Засыпая на койке в задрипанном мотеле на отшибе – видел ее. Просыпаясь – снова ее.
А потом Бланко узнал, что Карла подобралась к Селии.
– Ты вообще слышал меня?
– Хорошо, – парень одним глотком выпил виски, со стуком поставив стакан на стол, отчего Веласкес вздрогнула. – Ты не знала, что Карла Марино – мафиозная сука. Но неужели идея организации вечеринки с запрещенкой и трахающимися друг у друга на виду кретинами тебе не показалась безумием?
Из девушки будто выбили воздух.
– Какова причина твоего безрассудства, глазки?
– Господи, не начинай мне затирать про мораль, – она ядовито усмехнулась, стянув с себя пиджак и, не глядя, кинув его на стул. – Я забочусь о своем будущем, в отличие от некоторых! Мне нужна работа, нужны деньги, чтобы жить нормальную жизнь, ни в чем себя не ограничивая!
Наемник рассмеялся. Холодно, опасно, подобно искусителю, который только и дожидался момента, когда жертва сама примет темную сторону.
– Политика тех людей, от кого тебя чуть не вывернуло наизнанку, точно такая же, – Дамиан произнес это едко, после чего сделал глоток прямо из горла, не сводя взгляда с Селии. – Так, на будущее.
– А какова твоя политика? – та с вызовом вздернула подбородок, уверенно подойдя к парню. – Насколько ты лучше?
Демоны в голове Бланко зашевелились. Он скользнул взглядом по женскому телу, прикрытому лишь какой–то ничтожно тонкой шелковой тканью на бретелях, и все мысли разом испарились.
– Ни на дюйм. И ты это прекрасно знаешь.
О, девушка знала. Не понаслышке. Но даже закон всемирного тяготения не стоял рядом с силой того влечения, что витало в воздухе всякий раз, когда эти двое оказывались рядом.
Красавица и чудовище. Добро и зло. Правда и ложь. День и ночь.
– Ты брала с собой пистолет? – внезапный вопрос сбил Веласкес.
– Да.
– Достань его.
Селия посмотрела на наемника, как на обезумевшего психа, коим он в какой-то степени и являлся.
– Смелее, глазки. Ты уже давно убедилась в том, что, если бы я хотел от тебя избавиться, сделал бы это уже давно.
– Кто тебя знает.
Дамиан усмехнулся, сделав еще глоток. Виски жег горло, притуплял рецепторы, воспаляя то, что лучше бы оставалось в состоянии покоя.
Девушка отошла. Взяла со спинки стула пиджак, достала оружие, как и попросил наемник, и задала ему немой вопрос о дальнейшем.
– Покажи, как ты будешь целиться, если тебе придется воспользоваться им.
– Ты серьезно?
– Похоже, что я шучу? – Бланко выгнул бровь.
– Я не могу. Это полный бред.
– Тогда наставь на меня пистолет так, как наставила его на меня в нашу первую встречу.
И она сделала это. Без колебаний. Без тени сомнения. Так, как это всегда делал Дамиан.
Одобрение отразилось на его лице улыбкой.
Когда наемник сделал последний, большой глоток крепкого алкоголя, и поставил на стол бутылку, Веласкес напряглась. Не от страха – от ожидания. В руках она уверенно сжимала рукоять пистолета, ужасаясь тому, что ни одна гребаная мысль об абсурде происходящего не посетила ее голову.