Я мог бы сказать ей, что персики напоминают мне закаты. Огромное небо с мазками золотой меди, сплавленными с янтарем, и огненно-оранжевым цветом, похожим на кисть, благодаря которому небо кажется пылающим. Возможно, это отражение того, что я чувствовал в последний день, когда мы были вместе, пылая. Яростно горел, но ничего такого, что я не хотел бы перестать чувствовать, по крайней мере, в тот момент.
— Цвет твоих волос, — отвечаю я вместо этого.
Она щелкает языком.
— Это все еще не очень креативно.
Я наслаждаюсь игривостью ее голоса.
— И ты думаешь, что сможешь придумать что-нибудь получше?
— Да, Лола.
Она сияет.
А пока я позволю ей думать, что буду называть ее Лолой. Но для меня она всегда будет моим Персиком.
— Так мы… в порядке?
Любые следы юмора в ее выражении лица исчезают.
— Ради Феникса у нас все в порядке, но клянусь, я больше никогда не потерплю ничего подобного.
Это предупреждение, и я знаю, что она имеет в виду именно это. Если я еще раз облажаюсь, она со мной покончит.
— Я обещаю, что это больше не повторится.
Я поднимаю руку, и она смотрит на нее в замешательстве.
— Дай мне руку.
— Зачем?
Она нерешительно поднимает руку, неуверенно глядя на мою.
Это банально, но я обхватываю ее средний палец.
— Я серьезно, Лола. Я обещаю, что это больше не повторится.
Словно выключатель, я вижу в ее глазах искру, напоминание о нашем обещании двухлетней давности.
— Обещания на мизинцах переоценены, — мягко говорю я. — Так и есть, не так ли?
Ее глаза скользят по нашим переплетенным пальцам, а я смотрю на линию ее губ.
Мое сердце замедляется, громкий ритм заглушает все остальные звуки вокруг нас, когда ее глаза поднимаются к моим губам. Это не займет много времени. Мы могли бы сократить пространство, между нами. Там всего несколько дюймов.
Всего один поцелуй. Вот и все.
Слова повисли в воздухе, забирая кислород вокруг нас, удушая необходимостью прижаться к ее губам своими. Я знаю, она это чувствует. Я знаю, что она обдумывает это. Но ее неуверенность прекращается, как удар призрачной молнии над темно-синим небом.
Транс, в котором мы находились, ушел, вместе с ее пальцем вокруг моего, но я все равно чувствую, как ее тепло сжимает меня, как тиски.
— Нам пора идти.
Голос Лолы — всего лишь запыхавшийся шепот.
Я смотрю на свой палец в последний раз, прежде чем оживить машину и молча поехать.