Со вздохом оторвавшись, Бланко отвел потяжелевший, словно о чем-то сожалеющий взгляд в сторону. Селия обхватила лицо наемника ладонями, вновь повернув к себе, и заглянула в темные омуты.
– Дамиан, что не так?
– Возможно, я пропаду на какое-то время.
– Возможно?
– Велика вероятность, – каждое слово Дамиана откликалось сильнейшим ударом сердца в груди девушки. – Если я не вернусь через три дня, то в моей квартире нельзя будет оставаться. На журнальном столе в гостиной лежат ключи от другой, рядом будет адрес.
– Я не понимаю, – Веласкес отпрянула, поперек горла встал ком. – Что это все значит?
– Селия, – выдохнул наемник и вновь подлетел к девушке, бережно обхватив ее шею ладонью. – Доверься мне. Прошу тебя.
Поняв, к чему вел Бланко, Селия протестующе замотала головой. В ее голове не могла задержаться мысль, что совсем недавно появившись в жизни Веласкес, наемник столь же быстро мог покинуть ее.
– Ты – причина, по которой я хочу жить. По-настоящему, – он коснулся своим лбом ее, говоря шепотом. – Но, к сожалению, моя судьба может не позволить мне этого.
– Так откажись ты от этого, черт возьми! – всхлипнула Селия и зажмурилась. – Откажись!
– Не могу, глазки.
– Можешь!
Дамиан горько усмехнулся и невесомо коснулся лба девушки губами.
– Не могу. Они не оставят нас в покое.
– Тогда сделай так, чтобы оставили. Ты ведь, mierda, наемный убийца!
Брови Бланко взлетели, взгляд выдавал изумление с примесью насмешки.
– Говорит мне человек, который изначально ненавидел меня за это.
– Сейчас… – Веласкес помедлила, рваным движением стирая слезы с лица. – Сейчас другая ситуация. Они причинили вред моему отцу, моей подруге. За что мне их жалеть?
– Изменилась, –пронеслось в голове наемника, и он удовлетворенно хмыкнул своим мыслям.
– Машина, кстати, тоже будет в твоем распоряжении, – вновь перевел тему Дамиан, протянув девушке положенный презент. – Мне пора. Не вздумай сожалеть о чем-либо, глазки. Только не ты.
Палец напоролся на шип одной из белых роз, изящных и таких невинных, но Селия не одернула руку, смотря вслед уезжающей машине.
Глава 24
Кровь стекала по локтям, щекотала кривыми дорожками запястья и обволакивала ладони. Его грудь тяжело вздымалась, пересохшие губы были приоткрыты. Он только что убил того, кто учил его убивать других. Но ни облегчение, ни чувство душевной, мать его, утраты не трогали простреленную снарядами разного калибра душу.
Он только что убил свою кровную родню. Безумного дядюшку, одного из самых неуловимых киллеров, на попечение которому подкинули Дамиана, и вместо детства мужчина подарил ему пытки, испытания, закал болью. Чудовищней могла быть только кровожадная улыбка, застывшая на лице родственника на последнем издыхании.
Вбежавшая в комнату женщина не грозилась повалиться в обморок. Это была его тетя. Единственная, кто мало-мальски проявляла снисхождение к Дамиану. Казалось, она вовсе не удивилась подобному исходу. Закономерному для таких, как они.
Для киллеров. Для головорезов. Для наемных убийц.
Опустившись на колени у исколотого ножом трупа, женщина осторожно коснулась лишенного жизни лица человека, которому отдала свое сердце.
– Смой кровь, – беззлобно прошептала она, не глядя на парня. – И избавься от ножа.
Всему приходил конец. Все имело предел.
Ученик не превосходил учителя.