Леонид Федорович словно застыл на мостике, а «Варяг» направился к «гарибальдийцу», открыв шквальный огонь из всех стволов. Тот же маневр начал и «Богатырь», миноносцы рассыпались, начали набирать максимальный ход, в котором, впрочем, значительно уступали крейсерам — едва 17–18 узлов, слишком дряхлыми они выглядели. Двум самым «младшим» по тринадцать лет, остальным четырем по 15–18 «годков» — удивления достойно то, что своим ходом прошли по Корейскому проливу, благо ночь стояла. А до этого на буксире от Владивостока шли, погода спокойная.
На «Ниссине» сообразили, что наступает последний бой — теперь японцы не жалели снарядов, мелкокалиберные пушки стреляли по приближающимся миноносцам, шестидюймовые орудия били по русским крейсерам. И тут надо снова отдать должное врагу — оказавшись на искалеченном корабле против четырех больших крейсеров флаг не спускали, казалось, что чудовищный перевес противника в силах только раззадорил неприятеля. И произошло то, что должно случиться — получив несколько трехдюймовых снарядов «стотонный» миноносец «201» остановился, окутался паром, что вырвался из разбитого котла. И тут же шестидюймовая пушка «Ниссина» поставила жирную точку — фугасный снаряд разнес носовую часть маленького кораблика, и он начал быстро погружаться.
Но только эта удача оказалась последней для команды «Ниссина» — тут же наступил ожидаемый итог. Едва ползущий корабль получил две торпеды в правый борт — в небо взметнулись белопенные султаны воды. Корабль стал валиться на борт, лег плашмя на воду и перевернулся, показав покрытое суриком днище. И спустя несколько минут скрылся под водой, оставив на поверхности моря лишь обломки.
— Не может быть, — в некоторой растерянности произнес Добротворский, не видя на поверхности спасающихся людей. — Японцы что, решили все умереть за своего императора⁈
— Похоже на то, Леонид Федорович. Оголтелые фанатики — хлебнем мы с ними горюшка! Хотя нет, вроде там вон один плавает, руками машет. Сейчас его на миноносец вытащат…
К великому удивлению маститых каперангов через минуту сигнальщик сообщил, что выловленный из воды моряк оказался офицером итальянского флота. Его направили наблюдателем на купленные японцами корабли — таково было одно из условий контракта. Да оно и понятно — итальянцам, как и англичанам, хотелось узнать, как поведут в бою творения их корабелов. А следом приняли приказ с «Паллады», что стала флагманом Иессена — Карл Петрович потребовал перейти под его командование и немедленно полным ходом отправляться к Квельпатру. Иессен был в своем праве — контр-адмирал, ему командовать отрядом. Действительно нужно поспешать — эскадра вступила в бой с Того, и ей нужна помощь…
Броненосные крейсера «Ниссин» и «Касуга» имели самую большую площадь бронирования — почти три четверти бортовой проекции, превосходя по этому показателю корабли английской постройки. Из русских кораблей только крейсер «Баян» и броненосец «Ретвизан» могли быть взяты в сравнение — почти две трети площади были прикрыты броней — на уровне «Идзумо» и «Микасы». А вот с «рюриковичами» и «пересветами» прямо беда — от пятой части до трети — эскадренный бой грозил им сплошными неприятностями…
Глава 7
— Все же зря Степан Осипович в драку полез — выдадут нам по первое число, отделают как ту черепаху. Чай, мы не бессмертные…
Привыкнуть к разрывам вражеских снарядов невозможно, и каждый раз, когда «Ослябя» вздрагивал всем свои огромным корпусом, Вирениус только болезненно морщился, будто это его самого лупили, только палкой. Настолько Андрей Андреевич свыкся за все это время с броненосцем, что порой считал частицей самого себя, теперь понимая, почему капитаны предпочитали уходить на дно со своим кораблем. Одна радость — сегодня «прилетело» совсем немного снарядов, видимо у японцев действительно опустели погреба и они старались приберечь боеприпасы, памятуя, что на море много разных «случайностей» порой происходит.
— Нам теперь не меньше месяца в ремонте стоять, ваше превосходительство, — негромко произнес Михеев, стоявший с ним рядом, и Вирениус в который раз удивился, что их мысли в очередной раз совпали. — А командующий прав — если есть хоть небольшая возможность отправить даже один корабль противника на дно, то ее следует воспользоваться. Хотя я не вижу у японцев то самое «слабое звено», о котором вы постоянно говорите. Слишком хороши эти броненосцы, построенные англичанами.
— Отличные «шипы», нет спора. Но «Фудзи» явно досталось крепче других, а потому надо терпеть и бить исключительно по нему. Жаль, что мы не умеем концентрировать огонь всего отряда по одной цели, но думаю, со временем научимся это делать. Пока стреляем парами, и уже достаточно хорошо получается — надеюсь, дальше будет лучше. Опыт дело наживное, как недаром говорят, тем более тот, который является позитивным.
Андрей Андреевич прижал к глазам бинокль, рассматривая вражеские корабли. И определенные изменения уловил сразу — стреляли намного реже, а вот промахивались постоянно, возникло ощущение, что это или не те японцы, либо самураи просто сильно устали и делают ошибки одну за другой. А может изменился психологический настрой — одно дело, когда они постоянно побеждали русских, как в прошлой реальности, и совсем другое, когда все происходит в точности наоборот. Ведь его отряд пришел на Дальний Восток вовремя, и пара броненосцев значительно усилила эскадру, как и пришедшие из Владивостока броненосные крейсера. Полдесятка кораблей линии, в дополнение к восьми имеющимся.
Недаром поговорка имеется соответствующая, как нельзя лучше подходящая — сила солому ломит!
Да и итоги первого сражения в Желтом море оказались для японцев обескураживающим фактом — потеря двух броненосных крейсеров крайне болезненна, и заменой послужили «гарибальдийцы». Но сейчас любая убыль просто катастрофична — заменить тот же погибший «Хатцусе» просто нечем. Размен нового броненосца на старый «Рюрик» крайне выгодное дело. И добить ушедший в Куньсан «Ясиму» обязательно нужно — один набег миноносцев, и противник останется без второго броненосца. А десять кораблей линии не четырнадцать — почти треть потеряна.
— Ваше превосходительство, получили сообщение по беспроволочному телеграфу от Иессена — крейсерские отряды соединились и идут на помощь. В бою потоплены «Ниссин» и «Иосино». Добиты вчерашние «подранки», не зря мы по «гарибальдийцу» вчера стреляли! Я приказал сообщить о нашей победе команде!
— Правильно сделали, Константин Борисович, — усмехнулся Вирениус, воспрянувший духом. И моментально сделал подсчеты — перевес в силах стал более ощутимый, а если скинуть со счетов «Ясиму» станет еще лучше. И тут же принялся внимательно рассматривать вражескую эскадру, теперь уделив большее внимание крейсерам Камимуры. С бронепалубными крейсерами все будет ясно — подойдут четыре больших крейсера, что вместе с «Аскольдом» просто раздавят «Наниву» и «Касугу» — третий крейсер сможет удрать. А дальше наступит очередь четырех «асамоидов» — лишь бы снарядов хватило. А вот с ними проблема — погреба опустели, на полчаса неспешной стрельбы, и все — только уходить восвояси.
— Ваше превосходительство, — Вирениус услышал Михеева и оторвался от размышлений — командир «Осляби» был явно встревожен. И причина тут же была высказана, и весьма неприятная.
— Подходит еще одна неприятельская эскадра из бывшего китайского броненосца и трех «сим». А также три малых крейсера — «Идзуми», «Акаси» и «Акицусима». С ними полтора десятка миноносцев, не меньше. Да вон они, посмотрите на ост, там дымы.
Вирениус тут же перешел на противоположную сторону боевой рубки, и стал рассматривать в бинокль подходившее к японцам подкрепление. Действительно, дымов было очень много — и вскоре Андрей Андеевич разглядел «Чин-Йен», своего рода аналог «императора» — на каждом борту по башне с парой короткоствольных, но двенадцатидюймовых германских пушек. С ним шли три бронепалубных крейсера, построенных французом Эмилем Бертеном — по его замыслу эта троица должна была составлять один «совокупный» броненосец. Ведь на каждом крейсере имелось по одному 320 мм орудию системы Кане, снаряды которых весели четыре с половиной центнера. Получить такую «чушку» было чревато самыми нехорошими последствиями для любого русского броненосца.
— Ваше превосходительство, на «Ретвизане» поднят сигнал — «выходить из боя, идти в Дальний». Флагман начал поворот!
— Следовать за ним, — отозвался Вирениус, мысленно возблагодарив небеса — он не ожидал, что Макаров откажется от продолжения сражения. Но Степан Осипович сейчас принял правильное решение — погреба почти пустые, и теперь даже малые крейсера, но вооруженные чудовищными пушками, представляют угрозу. К тому же все броненосцы выдержали двухдневный бой и нуждаются в ремонте — нужно учитывать, что японцы проведут необходимые работы гораздо быстрее.
— Все правильно, Константин Борисович — успех достигнут, наши потери незначительны, а противнику нанесен больший ущерб. Война продолжается — подождем нового случая…
Схема бронирования эскадренного броненосца «Ретвизан» — наиболее защищенного русского корабля, практически не уступающего ни в чем «Микасе».
Глава 8
— Мы не учли всю силу «северных гэйдзинов», и за это поплатились, — Того был мрачен, и сейчас, находясь в одиночестве, мог сбросить с лица маску невозмутимости и полного хладнокровия, которую все самураи носили с детства. «Европейцы» всегда казались ему сильным врагом, особенно с того времени, когда он посетил Англию и увидел, что на самом деле представляет могущественный Королевский Флот. И в те года было принято решение стать союзником великой морской державы, ибо только она могла гарантировать безопасность островной страны Восходящего Солнца от посягательства других европейских стран, а также САСШ, что полвека тому назад уже отправляли к берегам Японии свои эскадры.
Десять лет тому назад в войне с Поднебесной империей, за влияние в Корее, японские армия и флот нанесли китайцам ряд серьезных поражений на суше и на море, после чего навязали очень выгодный мир. Но вмешались три сильнейших европейских державы — Россия, Германия и Франция — прибывшие броненосцы стволами своих пушек заставили поступиться плодами победы. Ляодунский полуостров пришлось передать русским, хотя штурмовали Порт-Артур японцы, и оплатили захват крепости кровью. Кроме того, Российская империя нагло влезла в Корею, сменив там китайское влияние на русское. Причем ван Коджон пытался обрести именно в Петербурге покровительства. И королю это удалось — сейчас русские войска заняли половину Кореи, где против японцев восстала чернь, и сторонников сближения со страной Восходящего Солнца практически не осталось — их массово режут, не давая никому пощады.
Надежды на англичан пока беспочвенны — Лондон не собирается воевать с русскими, и оно понятно. Царь имеет огромную миллионную армию мирного времени, которая после мобилизации утроится. Как смогут англичане защитить свою самую ценную колонию, если в Индию отправится достаточно большой экспедиционный корпус. К тому же на стороне России может выступить как Германия, так и Франция — эти страны, хотя и враждуют между собой, но могут объединиться на время против общего врага, каким они все считают Британию. Недаром французы и немцы не скрывают, что готовят армии к войне друг против друга, но флот исключительно для войны с «туманным Альбионом». А если русские двинут хотя бы четверть своей армии на Дальний Восток, то добьются победы — пусть не сразу, через какое-то время, ведь долго воевать против таких полчищ страна Восходящего Солнца не сможет. И единственное спасение в Объединенном Флоте — но что делать, если превосходство по числу вымпелов за русскими, и они могут его со временем значительно увеличить, если не удвоить.
И как это не горько признавать, но после отчаянных боев позавчера и вчера поражение неизбежно, и лишь отсрочено по времени. На начало войны в строю было двенадцать кораблей, наполовину броненосцев и броненосных крейсеров. Еще два купленных в Италии малых броненосца должны были подойти. У русских было одиннадцать кораблей, и пара также спешила на Дальний Восток — примерное равенство в силах.
Сейчас ситуация кардинально изменилась — он ведет в Сасебо четыре изувеченных броненосца с практически пустыми погребами. На «Микасе» в носовом погребе осталось только три снаряда с зарядами, кормовая башня может дать только четыре залпа. На остальных броненосцах не лучше, за исключением «Фудзи» — но на том выбиты три ствола. Крейсера Камимуры в таком же положении — все четыре броненосных крейсера серьезно повреждены, все же они не должны вести бой с броненосцами. Не лучше выглядит и «Касуга» — эти девять кораблей есть все, на что может рассчитывать империя. Сражение проиграно вдрызг — это стоит признать, тут нельзя себя обманывать. «Хатцусе» и «Ниссин» потоплены, «Ясима» получил очень серьезные повреждения, и не затонул в корейском порту от попавшей торпеды только потому, что уселся днищем на отмель. Теперь корабль обречен — его просто не дадут оттуда увести на ремонт, немедленно перехватят и утопят, ведь русская эскадра поблизости, в Чемульпо.