– Кончи для меня, mi amor no invitado. Я слишком долго этого желал.
Сжатая пружина лопнула. В глазах поплыло. Экстаз благостно растекся по венам, даруя спасительное расслабление. Следом то же настигло и Дамиана. Он покинул предельно чувствительное лоно девушки и с гортанным стоном излился ей на спину, упершись своими ладонями по бокам от ее на стекле.
Дыхания – тяжелые, тела – липкие, взмокшие.
– Повтори это, – прошептала Селия, повернувшись к наемнику лицом.
– Не веришь мне?
– Не верю.
Бланко помедлил, в очередной раз не сумев преодолеть шторм восхитительных глаз Веласкес, но с улыбкой все же исполнил волю своего личного божества:
– Mi amor no invitado.
И она отчего-то поверила.
Глава 27
Дамиан
Как я понял, что это любовь?
Черт его знает. Почувствовал.
О ней слагали песни. Из-за нее в прах сжигались империи. Великие снимали короны. Ее боготворили, ей поклонялись, в нее верили, внемля: «И откроется на Страшном Суде, что единственным смыслом на земле была Любовь». Отважные рыцари сбрасывали доспехи, оголяя сердце перед неутолимым желанием слиться со своей избранницей. В единую плоть, в смертельной душевной близости.
В покаянии перед любящимсердцем.
Я же всю жизнь верил только в смерть. Она могла быть быстрой или медленной, мучительной или едва ощутимой. От пистолета или ножа, от яда или свернутой шеи. Иное, возвышенное и светлое, было мне чуждо. Но за столь короткое время, самому Дьяволу на смех, я познал то, что якобы способно изменить человека.
Меня это не изменило, а сбило с толку. Увело с протоптанной дороги, по которой я спокойно мог следовать дальше, выполняя свой кровавый долг. Я не хотел оставлять это ремесло и не смогу оставить, но также я не хотел оставлять Селию. Это значило, что я мог обречь ее на извечное неведение и опасность на каждом шагу.
Темные локоны разметались по подушке. Оголенная грудь, неприкрытая одеялом, распаляла соблазн дотронуться до нее, приласкать и разбудить девушку сладчайшим способом. Вновь услышать ее мелодичные стоны, исступленные вздохи и ошарашенный от яркого наслаждения взгляд.
Я держал своего извращенного зверя на привязи, наслаждаясь в эти моменты более ценным и сильным чувством – умиротворением. Спокойствием. Чувством, что я на месте. Если то и было самообманом, то я не желал знать правду.
Селия мило поморщилась, словно ей снился кошмар. Я усмехнулся, пропитанный нежностью к этому великолепному созданию, и оно открыло глаза, тут же найдя мои.
– Почему ты не спишь? – сонно промычала девушка, прикрыв наготу одеялом.
– Любуюсь тобой.
Смущенная улыбка отразилась на ее лице.
– И как?
– Все не могу налюбоваться.
– Перестань, – Селия лениво возмутилась.
Она скользнула по мне наигранно оценивающим взглядом. Было хорошо заметно, что мое обнаженное тело нравилось ей не меньше, чем мне ее. Идеальный баланс и жгучая смесь – никто из нас не сомневался.
Ее нежная, теплая ладонь нащупала безобразный шрам на моем правом предплечье. Селия кончиком пальца невесомо повторила его изгиб.
– Много у тебя таких?
– Да нет. Мне крайне везло.