Синдром самозванца: читать начало книги онлайн

– Почему? Он ведь может развалиться. Отвалится хвост. Или крылья.

– Ничего не отвалится.

– Даже если так, то треснуть же может. Почему это безопаснее?

– Основные тормоза у самолета располагаются не в шасси, ну, не на колесах. А на крыльях. Он тормозит не как автомобиль или поезд. Здесь работает другой принцип – за счет увеличения лобового сопротивления. Для этого командир дает команду поднять закрылки на крыльях… Вот, посмотри в иллюминатор, они как раз раскрылись. Это тормоза. Представь, каково такой махине справляться с торможением, если колеса подпрыгивают на полосе? Или если они едва ее касаются? Так как раз и бывает при «мягкой» посадке. Самолет может занести. А еще он может не успеть остановиться и выкатится с полосы. Когда посадка «жесткая», то сцепление шасси с трассой обеспечивает большую устойчивость.

Наташа посмотрела в иллюминатор на крыло. На его верхней части поднялись продолговатые щитки.

– Честно говоря, я всегда думала, что это крыло разваливается, – призналась Наташа.

– Каждый раз? – спросил Миша и рассмеялся. Наташа тоже засмеялась.

Ему хотелось рассказать ей еще что-нибудь, продлить их общение настолько, насколько это вообще возможно. Он не был готов встать с кресла и расстаться с Натальей, убеждая себя, будто все, что успело их связать, – не более чем приятный разговор в долгом полете. Ему не хотелось ставить точку ни здесь, ни получасом позднее, в аэропорту.

– Отстанешь ты от меня, наконец?! – раздался громкий крик.

Самолет к тому моменту остановился, и люди, как водится, повскакивали с мест и загомонили. Но этот крик услышали все и уставились на скандалисток.

Это были те две стюардессы – томная блонди и ее блеклая подруга. Кричала, разумеется, вторая. А томная смотрела прямо перед собой и улыбалась. Картина была безобразная: одна женщина издевается над другой, получает от этого удовольствие, и вроде бы она ни при чем.

– Вот ведь вы противная, – сказала, не утерпев, одна из пассажирок, дама в возрасте, с ярко-красными губами и большущими очками. – Вы весь полет бедную девочку доставали. То вам не нравится, как она ходит, то блуза у нее не того оттенка, то пилотка набок, а надо, чтобы набекрень. Ну невозможно же!

– Я согласна, – поддержала пассажирку другая женщина, с соседнего ряда. Она даже привстала и полуобернулась, чтобы лучше видеть обеих стюардесс. – Девчушка пыталась спрятаться весь полет, вы ей работать нормально не давали. Затюкали бедную. Дорогая моя, пожалуйтесь. Я вам свой номер дам, пусть мне позвонят, я все подтвержу. Она над вами просто издевалась!

Томная как стояла с зафиксированной улыбкой на лице, так и продолжала, а ее коллега, воодушевленная внезапным наплывом помощи, порозовела и скромно опустила глаза в пол.

Скандал на том утих, люди занялись своими делами: доставали чемоданы с багажных полок, надевали снятые во время рейса одежды, обувались и утрамбовывали вещи в сумки.

– У меня завтра с утра приемка, – тихо сказала Наташа. – Сегодня я хотела съездить по Байкальскому тракту к озеру, полюбоваться. Люблю Байкал. Листвянка нравится. Там омуль горячего копчения вкусный, такого в Москве не отыщешь. Еще хотела на Шаман-камне посидеть…

Миша сглотнул.

– А можно мне с тобой? – спросил он.

В отель в Листвянке они даже звонить не стали – увидели толпу людей, выезжающих от аэропорта на автобусе с табличкой «Листвянка», и поняли, что там все забронировано сверху донизу. Все-таки сезон.

У Наташи был оплачен номер в «Аэроотеле» неподалеку от аэропорта, даже ехать не нужно – пешком десять минут, и вот он, четырехэтажный скромный дом в окружении небольших магазинчиков с дешевой едой и напитками и забегаловок с хот-догами и бургерами. День был жарким, асфальт плавился, а на небе ни облачка.

Изначально план был таким: они оставят вещи и поедут на Байкал, погуляют, посмотрят на Саяны (если не будет тумана), поедят омуля, сплавают к Шаман-камню, который показывает, где Ангара впадает в Байкал (или наоборот), а потом вернутся в отель. Но в какой-то момент они послали все планы к чертям и в итоге из номера вышли только поздним вечером. Хотели заказать еду в номер, но Миша сказал, что они просто обязаны съездить в Листвянку.

– Но все закрыто уже! – переживала Наташа, пока они ждали такси у входа в отель. – Почти полночь по местному времени.

– Ну ты даешь, – ответил Миша. – У меня там половина поселка знакомых. Мы раздобудем самого лучшего омуля, нам его даже закоптят прямо при нас. И хариуса. Ты ела хариуса?

– Нет, я боюсь. Слышала, что можно им отравиться насмерть.

Миша поднял указательный палец вверх, наклонился к Наташе и, почти касаясь ее губ своими, ответил:

– Это если есть его без опытного инструктора. Тебе повезло. Я опытный.

Таксист, как водится, остановился совершенно не там, где его дожидались. Это региональная забава: бежать до машины, потому что «вас ожидает» где-нибудь за поворотом, а то и на другой стороне улицы. Судя по карте в приложении, их водитель проехал дальше, повернул и припарковался в двухстах метрах от них, возле караоке-ресторана «Лаунж». В теории можно было бы пройти наискосок, а в реальной жизни там идут строительные работы и все перекрыто. Придется топать вдоль дороги и строительных лесов.

– Можно позвонить ему и сказать, чтобы приехал сюда, – предложил Миша.

– Ой, это будет долго, ему надо объезжать опять все, – ответила Наташа. – Дойдем! Вот там есть обход, видишь?

– Не доверяю я всем этим временным навесам и деревянным тротуарам вдоль стройки, – сказал Миша. – Держись за меня, доски могут быть хрупкими или вообще не прибитыми. И освещения нет, только мутно-красные фонарики сигнальные…