Инна показала Павлу большой палец:
– Одобряю. Классная программа. Но в расчетах есть ошибка. Ты же сказал, спасаются только двадцать процентов пассажиров? Если «Ангел» спасет еще и «одаренных», то процент должен увеличиться.
Павел хотел ответить, но его перебила Лиза:
– Подождите, подождите… – Она вскочила, вытирая салфеткой пальцы. – А остальные? Что за избирательность? Это же разделение общества на элиту, которой доступно спасение, и остальных, которым спасение не по рангу? Почему не помочь всем?
– Это же временно, пока программу не признают на официальном уровне. Если ты уверен, что рейс обречен, а государство тебе не верит, приходится действовать самому. – Павел начал закипать. – Другой вопрос: если встанет выбор, кого ты будешь спасать: Эйнштейна или сантехника?
– Но это же ужасно! Как фашисты, они – избранная нация, им можно все, а остальные – не люди! Спасай Эйнштейна и смотри молча, как сантехник с детьми едет в аэропорт!
– А зачем человечеству дети сантехника, если погибнет Эйнштейн? – резко ответила Инна. – И тебе же сказали, Лиза, что восемьдесят процентов пассажиров все равно погибнут. Ты придешь в аэропорт, скажешь, что вот, мол, программа показывает, что самолет упадет, отмените рейс. Знаешь, куда тебя пошлют?
– Да я же не об этом… – Лиза, не соглашаясь, покачала головой и отсела от всех подальше.
– Не ссорьтесь, ребята! – Тимур снова хрустнул суставами и спросил Павла: – А что, люди с высоким ай-кью как-то по-другому едут в аэропорты и на железнодорожные вокзалы?
– Конечно, по-другому. Более изобретательно, рассматривают различные варианты. Вот как вы, например, сегодня. Использовали свои сильные стороны: Инна – математические расчеты, Лиза – память. Нужно предусмотреть все.
Внезапно из комнаты Павла донесся шум, будто что-то упало, потом раздалось шипение, и в коридор повалил вонючий дым. Павел выскочил из кухни, закрывая сразу заслезившиеся глаза рукой, в два прыжка добрался до входной двери и пинком распахнул ее настежь. Дым потянуло сквозняком из комнаты мимо двери в общий холл. Павел тоже выбежал в холл, набрал чистого воздуха в грудь, кинулся в комнату и сразу увидел источник дыма. Им оказалась дымовая шашка. Павел и сам такими баловался в свое неидеальное подростковое прошлое. Схватив за откидную крышечку дымящую банку, он выкинул ее в открытое окно. И снова кинулся в холл – отдышаться. А потом на кухню. Вся беготня заняла пару минут.
– Быстрее в холл, по коридору направо дверь открыта! – крикнул Павел и схватил за плечо Лизу, которая прижала одну руку к глазам, а второй пыталась нащупать путь из кухни. Тимура тащила за собой Инна. Она приложила к носу и рту мокрую тряпку, а Тимур наклонил голову и закрыл лицо футболкой.
В холле все отдышались и осторожно по очереди заглянули в секцию. Дым уже рассеялся, но запах пока оставался.
– Что это было? – Лиза удивленно приподняла бровь. – На нас покушались?
– Дымовая шашка, вот что. – Павел сделал несколько шагов внутрь секции, проверяя, можно ли там дышать. – Вы идите к себе, а я тут… разберусь.
– Эй, Станов! Живой? – раздался от окна голос Шарьяжа. – Покажись, где ты есть.
– Здесь я. – Павел прошел в комнату и выглянул в окно.
Под окном стоял начальник охраны, в руках у него была банка, содержимое которой еще немного дымило.
– Кто это тебе такой вонючий подарочек подбросил?
– Нетрудно догадаться. – Павел выпрыгнул из окна, взял банку и посмотрел название. Потом сплюнул – во рту образовалась горечь – и пожал плечами: – «Мухояр» кинули, придурки. Им ос травят. А могли и серную шашку подбросить, тогда мы бы точно задохнулись. Попугать, видно, хотели.
– А кто это – мы?
– Мы!
Из окна свесились три головы.
– Я же сказал – уходите! – Павел смотрел на Лизу, у которой коса вьющимся кончиком покачивалась ниже подоконника.
– Еще чего! Тут такие приключения! – Лиза вытянула косу, закинула за спину, но та опять съехала на подоконник.
– Мы подумали, вдруг тебе понадобится помощь. – Инна и Тимур смотрели одинаково – с любопытством.
– Вы что, тоже празднуете окончание испытаний? – Шарьяж вдруг отвернулся и внимательно посмотрел на заросли молодого сосняка напротив окна, даже сделал в ту сторону шаг, но остановился, услышав, как затрещали сухие ветки – кто-то убегал.
– Нет, нам Паша рассказывал о своей программе.
– Об «Ангеле»? Интересно?
– Ой, а вы тоже слышали? Очень интересно. Но Паша не все успел рассказать. – Лиза смотрела на Павла. – Нам пришлось прерваться из-за происшествия, – чопорно добавила она.