Иногда это срабатывало. Иногда — нет.
Сегодня этого не произошло.
Доктор Бонневиль закрыла глаза и вздохнула.
— Время смерти: двенадцать тридцать пять утра.
Я сделала пометку.
Мы даже не знали имени пациента. С ним никто не приходил. Должно быть, он жил один и позвонил в 911, когда у него начались боли.
Мы бы установили его личность. Мы всегда это делали. Однако легче от этого не стало.
Доктору Бонневиллю не нравилось терять пациентов. Ни один врач или медсестра этого не делали, но она воспринимала это тяжелее, чем большинство, что всегда ошеломляло меня, учитывая ее отношение и готовность относиться к своим коллегам как к мусору. Однажды я попыталась утешить ее.
Однажды.
Теперь я была умнее.
Ей нужно было, чтобы ее оставили в покое… вот почему я разинула рот, когда она пригласила меня выпить с ней чашечку кофе.
Для перерыва было рановато, а Бонневиль была не из тех, кто берет отгулы не по расписанию.
Но она была боссом.
Глава 3
ДАНТЕ
— Сейчас я подарю тебе кое-что. — Она разорвала кожу на своем запястье клыками и протянула его мне.
— Пей из меня, как я пила из тебя.
Не предполагалось, что мы будем питаться друг от друга. Папа и Билл предупреждали о серьезных побочных эффектах, но так и не объяснили.
Я отвернулся, крепко зажмурив глаза.
Хлоп!
Удар пришелся по моей незащищенной щеке.
Один из ее головорезов заставил меня открыть глаза.
— Ты смеешь отказываться от такого ценного подарка? — Кровь капала с ее порезанного запястья на мои сомкнутые губы. — Пей, Данте. Выпей из меня.
На этот раз другой громила раздвинул мои губы, и капля ее крови потекла по моему языку, оставляя за собой огненный след.
В голове помутилось.
***
Следующую ночь и день я провел, бездельничая в квартире Ривера, сражаясь на дуэли с самим собой. Как я мог защитить Эрин от всего, включая себя, когда она — и желание, которое испытываю к ней — никогда не выходят из головы? После того как я выпил кварту бычьей крови и обрел способность ясно мыслить, я заснул. В сумерках встал и вышел из квартиры. Мне нужно было повидаться с Биллом. Только он мог дать мне ответы, хотя я и не горел желанием возвращаться.
Я все еще не мог поверить, что ударил его. Что на меня нашло? Он давил на меня — давил, чтобы я заговорил. Он сказал не возвращаться, пока я не буду готов принять его помощь.
Я был готов принять помощь. Только не был готов рассказать ему правду. Так или иначе, я должен был заставить его понять это и согласиться помочь в любом случае.
Я нашел Билла в его кабинете, чей взгляд был прикован к экрану компьютера. Я стоял в открытом дверном проеме. Он посмотрел на меня, его щека была в синяках от моего удара.