, конкуренты?

— Это точно не они иначе бы уже давно проявили себя. Это кто-то из своих.

— В каком смысле? — непонимающе глядит на меня Зара.

— Пока я вижу только сговор Линары и Салтанат — главного бухгалтера из Астаны. Она сказала Аслану и Искандеру, что я вызвал ее и попросил все по-тихому оформить. Хотя мы теперь знаем, что подпись не моя, а значит, я ее не вызывал и ни о чем не просил.

— Две женщины провернули целую аферу чтобы что?

— Они просто исполнители, Зара.

Жена встает с кресла и подходит к окну. Не вижу ее лица, так как она стоит спиной и не двигается. Проходит минута или две, прежде чем она оборачивается.

— Кого ты подозреваешь?

Делаю глубокий вдох, но в последний момент решаю не говорить ей о том, что у меня пока два подозреваемых: Искандер и Аслан. Они были со мной в горах. Один захотел безраздельно править. Другой захотел забрать мою женщину. Мотив есть у каждого. И от этого больнее всего — люди, которым я безраздельно доверял и за которых был готов стоять горой, предали меня. А еще я не хочу думать, что это брат — мой самый родной человек на земле. Только не он.

— Пока не могу сказать. Мне надо собрать больше информации. Но я хочу провести внутренний аудит в столичном офисе. Если Салтанат подделала мою подпись, то я не представлю, как далеко она могла зайти.

— А как же Чингиз? Ты думаешь она действовала в обход него? — спрашивает вполне резонно, потому что я тоже думал, какую роль во всем этом мог играть друг Искандера. Он ведь тоже был с нами в баре в ту злополучную ночь. А что если он связующее звено между Салтанат и Линарой?

— Не знаю, — качаю головой. — Картина пока неполная, мыслей много, но доказательств мало. Поэтому на совете директоров я как акционер поставлю вопрос о внутреннем аудите.

— Я могу тебя поддержать, — говорит она уверенно.

Поднимаюсь и подхожу к ней. Борюсь с желанием прикоснуться и погладить по щеке. Знаю, что не одобрит и рассердится. Но смотреть ведь она не запретит. И я смотрю сверху вниз на свою хрупкую, но смелую девочку, которая несмотря на всю боль, которую я ей причинил, поверила мне.

— Не надо. Ты должна остаться в тени.

— Но почему?

— Ради безопасности. Пусть все продолжают думать, что ты ненавидишь меня.

— Я и так тебя ненавижу, — внезапно произносит с надрывом, но я знаю, что врет.

— Тогда почему помогаешь? — впервые за несколько дней улыбаюсь, а она очень долго смотрит на меня и тяжело вздыхает:

— Жалко тебя, дурака.