— Я только из душа. У меня еще голова сырая.
— Суши. И поехали.
— Хорошо.
Она как пчелка носится по квартире, пытаясь собраться в кратчайшие сроки, а я все это время стою на кухне у окна. Ничего не вижу, но продолжаю таращиться в ночную мглу. В груди измученно стонет виноватое сердце.
Я не смог, не справился. И расплачиваться за это придется нам обоим.
А в мозгах на повторе образ улепетывающей Алексы.
Как эта девка может быть настолько безбашенной и отбитой на всю голову? А главное, как ей удалось вначале нашего знакомства отыграть так, что я ничего не заподозрил? И что это за хрен на бежевой развалюхе, который помог ей сбежать?
В голове роится столько вопросов, что я с ума сойду, если не получу хоть каких-то ответов. Мне нужно хоть что-то, хоть какой-то проблеск логики во всем этом болоте.
Пока Тася сушит волосы, закрывшись в ванной я звоню человеку, которого не видел уже года три. Это не Седьмов с его бандитскими методами, это совсем другой уровень. Это специалист, у которого волчье чутье, и если кому и по силам разобраться во всей этой помойке, то только ему.
Я только набираю, но гудки в трубке тут же обрываются, и раздается знакомый, невозмутимый голос:
— Слушаю.
— Стеф? Это Макс Кирсанов. Мне нужна твоя помощь.
Глава 13.2
На следующее утро он приходит ко мне в офис. В серых спортивных брюках и толстовке, с наушниками – будто только с пробежки.
— Ну давай, рассказывай, что у тебя стряслось.
Ему признаться в косяке сложнее, чем Седьмову. Тот – раздолбай без особых моральных принципов, а этот – мужик правильный. Со стержнем.
На его фоне я чувствую себя еще большим придурком, чем прежде.
— Или ты меня позвал посидеть, помолчать, повздыхать?
— Да не торопи ты, — отмахиваюсь, — дай мыслями собраться.
Он усмехается и плюхается на кожаный диван в углу. Разметав руки по спинке, крутит головой, с интересом осматриваясь по сторонам.
— Миленько у тебя тут.
— Ага, я вообще миленький. По жизни, — поднимаюсь из-за стола и, заправив руки в карманы, подхожу ближе к Стефу.
Он улыбается, но глаза внимательные, серьезные. Словно сканирует, подмечая одному ему заметные детали.
— Хреново выглядишь.
Я раздраженно веду плечами. Какая на фиг разница, как я выгляжу, когда внутри полный развал.
— Я…это…дел натворил.
— Бывает.
Терпеливо ждет продолжения, и я, наконец, собрав свои потрепанные бубенцы в кулак, признаюсь.
— Все началось с того, что я изменил своей жене.
Стеф вскидывает брови, ожидая продолжения.