Любовь
Архивариус — высокая красивая женщина с крупными и живыми чертами лица. Она рассудительна, остроумна и, что называется, с характером. Футболист — высокий красивый парень с крупными и живыми чертами лица. Он рассудителен, остроумен и, что называется, с характером.
Архивариус обращается с футболистом пренебрежительно. Ее голос сух, а взгляд безразличен. Иногда, когда он ей звонит (инициатива всех звонков неизменно исходит от него, она ему не звонит никогда), архивариус говорит, что у нее сегодня дела и они не смогут увидеться, хотя на самом деле она совершенно свободна. Женщина делает вид, что у нее есть другие любовники, чтобы футболист не слишком воображал. Раньше она задумывалась над этим (не слишком-то часто, чтобы не прийти к заключению, что действует неправильно) и поняла: причина ее пренебрежительного отношения заключается в том, что на самом деле она его очень любит и боится, что если будет обращаться с ним не столь пренебрежительно, то попадется в ловушку и влюбится в него так же сильно, как он влюблен в нее. Каждый раз, когда архивариус позволяет ему лечь с ней в постель, футболист радуется этому, до конца не веря своему счастью, и плачет от радости. Такого с ним не случалось раньше ни с одной женщиной. Почему? Он точно не знает, но ему кажется, что за пренебрежительностью архивариуса скрывается что-то еще. И в любом случае ее высокомерие не окончательно. Футболист знает: в глубине души она его любит, и понимает, что ее строгость — это только способ не попасться в ловушку и не влюбиться в него так же сильно, как он влюблен в нее.
Футболист хотел бы, чтобы она не обращалась с ним пренебрежительно или, по крайней мере, не вела бы себя так высокомерно. Тогда ей бы, с одной стороны, стало ясно, что между ними могут существовать и другие отношения, а с другой стороны, она бы поняла, что ей не надо бояться полюбить его. Он бы любил ее так же сильно, если бы она отбросила свои страхи и была бы с ним нежна.
Иногда футболисту кажется, что он дошел до ручки. И тогда он гуляет с другими женщинами. Это случается, когда парень не может дальше выносить, что она обращается с ним, как с бездушной игрушкой, не удостаивает его даже взглядом, сначала использует его, а потом не обращает на него никакого внимания.
Однако потом он всегда к ней возвращается. И дело вовсе не в том, что другие женщины оставляют его безразличным. Совсем наоборот: все эти девушки хороши собой, умны, блестящи и вежливы. Но ни с одной из них ему не бывает так хорошо, как с ней.
Однажды (вечером, пока архивариус курит и наблюдает за тем, как он раздевается) футболист набирается храбрости и высказывает ей свои мысли. Он говорит, что не надо быть такой сухой и резкой; его чувства так сильны, что ей нечего бояться. С ним она может быть самой собой, ему и в голову не придет воспользоваться ее слабостью. Его любовь только станет сильнее от ее нежности (он догадывается, какая она ласковая, и знает, что она нарочно старается казаться строгой). Архивариус в ярости говорит ему, что он слишком много о себе воображает, если решил указывать ей, как себя вести; она велит ему лечь на кровать и влепляет пару звонких пощечин. В этот вечер футболист испытывает такое наслаждение, какого никогда не испытывал раньше.
Однако, когда пара встречается в следующий раз, по какой-то необъяснимой причине она ведет себя не так грубо, как обычно. Футболиста это удивляет. Может быть, она прислушалась к его словам, не признаваясь ему в этом? Назавтра архивариус с ним даже нежна. Футболист этому очень рад. Наконец-то она поняла, что ей нечего бояться. Что, показав себя такой, какая она есть на самом деле, она не навлечет на себя никакой беды. Они в постели. Футболист так взволнован, что каждый жест, каждое прикосновение вызывают у него всплеск эмоций. Каждая ласка дарит ему неизвестное до этого наслаждение. Его переполняет такая нежность, что ему даже не хочется секса: они обнимают друг друга и говорят о своей любви (теперь она, не переставая, признается ему в своих чувствах).
С этого дня архивариус уже никогда не обращается с ним пренебрежительно. Она так влюблена в футболиста, что говорит ему об этом утром, вечером и ночью. Архивариус покупает ему рубашки и книги и всегда готова удовлетворить его желания. Теперь она всегда звонит ему сама и хочет встречаться каждый день. Наконец однажды вечером женщина предлагает ему начать жить вместе.
Футболист смотрит на нее холодно, его взгляд стекленеет. Еще совсем недавно он готов был пожертвовать правой рукой ради того, чтобы услышать от нее предложение, которое она ему только что сделала.
Жизнь в браке
Супруги Згдт. и Бет. (состоящие в браке уже восемь лет) едут в один далекий город, чтобы оформить какие-то документы. Они приезжают туда под вечер. Поскольку до утра следующего дня ничего сделать уже нельзя, пара направляется в гостиницу, чтобы там переночевать. Им дают номер с двумя односпальными кроватями; кроме того, в комнате стоят две прикроватные тумбочки, письменный стол (в папке лежат конверты и фирменная бумага для писем с эмблемой гостиницы), стул и мини-бар, на котором стоит телевизор. Супруги ужинают, гуляют по набережной и возвращаются в гостиницу, где каждый укладывается в свою постель и достает книгу.
Через несколько минут они понимают, что в соседней комнате трахается какая-то парочка. До них совершенно отчетливо доносятся скрип кровати, стоны женщины и чуть менее различимое пыхтение мужчины. Згдт. и Бет. переглядываются, улыбаются, обмениваются шутками, желают друг другу спокойной ночи и выключают свет. Згдт., разогретый концертом, который все еще продолжается за стеной, собирался было сказать что-то Бет. Может быть, она так же возбуждена, как и он сам. Ему бы хотелось подойти к ее постели, присесть на краешек, пошутить по поводу соседей, а потом, словно невзначай, погладить жену сначала по волосам и по щеке, а затем, сразу же после этого, — поласкать ее грудь. Вполне вероятно, что Бет. примет эту игру не раздумывая. Но что будет, если не примет? Что, если она отведет его руку, прищелкнув языком, или — того хуже — скажет: «Мне сегодня неохота»? Несколько лет тому назад Згдт. не стал бы колебаться. За секунду до того, как в комнате погасла лампа, он бы уже знал, хочется Бет. или нет, раззадорили ее стоны за стенкой или оставили равнодушной. Однако сейчас, когда паутина прожитых вместе лет опутывает их, все туманно. Згдт. переворачивается на другой бок и мастурбирует, стараясь не шуметь.
Через десять минут после того, как он кончает, Бет. спрашивает его, спит ли он. Згдт. отвечает, что еще нет. В соседней комнате стоны прекратились, парочка теперь шепчется и тихонько хихикает. Бет. встает и подходит к кровати Згдт. Она приподнимает простыню, ложится рядом с ним и начинает гладить его спину. Потом ее рука скользит вниз, к ягодицам. Не отваживаясь признаться ей, что он только что мастурбировал, Згдт. говорит, что ему сегодня неохота. Бет. перестает ласкать его. Наступает короткая пауза, которая длится целую вечность, а потом она возвращается в свою кровать. Он слышит, как она поднимает простыню, ложится, а потом долго ворочается с боку на бок. С каждым ее движением Згдт. все больше терзают угрызения совести из-за того, что он мастурбировал, не попытавшись сначала выяснить, не хотелось ли Бет. того же, что и ему. Он чувствует себя виноватым, потому что не сказал жене правды. Неужели они настолько не доверяют друг другу, неужели они стали настолько чужими, если даже такую ерунду он не может ей сказать? И как раз для того, чтобы доказать ей и себе самому, что они друг другу не совсем чужие, что им удалось сохранить искру доверия, от которой костер может разгореться снова, муж собирается с духом, поворачивается к жене и признается ей, что несколько минут тому назад мастурбировал. И сделал это, думая, что ей не хотелось заниматься любовью. Бет. ничего не отвечает.
Через несколько минут Згдт. догадывается по приглушенным звукам, которые доносятся до него, что Бет. мастурбирует. Згдт. ощущает прилив безбрежной тоски, думает, что жизнь абсурдна и несправедлива, и к глазам его подступают слезы. Он плачет, уткнувши голову в подушку, стараясь заглушить всхлипывания. По его щекам текут обильные и горячие слезы. И, когда он слышит, как Бет. заглушает последний стон, зажимая себе рот рукой, он вскрикивает. И это тот самый вскрик, который она заглушила, вцепившись зубами в свою руку.
Покорность
У женщины, которая сейчас ест мороженое за первым столиком этого кафе, никогда не было на сей счет ни малейших сомнений. Она ищет (и будет искать, пока не добьется своего) настоящего мужчину — так говорит она сама. Ей нужен такой человек, который бы шел напролом, не отвлекался на пустые ухаживания, не терял бы время на комплименты. Она хочет встретить мужчину, который бы пропускал мимо ушей все, что она может рассказать ему, к примеру за столом, во время обеда. Экземпляры, пытающиеся притвориться отзывчивыми и с ангельским выражением лица уверяющие, что готовы разделить с ней ее проблемы, кажутся ей невыносимыми. Она хочет мужчину, которого бы абсолютно не волновали ее чувства. Еще подростком женщина всегда избегала юнцов, день напролет говоривших ей о любви. О любви! Ей нужен мужчина, который бы никогда не говорил о своих чувствах, который бы никогда не признавался ей в любви. Жалкий тип с влюбленными глазами, говорящий «я люблю тебя», — как это глупо. Она сама скажет ему эти слова, признается ему в своей любви (и будет делать это часто, потому что будет любить его по-настоящему) и в ответ с благодарностью примет его сочувственный взгляд. Вот такой мужчина ей нужен. Мужчина, который в постели будет делать с ней все, что ему заблагорассудится, совершенно не заботясь о ней. Она будет наслаждаться тем наслаждением, которое будет испытывать он. Никто ее не бесит так, как типы, то и дело интересующиеся во время секса, кончила она или еще нет. Но, само собой разумеется, этот человек должен быть умным; его жизнь — насыщенной, независимой и полной всяческих достижений. И пусть он не слишком о ней заботится. Пусть путешествует, пусть (и не надо это слишком скрывать) у него будут другие женщины, кроме нее. Ей это безразлично: ведь он будет уверен — всегда, стоит ему только свистнуть, она упадет к его ногам, готовая выполнить любой его приказ. Она хочет, чтобы он ею командовал. Ей нужно, чтобы мужчина заставил ее ходить по струнке, чтобы он ее себе подчинял. И пусть (когда ему того захочется) он лапает ее у всех на виду, никого не стесняясь. А если из-за каких-нибудь предрассудков она проявит излишнюю стыдливость, то пусть он влепит ей звонкую пощечину, не задумываясь о том, смотрят на них или нет. Ей хочется, чтобы он бил ее и дома, потому что, с одной стороны, ей это нравится (когда ее бьют, она испытывает бешеное наслаждение), а с другой стороны, потому что женщина совершенно уверена, что в тех условиях, которые она ему предлагает, он никогда не сможет ее полюбить.
Месячный цикл
Студентка третьего курса биологического факультета Грмпф. влюблена в Пти., и он отвечает ей взаимностью.
— Однако, поскольку характер у Пти. стеснительный и одновременно этот молодой человек довольно самолюбив, он ничего не говорит Грмпф. о своих чувствах, и девушка в конце концов приходит к заключению, что Пти. совсем ее не любит. Поэтому она прилагает невероятные усилия, чтобы выбросить его из головы. Ей это стоит огромного труда, потому что она в него ужасно влюблена, но наконец Грмпф. удается забыть его хотя бы наполовину. Этому весьма способствует ее новый знакомый Щеви, который с некоторых пор привлекает ее внимание. Тому это как раз на руку, он, как утопающий, готов схватиться за соломинку: парень только что расстался с Мари и чувствует себя страшно одиноким. С поспешностью людей, которые хотят как можно скорее похоронить свое прошлое, Щеви и Грмпф. немедленно женятся. Эта новость поражает Пти. в самое сердце: он вдруг понимает, что Грмпф. была его настоящей любовью с большой буквы. Бедняга поджидает девушку возле ее дома и, увидев, что Щеви куда-то ушел, звонит в дверь. Грмпф. открывает и замирает от удивления, увидев Пти., который стоит на коленях и признается ей в любви. Чувства захлестывают ее, она уже почти готова заколебаться — однако у девушки сильный характер. Она глубоко вздыхает и говорит ему, что он опоздал. Пти. замолкает, встает с колен и уходит в отчаянии, чтобы она не видела его слез. Тем временем по дороге на работу Щеви встречается с Мари. О, какая это встреча! Как только их взгляды встречаются, оба понимают, что их разрыв был ошибкой. Они обнимаются и клянутся в вечной любви. Однако на сердце у Мари неспокойно: неужели он вот так сразу понял, что любит ее, а не Грмпф. Ей как-то в это не верится. Щеви настаивает: все так и есть, он любит ее, и только ее. В доказательство своих слов он возвращается домой, когда, по его расчетам, Грмпф. должна отсутствовать, укладывает свои вещи в чемодан и оставляет жене записку, в которой объясняет причину своего ухода и приносит необходимые извинения. Когда Грмпф. приходит домой и находит записку, ее охватывает отчаяние. Какой идиоткой она была, когда отвергла предложение Пти. Она раскупоривает бутылку водки и выпивает все ее содержимое. Это придает ей смелости. Грмпф. звонит Пти. и говорит, что она передумала и что любит его.
На другом конце провода — молчание. Наконец Пти. откашливается и отвечает ей. Молодой человек объясняет, что ее признание запоздало, потому что, когда ее отказ ранил его в самое сердце, он стал убеждать себя в том, что она его не стоит. И поскольку у него богатое воображение, к настоящему времени ему уже удалось разрушить ее идеализированный образ и превратить всю ту любовь, какую он испытывал к ней до сегодняшнего дня, в ненависть. Теперь в его сердце нет других чувств к Грмпф., что позволяет ему послать девушку куда подальше и нажать на рычаг телефона. Сжимая трубку в руке, Грмпф. плачет, и неожиданно у нее поднимается температура: через несколько минут градусник показывает тридцать девять и две десятых. На следующий день она не идет на работу. В тот же вечер ей приносят букет цветов, а вслед за этим появляется Тони, который работает вместе с ней в офисе. Он пришел узнать, как она себя чувствует и не нужна ли ей какая-нибудь помощь. Грмпф. догадывается, что за этими знаками внимания и за огромным букетом цветов скрывается искорка любви. Но его чувство сейчас не к месту. Пока что она не может забыть Щеви; ее рана должна сначала затянуться.
Рана постепенно затягивается. Грмпф. окончательно выздоравливает, а Тони проявляет настойчивость: он приглашает ее на прогулки, водит ужинать в ресторан, они ходят вместе в кино. Ему бы хотелось добиться большего, но девушка с самого начала ставит его на место: они будут добрыми друзьями, и не более того. Тони принимает ее условия. Он не возражает, потому что у него чуткое сердце. Он понимает, что чувства Грмпф. пока еще не окрепли и играть с ними нельзя. Каждую субботу после посещения кино или ресторана молодой человек провожает ее до дома, и они целуют друг друга в щечку.
Так продолжается, пока Тони не знакомится с Анни. Это, как говорится, любовь с первого взгляда. Они тут же закручивают роман, и Тони перестает видеться с Грмпф. Та, рассердившись на него, решает, что Тони бросил ее, потому что ему хотелось только переспать с ней, а раз дело затягивалось, то он забыл про свои ухаживания. И вот тому доказательство: поскольку он ничего от нее не добился, то и решил покончить с лицемерием ужинов и походов в кино. А ведь говорил ей не раз: «Меня это ничуть не задевает. Я понимаю, что ты до сих пор переживаешь разрыв с Щеви; я не страдаю от того, что мы не занимаемся любовью. Честное слово». Лицемер. Желая ему отомстить, Грмпф. идет в бар, знакомится и ложится в постель с первым встречным, которым оказывается шотландец Эрик, только что приехавший из Абердина. Он рассчитывает задержаться здесь на неделю, чтобы забыть девушку по имени Фиона.
На безрыбье
Преподавательница университета идет обедать в гости к другому преподавателю университета. Лет двенадцать тому назад они работали на одной кафедре и с тех пор иногда (раз в год или даже реже) обедают вместе и рассказывают друг другу, что случилось в их жизни за то время, которое прошло с их последней встречи. На этот раз преподаватели не виделись почти три года; это было еще до того, как она развелась с мужем.
Преподавательница говорит исключительно о тех, кто кажется ей привлекательным или не очень. «А Ким Бесингер все-таки хороша, правда?» — спрашивает она. «И что в нем находят, в этом Микки Рурке», «А вот Брюс Уиллис действительно хорош собой», «На нашем факультете есть один преподаватель, который очень хорош собой», «Ты и правда считаешь, что Андреу хорош собой?».
Она являет собой уродливую карикатуру на определенного типа мужчин, когда те говорят о женщинах. Однако в словах преподавательницы есть какой-то оттенок, который делает их смешными. Мужчины, которым она бессознательно подражает, никогда не стали бы спрашивать, хороша собой та или другая женщина. Они бы определили это для себя с первого же взгляда, увидев ее на экране кино, в журнале или на факультете. К тому же мужчины не стали бы повторять все время слова «хорош собой» в качестве единственного варианта оценки и нашли бы пятьдесят других выражений — от самых поэтических до самых грубых, чтобы описать все анатомические подробности заинтересовавшей их особы, равно как и сексуальный потенциал, который таится за ее внешностью.
Теперь, разведясь после долгих лет абсолютного замужества, она изобретает для себя велосипед. Однако долгие годы полного отсутствия практики привели к тому, что она разучилась крутить педали, и если ей и удается на некоторое время удержать равновесие, то, проехав несколько метров, она падает.
Преподавательница все время ерзает на стуле, зажигает сигарету за сигаретой и жадно втягивает табачный дым. Ее губы покрывает багровая помада. До развода она совсем не пользовалась косметикой. Сейчас, наоборот, ее лицо напоминает ритуальную маску. Когда она улыбается (а ее рот растянут в улыбке постоянно), в уголках губ в толстом слое грима образуются глубокие борозды, словно вместо кожи на лице картонная маска. У нее безупречная стрижка, а волосы покрашены в красновато-каштановый цвет, который отливает бронзой с сероватой патиной там, где у нее проступает седина.
Университетский преподаватель попивает кофе и исподволь наблюдает за ней. Упрекает ли она себя за долгие годы, принесенные на алтарь моногамии? Перебирает ли мысленно всех тех мужчин, с которыми могла бы трахаться в свое удовольствие, но не позволила себе этого? Отдает ли себе отчет в том, что, пока она была верна своей супружеской верности, ее тело потеряло былую упругость, на лице появились морщины, и теперь тем мужчинам, которые десять лет назад не отказались бы с ней перепихнуться, даже в голову не приходит такая мысль?